Вадим Кирпичев – Враг по разуму (страница 7)
Я перезарядил автомат. Держись, монстр! Теперь я начну охоту. И с каким наслаждением тебя уничтожу!
* * *
Добежав до стола, я почувствовал рывок за шею — на ковер шлепнулся конец какой-то веревки. Но разбираться некогда. Обуревало желание творить.
Не хватало пустяка — звучного имени программы. Эврика! А вот и оно! Элегантно затянув на шее невесть откуда взявшийся галстук, я прошелся левой рукой по клавиатуре. Готические черные буквы пропечатали на весь экран экзотическое, уверен, никому не известное, но отныне вовек неуничтожимое имя:
Ф Р А Н К Е Н Ш Т Е Й Н.
ВРАГ ПО РАЗУМУ
Теоретически человек в силах договориться с любым вселенским чудовищем, если у того есть хоть наперсток мозгов. У нас нет врагов по разуму среди звезд. Это аксиома теории межгалактической коммуникации. Так сказать, положение, не требующее доказательств. И я тоже так думал, пока не попал на самую окраину галактики.
Корабль был не наш. Совсем не наш.
— Побери меня Большая Комиссия!
Я поднял черную пирамидку. Секундой раньше спрятал сканфер Витус, опять он шустрей оказался. Еще бы — работа откладывалась. Сквозь фиолетовые облака слепил невиданной мощи межгалактический торговец-дальнобойщик. Чужак.
— Гляди, какую-то сверхцивилизацию к нам черт несет.
Витус хмыкнул, расправил плечищи — словно разошлись створки ворот феодального замка. Ухмыльнулся. Детинушка явно не верил ни в черта, ни в коварство космоса. А у меня мыслишка мелькнула: когда-нибудь космос вышвырнет из клубящихся фиолетовых туч такое чудовище, с которым не справимся даже мы.
Он мне сразу не понравился — я навел бинокль на монстра. Этакий Завр. Росточком метров семь, туловище диплодока, лапы иглопанцирника планеты Яха плюс трапециевидная башка. Зубастенькая. Какая-то странность была во всем облике монстра. Подмяв под себя пригорок, он что-то подсчитывал на калькуляторе. Ну, это как раз норма для торговца, будь он трижды сверхцивилизован.
Я поднялся. Витус зевнул. Прав парень. Простенькое задание свалилось на нас с небес. Рутина. Что нового способна принести первая встреча с иной цивилизацией? Ни-че-го. Пассы шлемами, расшаркивание хвостами, обмен маршрутными карточками — за тысячи лет галактического содружества этикет вылизан до мелочей. Скучища. Кстати, и я бы так думал, не споткнись при спуске с бруствера на правую ногу.
Гигантский орехокол сиял зубищами над моей головой. Теоретически все заинтересованы в торговле. Лапа чудовища накрыла набедренный ящик-кобуру. Философы вроде доказали: изоляция — гибель, поэтому все мыслящие твари обречены на сотрудничество. Когти заскребли, срывая с ящика-кобуры хомут застежки. Неужели Завр внесет в этикет первого контакта что-то новенькое?
Треугольные глазищи подернулись оранжевой поволокой, монстр клюнул кувалдой-башкой, оскалились метровые зубы в четыре ряда. По-моему, чудовище пыталось состроить приветливую гримасу. Что я говорил!
Вдруг Завр застучал зубами, задрожал, уперся многотонным задом в обшивку корабля — испугался-таки, чудак. Понял, кто самый опасный в галактике. Космический агрессор в бронекостюме — это особая стать, а уж в упор, да на взгляд нежного сверхцивилизованного существа… Оружие? Его у меня не было. Ветеран-косагр с планеты Росс — зачем мне оружие? Я поспешил предъявить пустые руки. Зря. От такого зрелища монстра чуть кондрашка не хватил.
«Кобура» распахнулась. Засияли новенькие астрофаксы, биокомпьютеры, сканферы, видеокубы — Завр мигом разложил на песочке стандартный набор даров для туземца планетопроходческой цивилизации средней отсталости.
«Ушлая козявка — догадалась, кто перед ней», — подумал я и протянул Завру маршрутную карточку. Тот вроде успокоился, вручил мне свою. Пока все шло штатно. Для переговоров я установил складной круглый стол. Монстр словно ждал этого, мигом сел и ловко забросил на него задние лапы. Столик рухнул. Гм. Но настоящие неприятности начались, когда я заговорил. Так у меня часто бывает.
Подвывал Контакт (абсолютный переводчик), выдавая на металингосе стандартный текст из Голубой инструкции о том, сколь радостно здесь, на краю миров, приветствовать явление такого мудрого посланца столь утонченной культуры. Я начитывал Контакту. Тот шустро выдавал очередную порцию рулад. Вдруг Завр хвостом почухал затылок. Зачесалось заднее левое ухо — с кем не бывает. Затем зубастик швырнул себе в пасть слиток жвачки, зачавкал и вскоре вовсю выдувал пузыри.
Пришлось усилить трели.
Я старался. От меня зависела судьба триллионной торговли и бесценного видеобартера. Судьба человечества. Мне не улыбалось попасть в учебники истории новым Янго Лидом, выслушав которого, геронтократы зибрексов — наши старинные партнеры — превратили свои форпосты в фейерверки, высветили боевые стяги и на любое приветствие стали открывать огонь из всех орудий. Увы, галактике не посчастливилось узнать, чего такого сказанул легендарный боцман Таранского космофлота нежным зибриксам. Янго Лид погиб в той катавасии, и уже пятый век никто не в силах снять заклятие боцманского слова.
Поэтому я старался. Помню, разливался насчет «звездного моста дружбы меж братьями по разуму», когда Завр выдул громадный коричневый пузырь и плюнул. Попал в лжеберезку. Белоснежные листья вмиг посинели и осыпались. Гад совершенно не понимал торжественности момента. Больше того, выдувая очередной пузырь, явно косил в мою сторону. Только монстрик явно перенапрягся — раздался громкий и неприличный звук. Я потянул воздух, включил газовую защиту и начал оперативно собираться. Все дело контакта миров дурно, очень дурно запахло.
Витус забавлялся с гантелями, когда с мешком на плечах я рухнул в окоп.
— Ты блестящий контактер, Буян! — пнул он сапогом выпавший видеокуб.
— Стараюсь.
— И грузчик из тебя мировой.
— Я вообще неплохой специалист!
— Универсал!
— Остынь, сынок, побереги запал для дела.
— О чем ты, Буян? Первые контакты всегда удаются.
Пришлось все выложить. Как есть. С подробностями. Пусть до молодца дойдет, в какое задание мы вляпались. Устав лаконичен на сей счет: косагр не может не выполнить задание. Мы — косагры, до первого провала. Ясно? Не ясно. Тогда поднимитесь-ка с диванной подушки, загляните в ближайший пивбар и полюбуйтесь на то, чем становится бывший сверхчеловек… Разгромить средних размеров империю, проломить путь через горы Мерцающего ада, в бараний рог скрутить рыцарей Таргора — все так, для косагра нет невыполнимых заданий. Успокаивал себя, а в голову лезла прежняя глупость: настанет время, и космос подсунет нам неразрешимую задачу. В принципе. А невозможное не совершить даже тебе.
Еле придушил подлую мыслишку. Мы выполним допзадание. И никаких «или». Слова «или» нет в боевом уставе косагров.
Минут двадцать вертели мы с Витусом возникшую проблему. Поведение Завра было необъяснимым. Торговец, представитель сверхцивилизации, казалось, он был обречен на сотрудничество, а монстр и разговаривать с нами не пожелал. Невольно я проговорился о своих опасениях.
— Чуждый разум? В инструкции нет ничего подобного.
Мне не удалось озадачить парня. Апломба в голосе Витуса меньше не стало. Взор его блистал голубой сталью уверенности.
— Знаю, но вдруг нам попался принципиально враждебный разум? С таким не договориться. Конечно, лет через двести очкарики в галстучках докажут невыполнимость задания, но для Большой Комиссии это будет запоздалым свидетельством.
— Враг по разуму? Не верю. Мышление изотропно, абсолютно и универсально, поэтому одна неудача не основание для гнусной клеветы на сверхцивилизацию.
— Погоди, Витус. Тогда откуда сочетание супертехники с явным атавизмом облика? А голова квадратная? Мне весь опыт подсказывает: Завр — чужак.
— Ерунда! Опыт есть избитая глупость, выдающая себя за мудрость. Он неприложим к новому. Голубая инструкция гласит: человек в силах договориться с любым разумным чудовищем. Чуждый разум невозможен! Завр будет нашим братом по разуму
Сказанув эту умность, Витус обдал стальным взглядом окрестность — рощица ложных березок стала смирно. Парень оскалился деревянным карусельным жеребцом и сдуру сжал в кулачище чугунную гантелину. Серый песок посыпался в траву.
Я залюбовался парнем. Знавал одного такого молодца лет эдак двадцать назад. Потом так швырнул карточку пришельца, что она растаяла на лету. Витус спокойно выдернул ее из воздуха. Гм, рефлексы почти мои.
— Груз: две тысячи тонн лакса. Пункт назначения: Зетра. Постой…
— Да, Витус. Зетра — давно погибший мир. Зачем обычному торгашу поставлять драгоценный, измеряемый каратами лакс покойникам? В моей голове это не укладывается. Извини, она у меня не квадратная.
— Не знаю, не знаю. У сверхцивилизаций свои резоны — нам трудно их понять. Может быть, для завров нет форс-мажорных обстоятельств. Нет, во всем виноват ты, Буян.
— Что?
— Ты напугал Завра бронекостюмом, а он при первом контакте запрещен инструкцией.
— Да я бы задохнулся…
Все. Дальше говорил только Витус. С методичностью кота на дубе нудил он о важности инструкций, о пользе инструкций. Я терпел. О своем народе, чтящем инструкции, о даре его народа к уловлению желаний сверхцивилизаций. Я терпел, но гантелей поигрывал. О другом народе. О народе, который презирает инструкции, вносит разброд в галактический миропорядок, живет вкривь, вкось и на авось. О жалком народишке, которого горние сверхцивилизации не возьмут и в лакеи.