Вадим Кузнецов – Хроническая болезнь (страница 3)
Когда они оказались внутри, Стив посадил новоприбывшего в кресло, включил стереокамеры на запись и продолжил разговор. Лаборант практически не рисковал, пуская чужака в «святая святых» Станции, ведь в случае опасности сработает умная автоматика, и санитары быстро обезвредят нарушителя.
– Уважаемый соотечественник! Вы на Земле, Новая Европа, Сакс-Сити … – продолжил Хаген, стараясь употреблять старые русские слова, воздерживаясь от неологизмов.
– Ну, ничего себе! Что за Новая Европа? – в этот момент Владимир посмотрел на обзорный дисплей, показывающий песчаные барханы. – А как выглядит Старая? Я что, в будущем?
– Для нас это время – настоящее, а вы из прошлого. Скажу сразу, Земля сильно изменилась. Многое вам может не понравиться. Очень многое. Кстати, вернуться назад практически невозможно… – полностью раскрывая карты, ответил Стив.
– Неужели города больше нет? Где Санкт-Петербург?
– В пространстве вы тоже переместились. За окном – пустыня Каракумы.
– А как же я переместился? – удивленно спросил Владимир.
– Загадка природы. Пространственно-временная дыра, физический феномен. Ваше перемещение – неоспоримый факт, который пока никак не объясняется современной наукой, а она, уж, будьте уверены, более развита, чем в ваше время. Особенно медицина. А сейчас, дайте, пожалуйста, вашу сумку, – вежливо попросил Стив.
– Это еще зачем?
Судя по выражению лица, Владимир понял только последнюю фразу, пропустив мимо ушей научное обоснование феномена перемещения. Тяжелый случай.
– Надо исследовать и проверить на наличие вирусной инфекции, химикатов и… Ну, надо проверить, да.
– Слушай, чего исследовать, раз такое дело, давай, что ли выпьем с горя, да и за знакомство тоже, – вальяжно произнес Владимир и извлек на свет антикварную стеклянную бутылку с какой-то прозрачной жидкостью. Видно было, что он находился в состоянии эйфории или под воздействием наркотического препарата. Абсолютно не понимал, что происходит.
– Подождите, это надо обязательно проверить, – настоятельно попросил Хаген.
– Карантин что ли?
Стив не ответил, но решительно взял в руки предложенную бутылку и засунул в шкаф для идентификации предметов. Металлические дверцы захлопнулись, перекрывая доступ воздуха. Аппарат загудел и завибрировал. Все произошло настолько быстро, что Владимир не успел даже открыть рот.
– Подождите немного, сейчас посмотрим, что такое вы привезли, займет минут десять. И снимите свой комбинезон, не холодно. На территории Станции – +25 по Цельсию, а на улице еще теплее, – заботливо объяснил Стив.
Ковров с нескрываемым огорчением снял куртку, предварительно вытащив из кармана какую-то коробочку. Внутри нее оказались небольшие палочки. Пришелец ловко вытащил одну, вставил в рот, затем достал странный металлический предмет. Раздался щелчок, вспыхнуло пламя и, когда Ковров поднес пламя к палочке, та стала стремительно тлеть. Белый дым неприятного запаха поднялся в воздух. Пришелец улыбнулся, вытащил палочку изо рта, снова вставил, опять вынул, и теперь белесый дым заструился прямо из носа.
– Что вы делаете? – удивился Стив.
– Курю, неужели ты никогда сигарет не видел? А ты не куришь?
– Нет, никогда не пробовал, а зачем тебе это, – дополнительная энергия? – лаборант, подражая Владимиру, перешел на «ты».
Неожиданно загорелась левая приборная панель, пронзительно завыла сирена. Тревога второй степени!
– Быстро затуши! Это сигнал химической опасности!
– Но я лишь пару раз затянулся…
– Брось дымить, иначе сейчас санитары заявятся. Тогда вот и попадешь в настоящую Больницу!
Владимир с явным неудовольствием загасил сигарету о коробку и опасливо огляделся по сторонам.
Стены главного отсека Станции окрашены теми же серо-металлическими тонами, как и длинный технический коридор, где первоначально оказался Ковров. Тут находилось множество разнообразной аппаратуры, видимо, интересной для мало-мальски интеллектуального человека. На рабочем месте лаборанта выделялись четыре панели, предназначенные для разного рода наблюдений и экспериментов. На каждой панели – по жидкокристаллическому монитору. Они-то и привлекли внимание гостя.
– Компьютеры? А какая у вас операционная система? Игрушки какие-нибудь есть? – засыпал вопросами Владимир и, ненароком увидев клавишу «Game», нажал ее.
На экране засветилась единственная, разрешенная для лаборантов игра. «Шарики».
– Ха, опять эта офисная игрушка? А что-то другое есть?
– Нет, да и в это можно играть не более часа в день. Врачи запрещают…
А на рабочем дисплее уже появилась информация о дыме, попавшем в воздух: «Химический анализ. Состав газа – никотин, фенол, бензопирен… Источник (предположительно) – сигареты, сигары, папиросы. Исходное сырье – табак. Происхождение – Южная Америка. Ограничения для частных лиц. Запрещено Европейским консилиумом в 24 году М. Э. производство, хранение, распространение и использование. Нарушение преследуется согласно Законодательству, ст. 102».
Все надписи высвечивались на привычном русском языке, поэтому и Владимир без труда прочитал с экрана.
– Придется тебе, Володя, больше не курить! – констатировал Стив.
– Это с какого перепуга? – возразил пришелец.
– Любое нарушение Законодательства очень строго карается, – буркнул лаборант, стараясь, чтобы голос звучал жестко и убедительно. Владимир помрачнел и осунулся. Немного подумал и изрек:
– А что такое М.Э.? У вас что, новое летоисчисление?
– Да, Медицинская Эра! Сейчас идет 151 год! Отсчет ведется со дня рождения изобретателя нейроинтерфейса! Краткую историю планеты вы скоро узнаете… – пояснил Хаген.
Через несколько минут закончилось лабораторное исследование «Столичной водки», именно такие слова Стив прочитал на золотистой этикетке, наклеенной на стеклянную емкость.
Компьютер вынес очередной неутешительный вердикт: «Состав жидкости: 40 % – С2Н5ОН (чистота 75 %); 56 % – Н2О; 4 % – посторонние примеси (хлор, сивушные масла, лимонная кислота, уксус и др.) Название жидкости (предположительно) – водка. Ограничения для частных лиц. Запрещено Европейским консилиумом в 24 году М. Э. производство, хранение, распространение и использование. Нарушение преследуется согласно Законодательству, ст. 102. Возраст жидкости – ориентировочно 550 лет. Для получения подробного анализа нажмите «Enter».
– Что, какой, к черту, хлор, это же хорошая водка! Слушай, парень, верни бутылку! Я по-хорошему прошу. Не хочешь – не пей! Но издеваться-то хватит! – грозно заявил Владимир и даже внушительно пристукнул кулаком по приборной панели.
Стив насторожился. Странный гость рассержен, подает признаки агрессии. Может, следует вызвать санитаров, пока не поздно? Хотя, они и так скоро активируются, инцидент с никотиновым дымом наверняка уже известен Главврачу. «Зря я не послушался рекомендации компьютера! Но, кто же знал, что Владимир с самого начала будет грубо нарушать Законодательство, хоть и по незнанию. Курит запрещенный табак, теперь вот бутылку свою требует. А в ней водка – запрещенный напиток!»
– Владимир, ты разве не понимаешь, что это – контрабанда! Нелегальный товар! Прежде чем что-то делать, сначала изучи Законодательство! И не размахивай руками! Комната под стереонаблюдением, информация пишется на головной компьютер Станции и сразу попадает к Главврачу! Одно агрессивное движение с твоей стороны, и сюда прибудет команда санитаров. Я не удивлюсь, если уже отдан приказ о немедленной их активации! Они могут появиться в любую минуту! А дальше – консилиум, после которого тебя отправят на гипнотранс.
– Хорошенькая перспектива – стать вашей подопытной мышкой! Санитары, психбольница, вновь власти используют «грязные методы», как при советском режиме! – начал возмущаться и тут же осекся Владимир. Видно было, что он позабыл об упомянутых «системах стереонаблюдения» и теперь понимает, что сболтнул лишнего.
– А что такое гипнотранс? – осторожно спросил пришелец чуть погодя.
– Исправление психики. Например, избавление от вредных привычек.
– А что может решить консилиум?
– Одно из двух, либо ты продолжаешь жить полноценной жизнью, либо отправляешься на Фабрику переработки, для использования твоих тканей в других, более нужных обществу организмах.
Стив заметил, что Владимир сильно изменился в лице, мелко затрясся и начал кричать, активно жестикулируя:
– На органы, значит! Ну и живодеры! Врачи-палачи! Жизнь человека для вас ничто! – пришелец нервно сжимал кулаки, – Что ты ждешь-то? «Enter»! Давай! Что? Да? Да! Ну, вот! Вернулась, родимая!
Ковров, не дождавшись активных действий от лаборанта, сам добрался до клавиатуры идентификационного шкафа, нажал на «Enter», потом на вопрос «очистить ли жидкость» ответил согласием, не задерживаясь на том, что увидел на экране монитора.
Шкаф моментально открылся, бутылка стояла, будто нетронутая. Владимир вытащил емкость, быстрым движением скрутил крышку и, не найдя под рукой посуды, начал пить из горлышка.
– Эй, да ты что сделал? – воскликнул пришелец и замахнулся недопитой бутылкой, то ли на дисплей компьютера, то ли на самого Стива. И в этот момент сработал сигнал «тревоги первой степени» – сирена заверещала еще пронзительнее, все панели компьютера осветились, а лампы на потолке замигали красным цветом. Двери помещения открылись, и вовнутрь вбежали коротышки в белых одеждах.