Вадим Панов – kamataYan (страница 58)
– Я действительно умею спасать людей, – Винчи хитро улыбнулся. – Помимо всего прочего.
– Все прочее получается у тебя лучше.
– Откуда ты знаешь? – поднял брови бородатый. – Это наш первый бой.
– Сужу по тому, что ты до сих пор жив, – язвительно ответила Амин.
– Разумно.
– Зачем тебе медицинский комплект?
– На всякий случай.
– Например?
– Вдруг во время боя вояки увлекутся и пристрелят нужных нам людей? – почти серьезно произнес Джа. – Представь: лужи крови, предсмертные хрипы, тень старухи с косой приближается, тут выскакиваю я и…
– …спасаешь меня от позора.
– Именно.
Спорить с Винчи было решительно невозможно, и Карифа замолчала, приказав себе продолжить терпеть болтуна. Терпеть и делать свою работу. И еще Амин поймала себя на мысли, что ни разу не подумала о Гуннарсоне, хотя взяла гиганта в отряд только потому, что он ей нравился. Но проклятый Джа занял все ее мысли, а то, как он обошелся с Гуннарсоном в самолете, отбило у Карифы всякое желание затевать интрижку.
– Заходим на цель, – сообщил пилот. – Готовность десять минут.
– Приготовились, – распорядился Конелли.
Надевать поверх снаряжения костюмы биологической защиты не требовалось: армейские «full face» шлемы снабжались респираторами, нанофильтры которых не пропускали вирус, а материал комбинезонов и перчаток надежно защищал кожу. Услышав приказ, десантники опустили забрала, экраны ожили, и на них появилось изображение Карифы.
– Последний инструктаж, господа, – жестко и очень отчетливо произнесла Амин, глядя в камеру своего шлема. – Наша основная задача – взять как можно больше пленных. В идеальном случае нужно арестовать всех находящихся на борту «Джонс 29» пассажиров и членов экипажа. Единственное требование: они должны быть в состоянии отвечать на вопросы. Избивайте, применяйте светошумовые гранаты и тазеры, при необходимости – стреляйте по ногам, но берите живыми. Особенно тех шестерых, чьи фотографии загружены в систему распознавания лиц. Все понятно?
Вопросов ни у кого не возникло.
– Готовность пять минут, – произнес пилот. – Тепловизоры показывают, что на борту четырнадцать человек.
«Джонс 29» появился в зоне прямой видимости, и десантники одновременно взмолились о том, чтобы у террористов не оказалось переносных зенитных комплексов. Разумеется, активная система защиты засечет ракету и скорее всего сумеет от нее избавиться, но вероятность благополучного исхода встречи составляла всего семьдесят процентов, и такой риск парням не нравился.
– Две минуты!
Конвертоплан начал сбрасывать скорость.
Гуннарсон передернул затвор пулемета и многозначительно посмотрел на Винчи.
– Если потребуется, я о тебе позабочусь, – жизнерадостно пообещал тот, не вынимая пистолет из кобуры. – Или сделаю чучело.
– Ты это тоже умеешь?
– В молодости брал уроки у знаменитого таксидермиста, – рассказал бородатый. – Так что не волнуйся, будешь выглядеть, как живой.
Они общались по открытому каналу, и слышавшие разговор десантники захихикали.
– Не каркай, – рявкнул гигант, поднялся, подошел к распахнувшемуся люку, ухватился рукой за фал и спрыгнул в тот самый миг, когда конвертоплан завис в двадцати футах над палубой.
Военные посыпались следом.
– Он всегда такой быстрый? – осведомился Джа.
– Не знаю, я с ним не спала, – отрывисто ответила Рейган.
– А хотела бы?
– Заткнись.
– Какие планы на вечер?
– Я из другой лиги.
– И никогда не экспериментировала?
– Заткнись.
– Он нервничает, – заметила брюнетка-сержант, рядом с которой синеволосая провела весь полет. Судя по всему, она тоже была из другой лиги, но Винчи это не смутило.
– Выбросим адреналин совместно? – рассмеялся он.
– Козел!
Брюнетка нырнула вниз, и в этот момент на палубе раздались первые выстрелы: экипаж «Джонса» опомнился и попытался организовать сопротивление. Идущая за сержантом Рейган не сказала ничего, но, перед тем как ухватиться за фал, посмотрела на Джа весьма многозначительно. А когда она спрыгнула, стоящая последней Карифа недовольно заметила:
– Ты переигрываешь.
– Ревнуешь?
– Козел.
– Не занимай сегодняшний вечер.
Брюнетка-сержант ошибалась: Джехути не нервничал. И уж тем более не боялся. А его поведение в боевой обстановке выдавало человека опытного, умелого и чрезвычайно хладнокровного. Ловко соскользнув на палубу, Винчи рывком ушел из открытой зоны, добрался до надстройки на пару секунд раньше явившейся последней Карифы. Выждал, определяя, не находится ли под огнем, и следующим рывком скрылся внутри, намереваясь в числе первых добраться до капитанского мостика.
Опустевший конвертоплан взял чуть выше и правее, но продолжал висеть над судном, и стволы его автоматических пулеметов пребывали в постоянном движении, готовые в любой момент поддержать абордажную команду. Пока этого не требовалось, однако действия военных были далеки от идеала.
– Шесть пленных и два трупа, – оповестил команду оставшийся в летающей машине Паркер.
– Господа, будьте внимательны, – потребовала Амин. – Они должны ответить на вопросы.
– Хочу заметить, что они сопротивляются, – проворчал Конелли.
– Вы этого не ожидали?
Кто-то рассмеялся, но тут же смолк, поскольку на палубе вновь зазвучали выстрелы.
Все понимали, что шансов на спасение у террористов не было никаких.
Паркер просвечивал судно, фиксируя перемещения противника в режиме реального времени, и передавал информацию на тактическую карту, отображающуюся на забралах десантников, поэтому удивить военных террористы не могли при всем желании: если они бежали – их поджидали за углом, если готовили засаду – десантники обходили ее и нападали сзади. Двое убитых в начале операции были матросами, попытавшимися помешать десанту: их расстреляли автоматические пулеметы, а дальнейшая зачистка судна шла за явным преимуществом военных и в полном соответствии с распоряжением Карифы. Через десять минут оставшиеся двенадцать террористов лежали лицом вниз на палубе, связанные и живые, если не считать одно легкое ранение в руку и две контузии от светошумовой гранаты. Потери у военных отсутствовали.
– Отличная работа, – похвалил своих ребят Конелли.
Хвалить разработчика операции не имело смысла, поскольку захват «Джонса 29» стал чистой воды импровизацией, прошедшей гладко лишь благодаря тому, что среди террористов отсутствовали профессионалы.
– Что со вторым судном? – отрывисто спросила Амин.
– Соприкосновение через десять минут, – доложил Паркер.
– Передай, что наша операция завершилась успешно, однако приказ об обязательном аресте террористов я не отменяю. – Она подошла к пленным, включила внешние динамики и пнула ногой одного из них. – Нам нужна информация.
– Мы ничего не скажем, – прохрипел террорист. Система распознания лиц определила его как Смита – одного из лидеров «Белого Возмездия». – Мы скорее умрем, чем что-нибудь скажем!
Судя по всему, он был убежден в своей правоте. Или старался выглядеть убежденным.
Амин присела на корточки, несколько секунд рассматривала Смита, не открывая забрала, – Карифа знала, какое неприятное впечатление производит на связанных людей вид армейского снаряжения, после чего пообещала:
– Ты умрешь.
– Что? – не понял Смит.
– Ты умрешь – это я могу тебе гарантировать. Но ты и твои друзья готовы к смерти, ведь так?
Террорист промолчал. Он явно ждал другого обращения, возможно переговоров, и только сейчас сообразил, что сотворенное им зло приводит нормальных людей в такое неистовство, что они забывают о законе и правилах.