Вадим Николаев – Бриз. Серия: Дуновение ветра (страница 7)
Тут прибежала Иренка – Кашевар уже научился их различать, хоть и было видно, что сёстры специально хотят быть похожими до одинаковости
– Дядя Кашевар. Там четыре Целителя пришли. Они к нам по вечерам всегда приходят. Вина попоить. Попросили какую-нибудь лёгкую закуску. Сделаешь.
– Конечно, Иренка – та зарделась, что её узнали – подходи через 10 минут, сейчас сделаю.
Он поставил два небольших котелка с водой на плиту. Спустился в ледник и взял рыбу, которую засолил ранее. Поднялся наверх. Начал тонкими кусочками нарезать филе. Вода закипела. Добавил туда уксуса и ложкой начал формировать вихрь в середине. Разбил в центр куриное яйцо. Оно быстро стало белеть снаружи. Аккуратно помешивая попеременно в каждом котелке сварил яйца. Шумовкой аккуратно выложил на тонко нарезанную форель. По яйцу на каждую тарелку. Сверху мелко нарезанный зелёный лук. Через 10 минут все четыре миски стояли на раздачи.
Прибежала Иренка
– Это что такое? – удивлённо спросила они
– Это форель под яйцом пашот – ответил Кашевар. Я думаю что им понравится. Просто и вкусно.
– Спасибо, дядя Кашевар – крикнула Иренка уже на ходу, относя блюда.
Кашевар по отечески улыбнулся. Сколько энергии в этой девчушки. И не скажешь, что родителей потеряла.
Обед шёл своим чередом. Прибежала Агнешка.
– Там гости увидели блюдо у Целителей и тоже хотят Пашотские яйца
– Как ты сказала? «Пашотские яйца»? – Кашевар от души рассмеялся – ну раз их так назвали, пусть так и будет. – сколько штук нужно?
– Пока два. Но там уже многие на стол Целителей смотрят.
Кашевар принялся готовить. Поставил готовые блюда на раздачу.
За дальним столом Целитель вдруг схватился за горло. Лицо посинело. Глаза – широко распахнуты. Дыхание – свистящее, прерывистое.
– Воды! – крикнул кто-то.
Кашевар уже был рядом. Не бегом. Не с криком. Просто – подошёл, но быстро.
– Смотри на меня, – сказал он тихо.
Целитель попытался кивнуть.
– Агнешка! Быстро в ледник. Отколи кусок льда, заверни в тряпицу и неси сюда. Бегом!
– Иренка! На улицу! Принеси мне два небольших листа подорожника. И из кухни чашу воды. Тёплой, почти горячей, но не кипяток!
Девчёнки, поражённые властностью в его голосе, побежали исполнять веленое. Кассиан с тревогой смотрел на происходящее.
– Ложись, – велел Кашевар Целителю, помогая ему встать из-за стола и лечь на пол. Сел на корточки рядом с ним. Прибежала Иренка. Передала ему два листа подорожника и чашу. Один лист Кашевар разорвал и растёр в руках. Бросил в чашу. Приподнял голову Целителя.
– Пей маленькими глотками. Листья старайся не глотать.
Второй приложил к горлу, ниже судорожно двигающегося кадыка. Прибежала Агнешка. Кашевар забрал у неё тряпицу и положил на лист подорожника. Держал почти ласково, но сильно. Взял Целителя за руку. Твёрдо. Тепло.
– Ты не задыхаешься. Ты боишься задохнуться. Отпусти страх. Паника – самое страшное, что тебе сейчас грозит. Смотри мне в глаза и не бойся.
Глядел в глаза – не отводя. Ни на секунду.
– Дыши. Медленно. Не бойся. Я рядом и помогу тебе.
Через несколько минут дыхание у Целителя выровнялось. Цвет лица – стал светлее.
Когда прибежал посыльный с лекарством из Цитадели, Целитель уже дышал спокойно. А лёд таял у него на горле.
– Ты уже вне опасности, – сказал Кашевар. – Лекарство – для уверенности, что это не повторится. Посмотрел на Целителя внимательно. – Паника это худшее, что могло быть. Не нужно бояться. Страх – твой самый главный враг.
Целитель молча смотрел на него. Потом встал.
– Я – Марек из Цитадели. Целитель третьего круга.
Он не протянул руку. Просто стоял.
– Если ты когда-нибудь будешь нуждаться в помощи… приходи. Я узнаю тебя. По глазам. Я никогда не забуду твой взгляд.
Кашевар кивнул. Не сказал «спасибо». Не сказал «не за что».
– Береги лекарство. Забудешь про него – снова придёт страх. Пока не научишься его контролировать, будешь задыхаться. От пищи, от слов, от действий. Не бойся. И тебе больше никогда не потребуется помощь.
И ушёл на кухню.
Марек долго смотрел ему вслед.
Впервые за несколько лет он чувствовал себя должником
Обед шёл своим чередом. В очередной раз, когда девочки прибежали к раздаче Кашевар сказал:
– Пашотских яиц осталось всего две порции. Уху – последнюю порцию я отдаю. Похлёбка ещё есть, но её тоже осталось не много. На три-четыре порции. Предупреждайте гостей. Теперь могу дать только солонину с хлебом и луком.
Гости начали расходится. Зал пустел. Сёстры вытирали столы. Элиана расслаблено сидела возле мойки. Кашевар протирал стол и убирал уже не нужную утварь. К нему подошёл Кассиан. Встал рядом и молчал. Не знал с чего начать.
– У меня в конторке столько денег я и не помню когда было. Может при отце ещё. Сколько еды осталось?
– Ничего не осталось. Всё съели. И почти все яйца закончились.
– Откуда ты про Пашотские яйца знаешь?
Кашевар улыбнулся. Новое название старому. Это было ему близко и знакомо. «Пашотские яйца», значит «Пашотские яйца».
– Блюдо не моё. Много где делают. Но везде по разному. Где-то рыба белая, где-то варёная, где-то яйца просто варят всмятку. Так, чтобы солёная рыба и яйцо в таком виде – я первый раз пробовал. Но по вкусу должно было получиться. Рад что всем понравилось.
– Ты вообще… откуда такой?
– Из дороги.
– И ничего больше не скажешь?
– А нужно?
– Ты честно отработал. Не жаловался, что чего-то нет, не шёл по тому пути, который до этого был. Яйца твои, «Пашотские», «Уха царская»… Почему к барону на кухню не пошёл? Я думаю что и у него на кухне тебя бы с удовольствием взяли.
– А здесь что? Народ вкусно поесть не хочет? Вкусно и без золотых приборов? Чем они хуже? Или чем барон лучше? Я просто Кашевар. Я работаю не для себя. Для тех кто ест. Зачем мне искать кого-то особенного? Тебе нужен был повар. Я просто появился в нужное время. И это не моя заслуга. Будь у тебя повар жив, ты бы со мной даже разговаривать не стал бы. Случилось то, что случилось.
Кассиан задумчиво покачал головой.
– То что ты с Целителем сделал… Зачем? Это же не твоё дело. Целители всегда сами по себе.
– Я должен был смотреть как он умирает у меня на глазах? Для меня это был не Целитель. Это был гость, которому стало плохо. Мне нужно было отвернуться? Или смотреть, как жизнь его покидает? Был бы это крестьянин, с соседской фермы, я поступил бы так же.
– Если бы он здесь умер… Больших проблем бы не было, конечно, раз он с хворью. Но и ничего хорошего бы это не принесло. – Сколько хочешь за работу? За сегодняшний день и за следующие. Много не дам!
Кашевар покачал головой.
– Денег не надо.
– Как это – не надо?
– Давай так: я работаю на тебя. С рассвета до заката. Готовлю, чищу, мою. Порядок у тебя на кухне наведу. Добавлю к тебе в меню блюда, по типу «Пашотского яйца» – простого, быстрого, вкусного и популярного. В замен – еда и угол. Мне места возле печки хватит. Перина мне не нужна. Я привык на земле спать. На кухне и тепло и пахнет вкусно, если кухня правильная – что ещё нужно.
– И всё?
– Нет.
Кассиан насторожился.