Вадим Макаров – Дактиль (страница 8)

–Каких жертв… Какой краской? Почему ты мне раньше ничего не рассказывал? – спросил Грэм.

– Это секретная информация, об этом психе не знают даже журналисты, все для того, чтобы не пугать народ. К тому же это происходит не в одном месте. Каждая новая осень – новые жертвы, новый штат. Твоя дочь первая в нашем городе, а вот последняя пропавшая и, собственно, найденная жертва в Нью-Хэмпшире, как раз на утро после нашего разговора, ну когда ты приезжал ко мне. Бедная Мелани. – опустил глаза Коул.

– Получается, это он убил мою дочь… – хмурясь сказал Грэм, смотря то на Джорджа то себе под ноги.

– А вот тут остановимся, проблема в том, что тех несчастных мы находили сразу после пропажи, не в самом приятном обличии, но у тебя все иначе. Мы так и не нашли ее тело. Поэтому смею предполагать, что она жива, либо он стал прятать тела, так как боится, что мы сядем ему на хвост. Но тут есть еще один момент. За эти годы, что мы гоняемся за ним, он никогда не менял штат среди сезона. А тут три жертвы, два штата. Я думаю, твоя дочь к этому никак не относится, но я обещаю, что приложу все силы, чтобы найти ее, и слава богу, если я не ошибаюсь со своими выводами.

– Ну, а имя у вашего психа есть? – спросил Грэм.

– В деле написали «Коннектикутский маньяк», но по неофициальным данным, его могут звать Микки… – вырвалось у Джорджа, и, осознав это, он вмиг испугался.

– Так почему вы все еще не задержали того придурка! – повысил голос Грэм. – Тот толстяк назвал его Микки, а как выясняется, вашего психа тоже зовут Микки! – и если в тот раз Грэм просто ошибся, назвав его этим именем, сейчас он сделал это специально.

Сам того не осознавая, его «план Б» уже вступил в силу.

– Остынь Грэм. Я не хуже тебя хочу найти его. Но я все же считаю, что твоя дочь тут не причем. Поэтому…

– Поэтому?

– Тебе стоит прекратить лезть в это дело, так как это совсем другой уровень. Я понимаю, что ты хочешь помочь, но это разные дела, а допускать тебя просто так я не могу. И так уже пару раз слышал за спиной недовольные речи о том, что бывшему детективу не место в полицейском офисе.

***

Ночью Грэм не мог уснуть. Все думал о Микки.

"Микки… Микки…" – повторял он себе.

Единственный способ избавиться от мыслей и уснуть, который для себя нашел Грэм за последние две с половиной недели бесконечных бессониц, был дневник. Выплеснуть на его шершавые страницы всю грязь, кипящую в черепной коробке, забыться в оставшейся пустоте, и, быть может, если, конечно, достаточно четко изложишь мысли, посмотришь сон, не плохой и не хороший, пустышку. Но и та лучше реальности.

15 октября

На следующий день Грэм и Джордж снова встретились.

– Ну что, нашли чего в тех гаражах? – спросил Грэм.

– Сняли следы протекторов, поговорили с местными владельцами. Никакого Микки они не знают.

– А тот толстяк? Он был там?

– Нет, его не было. Но он особо и не скрывается. Его зовут Джастин Бин, ранее привлекался за изнасилование, но ему, грубо говоря, сошло с рук, его признали невменяемым, и он только отсидел в психушке. Там были еще участники, однако их не опознали свидетели. Но, как я понимаю, все это было спецом, сдали одних своих же, чтобы не сели другие свои, которые поважнее.

– Кто свидетели?

– Один – Зак Стоуфорд, его бывший одноклассник, возможный соучастник, другой – Люк Марроу, в чьем доме тогда и проходила тусовка, на которой они и надругались над пьяной девушкой.

– По ним есть информация?

– Да, они тут в участке на допросе. Часа три уже, наверное. Люк после того дела потерял с Бином связь и больше с ним не общался. А Зак работает дальнобойщиком и возит бракованные детали, которыми потом торгует Бин в своем гараже.

– Думаешь, это их я видел тогда возле гаража?

– Ну… – качнул головой Коул, – Сможешь опознать их?

– Пойдем. – сказал Нортон.

Они вошли в комнату со стеклом, Грэм поздоровался со стоящими там людьми и подошел ближе.

В камере допроса сидели двое. Зак, тот, что слева, был похож на типичного лесоруба. Клетчатая рубашка, слегка расстёгнутая кверху, заправлена в штаны, под ней чёрная майка. Второй сидел, растянувшись на стуле. Джинсовка была ему крайне мала, но, видимо, таким образом он хотел казаться большим парнем и в случае чего готов был порвать её по шву на спине, если бы сил хватило, конечно.

– Это не они. – Заключил Грэм.

Тогда офицер Коул лично зашел в комнату допроса, пока Грэм остался наблюдать за ними по ту сторону стекла. Офицер сел перед подозреваемыми на стул и щелкнул на кнопку диктофона.

– Зак, когда вы последний раз привозили детали Бину?

– Ну в сентябре.

– Какого числа?

– Я те, че, календарь? Откуда я помню? – огрызнулся Зак.

– В гараже был еще кто-то вместе с Бином? – спросил Коул.

– Ну был.

– Кто?

– Клиент.

Коул вскипал. Видно было, как венка легонько стала набухать на его шоколадном запотевшем виске. Он щелкнул на кнопку паузы на диктофоне.

– Сейчас расскажешь все в полном объеме, я с тобой тут не в кошки-мышки играю. Твоя лицензия протухла уже год назад, и ребята из Портленда уже давно тебя ищут, потому что ты не платишь им долю. И если ты сейчас, сукин сын, будешь и дальше мне по одному слову мямлить, я тебя сдам им, а не окружному прокурору. А ты ведь знаешь, они тебя будут судить по-своему. Ты меня услышал? – сказал Коул и продолжил запись.

Зак переглянулся с Люком, и судорожно дернув плечом заговорил.

– У Джаса дохрена клиентов, к нему кто только не гоняет. Но этого я раньше не видел. Ну обычный тип.

– Ты запомнил его лицо?

– Ну так, даже думаю, нарисовать смогу…

После того как запись остановили, Зак продолжил:

– Только не сдавайте меня в Портленд.

– Очко… – сказал Люк.

– Отвали. – ответил Зак.

Больше информации из них выжать не смогли. По рисунку, который сделал Зак, эксперт сделал тут же фоторобот, и Коул принес его Грэму на опознание.

– Ну, что скажешь? – спросил Джордж у Грэма.

На фото был мужчина, полностью не похожий на того, с кем тогда переглянулся Грэм, и спустя достаточно долгую паузу он ответил:

– Это он.

Наступил вечер, за окном тоскливо скрипела старая ива, растущая по ту сторону дороги. Грэм сел на диван, а после склонился над журнальным столиком, на котором лежал его дневник.

«Я снова слышу эти мысли. Я знаю, что если сейчас же их не запишу, то этой ночью мне не уснуть.

Прости, Коул. В этот раз я тебя обманул. С одной стороны, мне очень грустно, что я смог обвести вокруг пальца полицейского, ведь тогда это может сделать любой человек. Но теперь я точно знаю, что я развязал себе руки.

Понятия не имею, что за человека нарисовал Зак.

Зачем я это делаю? Подумай сам, Джордж. Тот тип, кем бы он не был, возможно, убил мою дочь, и я не позволю ему сесть за решетку. Не допущу чтобы вы взяли его раньше чем я. Я просто выигрываю себе время» записал Грэм, не поставив точку.

16 октября

В обед Грэм Нортон уехал в Огасту. Перед этим, в девять утра, ему позвонили на домашний телефон, тем самым разбудив его.

– Нортон, – сказал он скрипящим голосом.

– Это Коул… У меня есть новости для тебя, старина! Хочу обсудить это с тобой лично.

– Угу…

– Ты не мог бы приехать ко мне? Я сейчас в штаб-квартире у моих коллег из центрального департамента, адрес ты знаешь.