Вадим Кузнецов – Проклятье гномов. Клинки и розы (страница 13)
– Скажи мне, шут, а начальник стражи – верный человек? Он не проболтается?
– Мы с ним не очень близки, хотя покойный король ему доверял…
– Рисковать нельзя. Слишком много на кону. Ты понимаешь, что все мои начинания сейчас под угрозой?
– Да, милорд.
– А какой стихии капитан стражи? Как, кстати, его зовут? – к своему стыду, Франциск еще не успел запомнить имена придворных.
– Арман, Ваше Величество. Огонь, пятый уровень.
– Отлично, любезнейший! Отлично! Мы еще до сих пор не выяснили причин пожара во дворце. Собирайте суд и предъявляйте обвинение этому… Арману! А, как известно, покушение на короля или особ королевской семьи грозит… Чем, Стради?
– Смертной казнью… – дрожа и бледнея, прошептал шут. Он начинал понимать, что игра со Сталью может закончиться плахой.
– Именно! Если ты, Стради, не хочешь пойти в соучастники, то держи язык за зубами. Все понял?
– Да, Ми… Ваше Величество, – путая слова и чуть заикаясь, произнес Стради.
Через неделю Столица украсилась серыми, подобающими правящей стихии, флагами, серебристые игольчатые шпили королевского дворца ярко заблестели на солнце. Страна готовилась к коронации нового короля.
Франциск, одетый в серебристый военный жакет, торжественно вышел из дверей королевского дворца и ступил на мягкую ковровую дорожку. Она проходила через всю Царскую площадь к Собору Пяти Святых. Будущему королю предстояло пройти этот путь в полном одиночестве и молчании. По краям широкого ковра стояли стражники с церемониальными алебардами и треугольными щитами. Каждый десяток воинов прикрывал боевой маг. Серебристая сталь помпезно блестела в лучах солнца, а народ, оттесненный военными, даже приумолк, ожидая начала церемонии.
И вот, седой усатый старик медленно шагнул тяжелыми ботфортами на ковер и степенно двинулся к Собору. Франциск важно шел мимо военных рядов и, казалось, слегка улыбался каждому солдату. Усы, вытянутые в струну, немного подрагивали. Глаза по-отечески щурились.
Вот он уже приблизился к центру площади, к Арке Карла Восьмого, воздвигнутой в честь военной победы. Эти ворота казались вратами счастья, за которыми начинается новая эпоха. Франциск ступил под своды сооружения, а когда он вновь вышел на свет – света уже не было! Небо заволокли черные тучи и над городом полыхнули корявые молнии. Загрохотало. Зарядил дождь. Король ничуть не смутился и продолжил свой путь. Ему оставалось пройти еще немного, как ветер нещадно усилился, и в небе стало долбить все яростнее и громче. Одна из молний попала в новую игольчатую башню, другая ударила чуть впереди идущего Франциска, выжигая дыру в ковре. В толпе послышались испуганные крики, возросло давление передних рядов, но стражники стояли твердо, сдерживая натиск взбудораженных простолюдинов.
И тут кто-то на площади истошно заорал:
– Кровь! Течет кровь!
– Проклятье!
И в самом деле, с обозленных небес полил сильный дождь, но, когда первые капли упали на лица людей, те оказались окрашены неестественным красным цветом. Горожане стряхивали алую воду с одежд и суеверно кричали. Какой-то святоша выхватил из-под рясы магическую звезду и начал читать молитвы. А рядом еле держащийся на ногах забулдыга уже слизывал влагу с рукавов, утверждая, что это вино, дар богов, льющийся с неба.
Между тем молнии все чаще попадали в ковровую дорожку, и Франциск каждый шаг делал с большой осторожностью. Он не хотел падать в грязь лицом, не хотел бежать стремглав к Собору. И не идти туда будущий король не мог. Это бы означало трусость и отказ от короны. Молнии били сзади и спереди Франциска, уши заложило, глаза заволокло гарью, почувствовался запах паленого. Но герцог все равно продолжал свой путь. Удивительно, что ни одна небесная стрела не попала в толпу людей, стоящих на площади и это, вероятно, спасло. Иначе бы возникли паника и давка, обезумевшие горожане просто бы смели шеренги солдат и раздавили своего новоиспеченного короля.
Когда уже оставалось пройти несколько шагов, Франциск не выдержал. Страх сделал свое дело. Будущий король мысленно прочел мантры, совершил два-три пасса левой рукой, и в ней материализовался серебристый щит. Франциск поднял щит над головой и сразу поймал на него две или три молнии. Сталь заискрилась, но выдержала. Тогда Франциск выбросил вперед правую длань, и из нее вырос сверкающий стальной меч. Герцог величаво стоял на площади и медленно обводил своих подданных суровым карающим взглядом. Щит исправно ловил на себя молнии, а меч грозил скорой расправой каждому, кто вздумает посягнуть на жизнь властелина. Франциск продолжил идти вперед. Наконец-то он достиг Собора, лениво ткнул мечом в двери, и те раскрылись. Как только Франциск попал вовнутрь, последняя огненная молния ударила о каменные ступени, и дождь прекратился. Это посчитали хорошим знамением.
– Да здравствует король! – раздался неуверенный голос.
– Да здравствует король! – подхватили другие.
В этот момент лучи вышедшего из-за туч солнца вновь осветили купол Собора. А вверх уже полетели шапки, и людской крик пытался заглушить торжественный звон колоколов.
В Соборе Пяти Святых будущего короля уже ожидала венценосная семья. На этот раз, кроме великих герцогов и молодого двора присутствовали почти все именитые родственники Франциска.
Первой своего мужа встретила герцогиня Лизетта. Она была облачена в оранжевое яркое платье, так как являлась огненной чародейкой. Эта особа с рыжими волосами и заостренным игривым носом ласково улыбнулась, и Франциск осторожно взял ее под руку. Далее, у мраморной колонны, вовсю щебетали дочери будущего короля – Шарлотта и Изабелла. Если Шарлотта походила внешностью на мать, только волосы ее были светлыми, то Изабелла взяла больше от отца. Она имела узкие скулы и нос, да и вся фигура скорее походила на мальчишечью, чем на женскую. Конечно, роскошное голубое платье Воды скрывало физические недостатки, но все равно в движениях молодой принцессы сквозила некоторая угловатость.
Поодаль махала веером великолепная королева Анна. Уже вдовствующая. Ее темно-зеленое платье стихии Дерева украшали тонкие черные ниточки, указывающие на траур. На голове – такого же цвета платок, скрывающий распущенные волосы. Конечно, она могла облачиться во все черное, ибо эта коронация считалась ее поражением, потерей не только любимого мужа, но и сына. Но королева еще не казалась полностью удрученной, в ее заплаканных глазах таилась надежда.
По правую руку важно пыжились влиятельные братья короля, великие герцоги – Антоний и Генрих. Оба сегодня пришли в сопровождении своих супруг, одетых в богатые атласные платья. А остальные представители молодого двора – Робер, Людвиг и Эдуард о чем-то перешептывались в темном углу. Издали казалось, что разговор у них напряженный. Оттуда не слышалось шуток и смеха, наоборот, лица молодых выглядели серьезными. Франциск коварно усмехнулся в усы, ибо считал, что его подданные должны соперничать между собой. Ведь тогда править ими будет легче.
Весь двор чем-то напоминал шахматную доску с расставленными на ней фигурами. Две королевы, король, несколько офицеров и пешек, стремящихся выйти в ферзи. Казалось, все замерли, ожидая своего хода. Отсутствовала лишь принцесса Клеменция, супруга опального принца. Эта особа всегда чуралась развлечений и праздников, предпочитая царственным торжествам свою собственную семью. Принца Карла и маленького сына. А сейчас она тем паче не желала присутствовать при торжестве короля, который отобрал у ее мужа законное право царствовать.
Между тем к Франциску подошел Террос, маг Земли. Он сурово нахмурил брови и прошептал в бороду:
– Ваше Величество, я видел, что случилось на площади. Произошел очередной прорыв из инфернальной реальности. Это уже в Столице! Быть может, нам перенести церемонию на другой день?
Маг Земли не стал напоминать о пророчестве, хотя с небес действительно лил кровавый дождь, предвещая появление короля-вампира.
– Нет, Террос, мы ничего не будем переносить! Если вы не заметили, я справился! И, кстати, вы опять забываетесь, ваше время, время Земли кончилось! – жестко ответил будущий король.
– Да, уважаемый Террос. Теперь мы правим бал! – встрял подошедший Металлиум. – Ваше Величество, вы готовы?
– Готов.
– Тогда приступим.
В Соборе вспыхнул лучистый свет, и старинные фрески на стенах заиграли новыми красками. Лики святых со выцветших икон смотрели строго и всепрощающе. Перед алтарем зажгли свечи, поставили купель с водой, рядом, на широком столе, насыпано немного земли, в которую воткнута маленькая виселица, деревянный столбик с перекладиной. На ней висела петля из железной цепи. Все стихии представлены, и Великие магистры начали совершать торжественный обряд коронации.
Службу вел Металлиум, как представитель правящей стихии. Он освятил все знаком святой Виселицы, несколько раз прочитал молитвы, взмахнул серебряным ритуальным мечом, после чего вонзил его в землю. Затем Франциск подошел к алтарю, взял в руки горсть землицы и дунул в нее, развеивая от себя. Маг Воды полил жидкости на ритуальный меч, а Игнис зажег на острие маленький негаснущий огонек. Все эти действия перемежались песнопениями и молитвами. Весь двор несколько раз поклонился, отдавая дань Великому Учителю и будущему королю. Эпилогом действия Арбор вытащил из земли виселицу и вытянул ее перед собой. Франциск поднял ритуальный меч и одним ударом раскроил древесину, снося верхнюю перекладину. Железная цепь брякнула о каменный пол. Это могло показаться святотатством, но такую церемонию выбрал сам Металлиум. Королеве Анне все это показалось еще большим унижением стихии Дерева, и ее сына, в частности, поэтому женщина отвернулась. Франциск же возликовал, ибо не надеялся разрубить столбик одним ударом.