Вадим Россик – Замок на Скале слёз. История седьмая (страница 3)

– Дальше придётся пешком, уважаемые, – объявил главарь. – Эй, висельники, дилижанс бросаем здесь, а почтовых лошадей забираем с собой. И багаж наших гостей не забудьте! Прогуляем-ка их до Яна Дурачка.

Троим пленникам связали руки, а концы верёвок привязали к поясам трёх разбойников. Злодеи распрягли вороных и, ведя коней в поводу, углубились в чащу по едва заметной тропке. Наконец-то можно было пересчитать разбойников. Шайка состояла из семи человек: главаря, здоровяка и пятерых их подручных.

Тропка привела на лесную опушку. К краю леса жалась бревенчатая избушка, точно обломанный пень высохшего дерева, а за избушкой начинался мрачный, безбрежный пустырь. Дверь в избушку освещал факел. Завидев разбойников, облезлая собака, сидевшая на цепи у конуры, залилась истеричным лаем. Дверь избушки с душераздирающим скрипом отворилась, и из неё выглянул невысокий, щуплый человечек. Спутанные седые волосы до плеч, борода до пояса, суковатый посох в руке.

– Добро пожаловать к Яну Дурачку, добры молодцы! – проговорил человечек высоким фальцетом, неподобающим такому старику. – Козьего молока хотите?

Глава III

Гиблое место

Ян Дурачок оказался гостеприимным хозяином. Он пригласил всех в избушку, напоил козьим молоком и накормил хлебом. Несмотря на то, что хлеб был чёрствым, пленники были рады и такому простецкому угощению. У них весь день маковой росинки во рту не было. Ужинали пленники в тесном чулане, где нашлось всего лишь три ветхих стула: один без спинки, другой на трех ножках, третий – с продавленным сиденьем.

Ужинали молча. Даже доктор Мартиниус, обычно такой болтли… словоохотливый, словно язык проглотил. Они всё ещё не могли прийти в себя. Да и то правда. Перемена в их положении произошла слишком неожиданно и быстро. Всего лишь несколько часов назад они спокойно ехали домой, а теперь сидели в лесной лачуге, запертые разбойниками в тёмном, пыльном чулане какого-то Яна Дурачка! Было отчего приуныть.

После скудного ужина Мартиниуса, Барабару и Мельхиора вывели во двор. Там собрались разбойники, опять нацепившие свои жуткие клювастые маски, которые придавали им вид чудовищных созданий – полулюдей, полуптиц. Они разобрали между собой дорожные сумки и саквояжи пленников. Кроме того, каждый из них надел на спину большой кожаный бурдюк с водой, которые им наполнил Ян Дурачок из колодца возле избушки.

– Стало быть, оставляйте коников у меня, ваше сиятельство, ага, – сказал Ян Дурачок, кланяясь главарю шайки. – Я о них позабочусь. Плата обычная. Пришлёте денежки с Урсулой, ага.

– По рукам, убогий, а теперь веди нас к замку, – высокомерно приказал главарь.

Следуя за Яном Дурачком, все двинулись пешком к пустырю. На этот раз руки пленникам связывать не стали. Вблизи стало понятно, что пустырь – это огромное болото. От него несло тухлой водой. В темноте громко квакали лягушки. На берегу болота Ян Дурачок зажёг факел. Его примеру последовали и разбойники.

– Будьте осторожны, как канатоходцы, уважаемые, – предупредил проводник пленников. – Добры молодцы уже знают, а вам я должен объяснить всё по порядку, ага. С Мёртвым болотом шутить не стоит – гиблое это место. Местные считают его непроходимым. Один Гведикус знает, сколько людей тут сгинуло. Наверно, огроменные тыщи, ага. Поэтому ступайте точно по моим следам. Ежели кто-то оступится, не паникуйте. Расставьте руки пошире и зовите меня. Я протяну посох и вытащу вас из трясины. И да поможет нам Создатель, ага!

Сделав охраняющий знак рукой с факелом, Ян Дурачок потыкал посохом перед собой и первым ступил на зыбкую поверхность болота. Один за другим за ним шагнули разбойники, старательно освещая чёрную грязную воду под своими ногами.

Ян Дурачок принялся ловко переходить с кочки на кочку, тут и там выступающие из трясины, выбирая их по одному ему ведомым признакам. С виду все кочки выглядели совершенно одинаково, но, когда один из разбойников ошибся и вскочил на не ту, он провалился по грудь в липкую жижу. Оказалось, это была не кочка, а плотный пучок болотной травы, плавающий на поверхности. Заодно разбойник утопил в болоте дорожную сумку доктора Мартиниус. Увидев, что его багаж навсегда исчез в бездонной трясине, нотариус издал жалобный вопль. Вторя Мартиниусу, перепуганный насмерть злодей оглушительно завыл, запричитал и заплакал. Яну Дурачку пришлось срочно возвращаться и вытягивать его из цепкой бездны с помощью своего посоха. Отругав дрожащего, покрытого грязью неуклюжего разбойника, главарь приказал идти дальше.

Путь через Мёртвое болото оказался неблизким. Его не зря прозвали мёртвым. Здесь, вдали от берега, царила зловещая тишина. Ветер стих. Даже лягушки замолчали. Лишь временами громко лопались пузыри болотного газа, наполняя воздух отвратительной вонью. Много лет назад доктору Мартиниусу, Мельхиору и Барабаре уже доводилось пересекать болото, страшную топь Семи сестёр, но там хотя бы была гать4. А здесь только предательские кочки.

Неожиданно в тёмном небе раздался грозный раскат грома. Чёрная туча заслонила луну и на мир опустился кромешный мрак. Разбойники остановились. Новый раскат грома, ещё громче и мощнее, прокатился над болотом. Поднялся ветер, теребя полы одежды. Крупные капли начинающегося дождя забарабанили по плечам. После резкого, как выстрел, грома ударила ослепительная молния, заставившая всех вздрогнуть. Ветер пронзительно засвистел. Его порывы загасили факелы. В ту же самую минуту на Мёртвое болото обрушился безжалостный ливень, изо всех сил хлеща разбойников и их пленников. Казалось, что наступает конец света.

– Возьмитесь за руки и не отставайте от меня! – крикнул Ян Дурачок, сложив ладони рупором. – Кто отстанет, умрёт, ага!

Вцепившись друг в друга и согнувшись под ветром почти пополам, промокшие до нитки разбойники и их пленники медленно двинулись дальше, с трудом находя, куда поставить ногу. Вода заливала глаза, стекая по лицу, и только ослепляющий свет молний время от времени помогал разглядеть дорогу.

– Послушай, убогий, а мы не заблудились? – прокричал главарь шайки, обращаясь к Яну Дурачку.

– Ну что вы, ваше сиятельство, – обернувшись, ответил проводник. – Как моему псу не разучиться лаять, так мне не разучиться находить дорогу к замку, ага. Осталось совсем чуть-чуть.

Тем временем ливень сменился дождём. Гроза постепенно успокаивалась. В небе снова показалась луна и стало немного светлее. Успокоившийся ветер превратился в воздух, такой же неподвижный, как и болотная жижа. Ян Дурачок внезапно остановился. Проводник без слов показал пальцем на темнеющую впереди гору. Но это была не гора. Там из болота торчал гигантский каменный столб, почти отвесно уходящий прямо в трясину. Вершину столба венчала угрюмая громада замка с зубчатой башней. В окошке у входа горел свет, а над одной из труб поднималась струйка дыма.

– А вот и ваш замок на Скале слёз, добры молодцы, – проговорил Ян Дурачок своим фальцетом и ощерил в странной улыбке редкие, гнилые зубы.

Глава IV

Скала слёз

Когда шайка разбойников, конвоируя своих пленников, подошла ближе к замку, древнее сооружение открылось перед поражёнными квакенбуржцами во всём своём мрачном величии. Замок, похожий в темноте на горный утёс, возвышался над болотом, точно вырастая из его недр. Он был обнесён высокой стеной, утыканной по верху острыми железными шипами, и, очевидно, когда-то считался неприступным. Однако вблизи стало заметно, что замок находился в плачевном состоянии: поднятая решётка в стрельчатой арке ворот проржавела и больше не двигалась, одна сторона зубчатой башни частично обвалилась, и сквозь пролом была видна лестница, кладка стен, на которых змеями вились ползучие растения, была выщерблена, стёкла в узких щелях окон отсутствовали. От замка исходило тоскливое предчувствие беды, как от замшелого надгробного памятника.

У подножия каменного столба, заросшего колючим кустарником, тростником и осокой, Ян Дурачок с заметным облегчением распрощался с разбойниками и отправился в обратный путь. От ворот к болоту спускались стёртые от времени узкие ступени, выбитые в скале. Понукаемые злодеями, пленники поднялись по скальным ступеням наверх и вошли в холл замка. Там их встретила невысокая, быстроглазая девица с бледным кукольным личиком, казавшемся слегка испуганным. Её когда-то нарядное платье было запущено, тёмные с рыжинкой волосы нечисты, тонкая шея болталась в широком, сером от грязи воротничке. Поверх платья – передничек с оборванными кружевами, на голове – потерявший форму чепец. Это явно была прислуга. При виде Барабары девица попыталась дружелюбно улыбнуться, но её улыбка угасла скорее, чем успела родиться.

Главарь приказал, не снимая клювастой маски:

– Урсула, проводи наших дорогих (главарь издал глухой смешок) гостей в малую столовую. Пусть Тильда их накормит. – Он повернулся к разбойникам: – Брат Кракус и брат Кобус, покараульте у малой столовой, пока гости ужинают. Остальные, отнесите добычу на склад, а бурдюки с водой на кухню.

– Нам бы сначала обсушиться, – слабо пискнул доктор Мартиниус. – На нас сухой нитки не осталось.