Вадим Кузнецов – Хроническая болезнь (страница 43)
– Не надо! – встрял Ковров. – Нельзя лишать Свету последнего шанса. Но… Я пойду и убью ее, если она, действительно, изменщица!
– Так тому и быть. Любовь или смерть. К одним придет святой Валентин, а к другим окаянный Кондратий! – печально прошептал Ярославцев, и в уголках его серых глаз появились капельки влаги.
Глава 32
– Ай люли-люли, ай хули-хули… Ай люли-люли, ай хули-хули…
Возможно, пребывавший навеселе, Баходур использовал какие-то другие слова, но Владимиру слышалось именно это. Национальное песнопение преследовало его почти весь полет.
Над Сакс-Сити властвовала ночь, лишь прожекторы шныряли лучами по улицам, светила полная луна, и черное звездное небо дарило шанс на надежду. Хотя и среди звезд одна была ярче и губительней, – это оплот космонавтов, МКС.
Аэробус с тремя семерками на борту без проблем проник в Сакс-Сити. Несмотря на то, что машина летела из старого города, Байрама. Какое кому дело? Ведь у богатых могут быть свои причуды. Может, члену Генофонда сильно наскучил полис или заезжий турист решил прогуляться в пустыню и обратно. На аэробус просто не обратили внимания и, честно говоря, даже не могли обратить.
«Мы пьем не для кайфа, а для дела», – так говорил Сергей Михалыч. Да, перед самым полетом все пассажиры, как и таксист, приняли по сто грамм крепкого алкоголя. Именно поэтому азиоевропеец пел песни. Хотя, по плану Михалыча, он должен быть наготове и в случае чего прикрывать отход Владимира.
Усатый таксист уверенно вел машину, смотря лишь на показания приборов и приближающуюся землю.
«Такси на Дубровку заказывали?» – Коврову вспомнился старый советский фильм. Именно юмор позволял держаться и помнить о том, что еще предстоит преодолеть несколько кордонов, прежде чем попасть в святая святых врачей – Инкубатор. Там находилась любимая, Светлана.
– Так, ребята, приближаемся… – пилот показал рукой на небольшую площадь и начал снижение.
– Слишь, да? – Баходур прекратил пение и обернулся к Владимиру.
– Слышу, слышу…
– Ты, энто… Опасайся врачей в белых халатах… – зашептал азиоевропеец.
– Ну так они все в белых халатах, разве не так!
– Не так, Валодья! Одни – в костюмах, другие – в халатах.
Ковров задумался. Вспомнил сурового врача на площади, в облачении космонавта, врача в Оазисе, похожего на гаишника. А врачей в халатах ему еще и не встречалось. Хотя они все ходили в белом и с крестами.
– Слюшай, Валодья! Знаешь, пачему в халатах – опасные.
– Нет.
Тут Баходур сделал испуганные глаза и прошептал:
– Они – коратисты!
– Да ты что!
– Ага, ага… Меня один так… месяц назад… так с ноги… Больно, брат!
Владимир усмехнулся, но к сведенью принял. В этом безумном мире возможно все. Кто его знает, может, действительно, прав Алиев. Халат дает большую свободу телу, нежели иная одежда. И его проще скинуть…
Аэробус бесшумно снизился на широкую улицу. В двух кварталах от Инкубатора. Ближе нельзя, ибо там, у одного из важных объектов, могут дежурить и настоящие медицинские патрули. Владимиру придется пройти пешком, строго по карте, которую Айфон вывел для него на пленке. Пользоваться нейроинтерфейсом нежелательно – могут засечь.
Ковров медленно шел по городу, стараясь не привлекать внимания. Одетый в белый спортивный костюм с выдавленными крестами он походил на молодого врача. А в другой одежде вход в Инкубатор разрешен только для членов Генофонда. Михалыч и это предусмотрел.
Издали донеслись знакомые крики: «Мессия близко, спаситель придет!»
«Даже ночью эти маньяки не успокаиваются», – подумал Владимир, усмехнувшись.
Пройдя спящий квартал, он попал на узкую улицу, которая привела к площади, перекрытой прочной крышей. На площади находилось около двадцати человек самых разных каст, кроме врачей. Все они сидели на пластиковых ковриках и странным образом молились. Это не было похоже ни на один обряд, известный Коврову. Сидя по-турецки сектанты хлопали себя ладонями по коленям, затем поднимали руки и глаза к небу и периодически кричали:
– Мессия близко, спаситель придет! Мессия близко, спаситель придет!
Подойдя ближе, Владимир увидел и их главаря. Этот смуглый работник пищепрома – единственный, кто стоял на ногах в центре площади и проповедовал. Его всклокоченная борода развевалась в такт словам:
– О, несчастные! Верьте мне я видел, видел его. Он был лохмат и плешив, мал и велик, усатый и ушастый, мудрый и прекрасный! Я видел его! Я видел кота!
«Я тоже кота видел, ну и что?» – подумал Владимир.
– Это посланник! Посланник спасителя! Мессия близко, спаситель придет!
– Мессия близко, спаситель придет! Мессия близко, спаситель придет! – люди вторили «пастору» хлопая по коленям и вновь воздымая глаза к небу.
– Придет спаситель и будет судить каждого по делам его и здоровью! Избавит нас от мук и страданий! От мук и тяжелой работы!
Владимир чуть не рассмеялся, прикрывая ладонью рот. Но его заметили, и среди паствы раздался испуганный шепот: «Доктор пришел… доктор…». Кто-то уже поднялся, чтобы бежать, но Ковров перехватил парня за одежду и поднял руку:
– Успокойтесь! Я вас не трону! Я тоже узрел его.
– Кого ты узрел, сын мой! – неожиданно вопросил проповедник. Он знаком остановил всех и приложил руку к груди. – Скажи же нам!
– Кота!
– Ты тоже ждешь спасителя, сын мой? Ты тоже хочешь свободы?
Владимир рисковал, ибо в любую минуту тут могли появиться настоящие врачи, да и кто его знает, может среди этих сектантов таятся шпионы Карачуна…
– Я не только кота узрел, но и самого спасителя! – расхрабрился Владимир.
– О, сын мой! – воспрял духом проповедник. – Вы слышали, люди! Мессия близко, спаситель придет!
– Мессия близко, спаситель придет! Мессия близко, спаситель придет! – грянул многоголосый хор.
– Где же ты его видел? Какой он? – проповедник дружески обнял Владимира, и тот почувствовал явственный запах немытого тела.
Ковров чуть отстранился, оглянулся по сторонам и многозначительно произнес:
– Вы встретите мессию и скоро! Очень, очень скоро! Ждите спасителя! Его будет просто узнать! На его плече будет сидеть плешивый кот!
– О-о-о-о! – как исступленный заорал бородач и вновь начал скандировать: – Мессия близко, спаситель придет!
– Мессия близко, спаситель придет! Мессия близко, спаситель придет! – ответили ему.
Неожиданно на площадь лег свет прожекторов, и сверху раздался властный голос:
– Всем оставаться на своих местах! Проверка чипов!
Владимир заметил, как с неба спускается медицинский аэробус, и не стал ждать окончания этой пьесы, предпочтя скрыться в темном проулке. Шел не спеша, ибо считал, что его одеяние врача навряд-ли привлечет настоящих медработников. Ведь им было и без того, чем заняться.
Здание Инкубатора выделялось среди остальных некоей монументальностью и стальными прочными стенами. Кроме названия, перед входом светилась бегущая строка: «Член генофонда, сдавай свои клетки чаще!»
Владимир сосредоточился.
«Где-то там, на десятом уровне, меня ждет Светлана. Я должен ее спасти!»
Ковров скрылся в тени, достал фляжку и сделал два больших глотка. «Не больше ста грамм в час! – вспомнились слова Михалыча. – Экономь спиртное, ведь неизвестно сколько времени тебе понадобится для выполнения задачи».
Выпив положенную дозу, Владимир осторожно достал две пластинки из фольги и прилепил себе на чип и считыватель.
«Два-три раза точно должно сработать, – инструктировал Айфон. – Главное – проникнуть на второй подземный уровень, там я смогу увидеть тебя и помогу открыть нужные двери. Стремись найти лестницу, а лучше лифт. На нем ты сможешь попасть даже на десятый уровень. Именно там держат Светлану».
Владимир еще раз оглянулся, подошел к дверям здания и приложил руки к считывающим элементам. Послышалось тихое шипение и двери плавно открылись, пуская в холл.
«Осторожно. Все по плану. Ждем пять минут. Это камера дезинфекции».
Вскоре Владимир вышел в темный холл. Там было призрачно. Только слабое дежурное освещение не давало споткнуться или стукнуться лбом об стену.
Зал с белыми колоннами, прямо – стойка регистратуры. Влево и вправо вели одинаковые коридоры.
«Куда идти?»
Вдруг послышались отчетливые шаги, и Владимир спрятался за ближайшей колонной. Из темноты ударил луч налобного фонаря и в холле появилась коротконогая тень. А затем вышел и ее хозяин – санитар.