Вадим Кулинченко – На подводной лодке (страница 2)
После учений «Океан-70» командование Флотилии подводных лодок обнаружило у меня «штабной талант», и мне предложили службу в штабе Северного флота. Многие военачальники прошлого считали штабы мозгом Армии и Флотов. И это истина.
В конце 1970 года, после 12 лет службы на подводных лодках, дизельных и атомных, я перешёл на штабную работу.
В штабе Северного флота, где я прослужил до 1980 года в Оперативном управлении, моя служба была связана с подводными лодками. Мне приходилось заниматься планированием боевой службы для подводных лодок. В этот период я закончил и академические курсы по управленческому направлению.
Флот рос и развивался. Возникали новые управленческие структуры. Для них нужны были кадры. И в 1980 году меня пригласили в Москву, в Главный штаб ВМФ, на должность старшего офицера-оператора Воздушного командного пункта ВМФ (ВЗПу), который входил в систему Центрального командного пункта ВМФ. Там я пролетал на самолётах воздушного командного пункта до 1897 года, откуда в звании капитана 1 ранга ушёл в запас в возрасте 50 лет, с выслугой 52 года (календарная выслуга 32,5 года).
В период службы в Главном штабе ВМФ бывали различные случаи. Приходилось часто вылетать на Флоты с Главнокомандующими ВМФ, как-то Адмиралом Флота Советского Союза Сергеем Георгиевичем Горшковым и Адмиралом флота Владимиром Николаевичем Чернавиным, последний даже не хотел меня отпускать, собираясь, продлить мне службу ещё на пять лет, но я отказался. Любая военная служба не сахар – свобода стеснена, приказы – распорядки – командировки, и всё бегом – бегом. Хотелось заняться чем-то по своему усмотрению.
Относительно наград хочу сказать, что, к сожалению, а возможно к счастью, орденов нет. А медали все юбилейные, за исключением трёх – за выслугу лет. Мне как-то уже в Главном штабе один из начальников, прослуживший в штабах с лейтенантов, сказал: «Что ж ты, Вадим Тимофеевич, говоришь, в автономки ходил, Израиль воевал, а орденов не имеешь. Я вот уже третий получаю». Это было сказано в присутствии офицеров. На что я ответил: «Как будто Вы не знаете, что на фронте орденов не дают!». Раздался громкий хохот, и смутившийся начальник покинул помещение.
Уйдя в запас в 1987 году, я продолжал работать и заниматься любимым делом. Просиживал в библиотеках, накапливал материал и писал статьи. Конкретно меня интересовало не писательство, а публицистика. Веду своё исчисление в этом деле с 1989 года, когда в «Подмосковной неделе» появилась первая большая моя серьёзная статья. По скромным подсчётам на сегодня имею более 1500 публикаций различного объёма и характера, в основном на морские темы. Сегодня с полным правом подписываюсь «публицист».
Раз пять участвовал в различных журналистских и литературных конкурсах, в основном на военно – патриотические темы, становился Лауреатом этих конкурсов. В 2002 году стал Лауреатом международного конкурса славянских журналистов «России верные сыны».
В 2010 году к 50-летию юбилею Центрального командного пункта ВМФ вышла моя книга «50 лет ЦКП ВМФ». За книгу меня наградили грамотой Татарстана.
В 2016 г. стал дипломатом Всероссийского литературного конкурса «Щит и меч Отечества».
На сегодняшний день (идёт 86-й год моей жизни) я официально не работаю, но пишу….
За всю свою жизнь я не пропустил ни одного года, чтобы не побывать на своей малой Родине, городе Острогожске, где мои корни… Конечно, город меняется, к сожалению, не всегда в лучшую сторону.
Относительно того, что все мои родные имеют фамилию КУЛИЧЕНКО, а я Кулинченко. При оформлении свидетельства о рождении так записали и это обнаружили, когда оформляли брата в КГБ – разнобой в паспортах мамы и отца. Всех привели к одному знаменателю. Я был уже капитан-лейтенантом, уже было пухлое личное дело, и его не стали менять…. Но я не обижаюсь, я знаю свои корни.
Часть первая
Наверное, ни для кого не является большим секретом, что история Военно-морского флота России, в частности, подводного, не только для рядовых граждан, но, к сожалению, и для многих флотских офицеров, остаётся во многом «чистым листом»…. Курса истории отечественного флота в программах наших ВВМУЗов не предусматривалось. Да и особого значения этому вопросу не придавалось. И поэтому, очень важно, чтобы всё больше и чаще появлялись в нашей печати старые и новые, дотоле неизвестные, факты, материалы и имена людей, которые в своё время сделали всё от них зависящее, чтобы слава флота Российского росла вместе с флотом, а Флот России способствовал укреплению авторитета и могущества нашей Родины…. Одной из главных составляющих силы современных флотов являются подводные лодки, которые 116 лет назад были введены в состав Российского Военно-морского флота! 100 летний юбилей Подводных сил России, отмеченный 19 марта 2006 года, прошёл скромно и особо не повлиял на правительственные умы.
Метаморфозы «потаённого судна»
(Об истории возникновения подводного плавания и его развитии в российском флоте)
Более чем вековую историю подводных сил России изложить в одной статье весьма сложно, но обозначить канву их развития можно. Если отсчёт вести с постройки первой боевой лодки, таковой является «Дельфин» (распоряжение Балтийскому заводу о постройке последовало 5 июня 1901 года – испытания закончены 13 августа 1903 года), то Российские подводные силы уже перевалили свой вековой рубеж. Но, из-за сложных финансовых причин, ещё в 2000 году решено было этот юбилей приурочить к выходу в свет Указа Императора Николая 2 «О классификации судов Военного Российского Императорского флота» от 6(19) марта 1906 года, когда подводные лодки были выделены в отдельный класс боевых судов. Таким образом, официальная дата 100-летнего юбилея Подводных сил России отнесена к 19 марта 2006 года.
Подготовка к этому юбилею проводилась на честном энтузиазме преданных своей профессии ветеранов-подводников. Так и не была подписана Государственная программа подготовки к юбилею, хотя она была разработана энтузиастами ещё за два года до юбилея. И на фоне всех прошедших юбилеев Подводных сил в других странах, наш выглядел весьма скромно, несмотря на то, что наш Президент посвящён в почётные подводники. Видимо, не по традиции, а, как всегда, по низкопоклонству. Но это к слову. Жизнь продолжается, и подводные силы ещё покажут свою значимость в защите Отечества!…
ПРЕДШЕСТВЕННИКАМИ БОЕВЫХ СУБМАРИН являются подводные лодки, так называемого, «бытового» предназначения. Первая известная подводная лодка, построенная в Англии в 1620 году голландским механиком Корнелием Ван-Дреббелем, была экзотическим прогулочным подводным судном.
Человек с давних пор мечтал проникнуть в морские глубины, поэтому естественно его стремление к изобретению различных конструкций, способствующих этому. И всё же основная направленность всех этих изобретений со времён Александра Македонского была направлена на борьбу с надводными кораблями противника.
Через 100 лет в 1720 году, уже в России, было заведено «Дело» о постройке «потаённого судна» Ефима Прокофьевича Никонова. Идея была построить «боевую лодку», о чём говорит само название «огненное потаённое судно», которое в море в тихое время будет из снаряду разбивать корабли…». Но дерево было не тем материалом, из которого можно было построить добротную субмарину, поэтому первая подводная лодка для военных целей была построена более чем через полвека в Америке.
«Черепаха» (Тurtle) Давида Бюшнеля «отца подводного плавания» была построена из меди. Экипаж лодки состоял из одного человека, управляющим погружением и движением. Запаса воздуха для дыхания хватало лишь на полчаса подводного плавания. В 1777 году по инициативе генерала Джорджа Вашингтона подлодка Бюшнеля была использована для атаки английских кораблей, блокирующих Нью-Йорк. Это была первая попытка боевого применения подводных лодок.
В конце 18 – начале 19 веков строительство подводных судов застопорилось, было много противников подводного кораблестроения, особенно в Англии, которая разглядела в этом новом деле угрозу своему морскому владычеству. Она была законодательницей морской моды. Но жизнь остановить невозможно, и идеи продолжали развиваться на бумаге и в умах неугомонных изобретателей.
В НАЧАЛЕ 19-го СТОЛЕТИЯ за границей было построено несколько подводных лодок для военных целей. К ним можно отнести лодку Монжери (1825), Кастера (1826) и Жана-Пти (1834) во Франции и другие. На их фоне выгодно отличалась подводная лодка Шильдера, построенная в Петербурге (1834) на Александровском литейном заводе. И изобретатель доложил, что «главный механизм, на котором основано гибельное действие сей лодки, готов и только при отправлении лодки в Петергоф или Кронштадт лодка сия снарядится всеми разрушительными средствами для действия под водою, дабы, таким образом, простоту сего механизма сохранить по возможности в тайне».
Подводная лодка Шильдера является наиболее оригинальной из всех построенных почти до конца 19 столетия. На этой лодке впервые появились подводные якоря, позволявшие удерживать лодку на любой глубине без хода; впервые был применён оптический прибор для наблюдения в подводном положении – прообраз перископа; применён новый вид движения – гребки. Кроме применявшейся и другими изобретателями мины с гальваническим взрывателем, на лодке Шильдера были применены ракеты – «лодка была снабжена прикреплёнными к боковым стенам оной зажигательными и фугасными ракетами, а на стержне, прикреплённом к носовой части оной, имела одну мину в 20 фунтов пороху…» (из донесения об испытаниях 24.7.1838 г.).