Вадим Панов – Столкновение (страница 43)

– И уединиться можно только на клипере, – добавила Конфетка, поглаживая себя по коленям.

– Но Линкольн туда никого не пускает.

Девушки переглянулись и одновременно рассмеялись.

Тем временем Диккенс закончила следующую часть картины и отошла от стены, чтобы оценить работу. И почти сразу раздались громкие аплодисменты.

– Диккенс, ты классная!

– У тебя потрясающий талант!

– Очень красиво!

– Ты можешь нарисовать меня?

– Если я это сделаю, нас сразу отсюда выкинут, – не оборачиваясь, произнесла самбо.

В ответ раздался смех.

– Зачем ты нарисовала парусный корабль? – спросил подошедший Арнольд.

– Это галеон, – ответила художница. – Один из тех, на котором Колумб приплыл в Америку.

– Зачем ты его нарисовала?

– Это же далекое прошлое, – поддержал своего лидера Саймон.

– Это часть нашего мира, – после паузы произнесла Диккенс. – Это наше прошлое…

– Часть мира – это смартплекс, – Саймон поднял правую руку и потряс браслетом. – Это настоящее.

– Смартплексы инопланетяне увидят сами.

– Ты еще мамонта нарисуй, – «остроумно», как ему показалось, добавил Арнольд, но вызвал дружную отповедь.

– Что ты к ней пристал? – резко спросила Октавия.

– Хочешь рисовать мамонта – найти себе пещеру и рисуй, – добавила Баджи.

– Диккенс сама разберется.

– Не лезь к ней.

– Я и не лезу, – растерялся Арнольд.

Сделай ему замечание парни, наверняка случился бы скандал, но оказавшись против девушек, Хиллари смутился и решил отступить.

А Диккенс вновь взялась за импровизированную кисточку.

– Кажется, она собирается рисовать Париж, – попыталась угадать Сандра.

– С чего ты взяла? – поинтересовалась Баджи.

– Очень похоже на основание Эйфелевой башни.

На стене и в самом деле стали проявляться контуры какой-то конструкции.

– Ты ее видела? – помолчав, спросила Картинка.

– Эйфелеву башню? Конечно! Папа дважды возил меня в Париж… Ой! – Сандра опомнилась и прикоснулась к руке Баджи: – Извини, я не подумала.

– Ничего, – улыбнулась Баджи. – Я тоже побываю в Париже. Когда-нибудь.

– Когда вернемся на Землю.

– Да, когда вернемся… – Картинка улыбнулась и спросила: – Хочешь посмотреть мои фотографии?

– Из прошлой жизни?

– Ты только что сказала, что мы к ней вернемся.

– Обязательно вернемся, – кивнула Сандра.

– В таком случае это фотографии из моего настоящего. – Баджи вызвала виртуальный монитор и запустила нужное приложение. – Это я дома… в смысле – в моем родном городе, в Портленде.

На фото Картинка стояла в кабинке воздушного трамвая, в окнах которого виднелся лежащий на берегу реки город.

– Никогда не была в Орегоне, – пробормотала Конфетка.

– Зато ты была в Париже, – заметила Баджи.

– Не начинай.

– Хорошо. – Картинка пролистнула несколько файлов. – Это вулкан Худ.

– Красиво.

– Красиво вот здесь, на озере Крейтор.

– Здесь просто замечательно.

– Это мы ходили в поход… – Баджи задержалась на фото около палатки и тихо поинтересовалась: – У тебя есть парень?

– Это важно? – произнесла в ответ Сандра.

– Не знаю, просто спросила.

Конфетка промолчала.

Баджи тоже выдержала паузу, намекая, что не прочь услышать ответ, поняла, что не услышит, и вызвала на экран следующее фото, сделанное на скалистом побережье.

– Тихий океан?

– Да.

– Хорошая фотография.

– Спасибо.

Но океан располагался на заднем плане, а на первом была запечатлена Баджи, обнимающая стройную темноволосую девушку.

– Знакомая? – поинтересовалась Конфетка.

– Очень хорошая подруга, – медленно ответила Баджи и, помолчав, поинтересовалась: – Это проблема?

– Нет.

– Я рада.

Сандра несмело улыбнулась:

– Я тоже.

– Правда?

– Покажи другие фотографии.

Неудачная попытка добраться до систем инопланетного корабля не сильно расстроила Вагнера. Кадет, безусловно, был разочарован, но не настолько, чтобы опускать руки и признавать поражение. Нет. Вагнера учили в любой ситуации сражаться до конца и не обращать внимания на неудачи. Учили накапливать опыт, а не поражения, поэтому после провалившейся разведки Павел остался спокоен и невозмутим, во всяком случае внешне. Он помог Нуцци успокоить Мо и уложить его в спальный мешок, убедился, что юноша заснул, договорился с доктором, что тот побудет рядом, вернулся в уборную, собрал инструменты в ящик и направился к клиперу. Спокойно и невозмутимо.