Вадим Карнилов – Здесь был я (страница 4)

С другой стороны, следя за соблюдением прав диких животных, там отчего-то нередко отказывают домашним в таком праве, как медицинское обслуживание, а именно квалифицированное ветеринарное лечение. Приведу пример. У моей знакомой, можно сказать приятельницы датчанки Мариты жил кролик, такое потешное вислоухое коричневое создание по кличке Фредди. От неудачного движения это безответное существо сломало ногу, то есть одну из своих лапок. Марита всё бросила и немедленно отнесла питомца к ветеринару. Тот без лишних телодвижений и лексических единиц сказал, что в подобных случаях с подобными же животными они не предпринимают врачующих действий, а тупо усыпляют пациента. Марита расплакалась, однако поверила сказанному этим эскулапом. Точнее было бы назвать его коновалом или еще точнее lepus interfectorem, убийцей кроликов, это если не по латыни, а по-простому, по-русски. Короче, усыпили несчастного Фредди.

Как-то безрадостно у них по временам получается по отношению к нашим меньшим-то.

Домашние животные для меня часто были индикатором локальной принадлежности их хозяев. Еще в Париже много лет тому я понял, что с просьбой указать дорогу или расположение либо чего, надо обращаться к человеку с собакой. Этот человек – он или она – явно живет где-то в близко расположенном жилище и знает где что находится или в каком направлении пойти, чтобы попасть. Это правило обычно срабатывает, как это было в том же Париже не один раз, в Дублине тоже, но вот в курортной Барселоне ошибочка вышла: дама с собачкой оказалась не принадлежащей к местному урбо-населению и незнакомой с интересующим меня маршрутом перемещения. Она была, как и я, отдыхающая, но с питомцем на курорте. С тем вместе, я не отказываюсь от выведенного мною правила о локальной принадлежности гуляющих с собаками. Дамочка в Барселоне – это как раз то исключение, которое подтверждает общее правило. Вот бабушка с собакой в Дублине – очень удачно, что они в то время гуляли, хотя собака была невоспитанная, лаяла и скулила, пока мы разговаривали – была реально проживающей ‘на районе’. Она единственная, кто мне указал, где находится дом Бернарда Шоу, ирландского драматурга, автора так любимого у нас «Пигмалиона». До нее на мои просьбы отвечали без претензий «не знаю» или, как один из опрошенных дублинцев сказал, «да вот же он», указывая на питейное заведение под названием Bernard Shaw Bar – «бар Бернард Шоу». Смех, одним словом. Бабушка, несмотря на нескончаемые протесты ее собачки, подробно рассказала, куда идти, чтобы попасть к искомому зданию. Его я нашел. Да, это здание. Не более того. Нет там никакого музея, который мне так хотелось, чтобы был. На стене прикреплена табличка, на ней читается, что Бернард Шоу родился здесь в 1856 году. Ладно хотя бы так – с табличкой, как и на доме по Уэстланд-роу, в котором в 1854 году родился Оскар Уайльд. Ему посвящена еще и скульптура в центральном саду, наискосок от дома.

Невероятно, но я лично посетил и утверждаю, что он есть – музей Джеймса Джойса, писателя-создателя жанра «поток сознания». Но он не исторически-биографический, как было бы у нас, с мебелью, посудой, другими предметами, которыми пользовался или нас уверяли бы, что пользовался писатель. Это литературный музей, что тоже интересно и заслуживает хвалебных отзывов, потому что подобные музеи в том геонаправлении и полушарии – вообще-то редко встречаемый культобъект.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.