Вадим Россик – Замок на Скале слёз. История седьмая (страница 5)
Аларик хихикнул и так стремительно ринулся к дверям, будто его догоняла толпа призраков мёртвых женщин. С ним покинули столовую и остальные разбойники. Проходя мимо Барабары, последний злодей вдруг шепнул ей едва слышно: «Не бойтесь, прекрасная незнакомка. Я помогу вам!»
Глава V
Барабаре не спалось
После ужина Урсула проводила доктора Мартиниуса, Барабару и Мельхиора в их комнаты. Все три комнаты находились на втором этаже. Их двери выходили в короткий, мрачный коридор, слабо освещённый едва горевшей масляной лампой, висевшей у лестницы, уходившей в самом конце коридора полукругом вверх и вниз. Противоположный конец коридора упирался в глухую каменную стену. Кроме этих трёх комнат, других помещений здесь не было.
Комнаты, в которых пленникам предстояло провести по крайней мере месяц, представляли собой бедно меблированные клетушки с ржавой решёткой причудливого рисунка на высоком и узком, с остроконечной аркой наверху окне. Воздух в них был затхлый, пахло плесенью и сырым камнем, как в тюремных камерах. Единственное отличие от тюремных камер было в том, что на тяжёлых железных дверях клетушек напрочь отсутствовали засовы.
Несмотря на усталость, Барабара не смогла уснуть. Промучившись в постели с час, она встала, надела своё почти высохшее платье, висевшее на спинке стула, и вышла в коридор, погруженный во тьму, которую слегка рассеивало лишь мерцание масляной лампы у лестницы. Барабара поднялась по крутым ступеням на следующий этаж, утопавший во мраке. Там она оказалась перед полуоткрытой дверью, за которой брезжил свет и слышался странный скрип, сливающийся с монотонным голосом, словно читающим молитву. Стараясь не шуметь, Барабара вошла в дверь. Это была высокая, большая комната, ярко освещённая массивными медными шандалами на несколько свечей, и уставленная стеллажами и старинными книжными шкафами из почерневшего дуба, скорее библиотека, чем кабинет. Собрание сотен, даже тысяч книг. Кроме стеллажей и шкафов в комнате стояли лишь письменный стол, ободранные кресла и деревянное кресло-качалка. Стол и кресла также были завалены книгами: в потрескавшихся от времени кожаных переплётах с медными пряжками, с пожелтевшими страницами, разного размера – от миниатюрных до огромных фолиантов. Даже на черно-белом, как шахматная доска, полу высились стопки книг.
В кресле-качалке, спиной к входу, сидел молодой человек. Он ритмично качался, издавая громкое скрипение, и вслух читал какую-то заплесневелую книжку. Молодой человек был, что называется, разодет в пух и прах: оранжевый сюртук с белыми шёлковыми отворотами, белый жилет и широкий чёрный шейный платок. На полу, возле молодого человека, лежала такая же демоническая маска, как у всех разбойников этой странной шайки.
Барабара попятилась было к двери, но неосторожно зацепила стопку книг, которая с шумом рассыпалась по полу. Молодой человек обернулся, поражённо уставился на девушку, но, опомнившись, быстро схватил маску и закрыл ею лицо.
– Простите меня, – смущённо сказала Барабара. – Я не хотела вам мешать.
Молодой человек порывисто вскочил с места и отшвырнул маску в сторону. Это был высокий, стройный брюнет, с бледным, нервическим лицом и большими, тёмными, печальными глазами.
– К демонам Аларика с его нелепыми масками! Мой брат никогда не вёл себя конгруэнтно! Позвольте представиться, Эрик Фабиан Секундус Квак де Гранд-Пьерр к вашим услугам. А как вас зовут, прекрасная незнакомка?
– Барбара Мартиниус, – просто ответила Барабара. – Вы, наверное, брат месьера Аларика?
– Вы угадали, мадемуазель Мартиниус. Аларик – мой старший брат. Проходите, садитесь. Я сейчас освобожу для вас кресло.
Эрик сбросил на пол книги с соседнего кресла и галантно подвинул его Барабаре. Та осторожно села, стараясь не испачкать платье в пыли. Эрик занял своё прежнее место. Глядя ему прямо в глаза, Барабара строго спросила:
– Вы тоже разбойник, месьер де Гранд-Пьерр?
Эрик замотал головой:
– Ну что вы, мадемуазель. Эта дефиниция мне совсем не подходит. Я просто живу здесь и совсем не интересуюсь, чем занимается Аларик и его люди. В тоскливой бескрайности Мёртвого болота нет ни пения птиц, ни рёва животных, ни звуков человеческих голосов. Всё здесь дышит запустением, одиночеством и смертью. Только тёмная стоячая вода, зелёная тина да серые валуны, едва выступающие из трясины. Слава Гведикусу, у меня есть книги. Тем и спасаюсь от скуки. Брат называет меня «буквоед». Забавно, не правда ли?
– Признайтесь, месьер де Гранд-Пьерр, это ведь вы сказали мне: не бойтесь, прекрасная незнакомка. Я помогу вам?
Эрик прижал палец к губам:
– Тсс… молчите! Здесь даже у стен есть уши. Давайте поговорим о чём-нибудь другом.
– О чём? – Барабара поморщилась. – По-моему, к такому кошмарному месту хорошо подходят разговоры о призраках, лунатиках, самоубийцах и психопатах.
– Увы, вы правы, но мы можем говорить о книгах, – улыбнулся Эрик. Улыбка у него была приятная, но немного глуповатая. – У меня есть предложение, мадемуазель Мартиниус. Зовите меня «Эрик», я вас буду звать «Барби» или «Барб», и мы станем друзьями. Согласны?
– «Барби» мне не нравится, звучит, как имя какой-нибудь куклы, а «Барб» зовёт меня мой дядя. Лучше уж «Барабара». Так зовут меня друзья.
– Барабара? Замечательно и вполне конгруэнтно, – бурно обрадовался Эрик. – А что вы любите читать, Барабара? Поэзию, прозу, летописи или, извините, любовные романы?
– В последнее время мне было не до чтения, – сказала Барабара. Она никак не могла сообразить, как ей следует вести себя с этим странным молодым человеком. Сидит, понимаешь, в разбойничьем гнезде и ничем не интересуется, кроме книг! – Лучше расскажите о себе.
– Я открою вам, Барабара, нашу с Алариком тайну, – проговорил Эрик вполголоса. – Вы, наверное, думаете, что мы просто шайка разбойников, каких полным-полно на любой дороге?
– А разве нет?
– Конечно, нет! – запротестовал Эрик. На его бледных щеках выступил румянец. – Мы с братом создали первую в Гведском королевстве ячейку свободных индивидуумов!
– И что за это ячейка?
– Наша ячейка – фундамент будущего общества, основанного на новых принципах. Её девиз: «Нет эгоизму и стяжательству! Только братская любовь и взаимовыручка, чтобы достичь равенства и всеобщего счастья!»
– И в чём же выражается ваша братская любовь? Что-то я её не заметила, когда нас грабили на Мандариновом тракте! – сварливо заметила Барабара.
– Вы отчасти правы, но где-то же нужно брать пропитание? – немного смутился Эрик.
– Ну, допустим. А как вы боритесь с эгоизмом и стяжательством?
– Например, мы не признаём деньги.
– Значит, Тильда и Урсула работают на вас бесплатно?
– Я не сказал «бесплатно». Труд должен вознаграждаться, поэтому Тильде разрешается взять себе еду, которую мы не доели, а Урсуле – любые платья, которые ей понравятся, из добычи.
– Ну не знаю. Мне кажется, что они бы предпочли деньги.
– Просто вы пока думаете по-старому, – снисходительно улыбаясь, произнёс Эрик. – На самом деле деньги не нужны. Они теряют свой смысл. Вы знаете, что за последние сто пятьдесят лет содержание серебра в гведской кроне уменьшилось в три раза? Если так пойдёт дальше, то скоро деньги вообще начнут изготовлять из бумаги. Представляете? Просто напишут на кусочке бумаги «сто гведских крон», нарисуют герб королевства и всё. Но кто же в здравом уме обменяет вам на раскрашенную бумажку краюху хлеба или круг колбасы, рубаху, штаны или пару сапог, даже если эта раскрашенная бумажка будет размером с лодочный парус? Вот к чему мы придём. А это, в свою очередь, приведёт к хаосу и революции.
– А что делать с теми, кто не захочет вашего равенства и всеобщего счастья?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.