Вадим Калашов – Ни тени стыда. Часть 1 (страница 39)
Мужчина наклонился проверить пульс, убедиться, что жертвы мертвы, и забрать отравленные дротики.
Того, что дальше произойдёт, Шибер даже не предполагал. Дверца большого шкафа открылась, оттуда выскочил Невилл Гласс с обнажённым мечом и одним ударом лишил сыщика-убийцу кисти правой руки.
— Всё, гнида! Больше мы никогда не услышим этих мерзких щелчков!
— Ааа! На помощь! Во имя короля, на помощь!
Невилл толкнул, ещё не понявшего, кто его атаковал и почему, Шибера к стене и крикнул:
— Ваше высочество и господин Умр! Окажите ему помощь! Я — вниз, остановить рыцарей!
Как только он ушёл, Умр «ожил» и помог подняться принцу. У Шибера глаза полезли на лоб. Словно забыв о страшной боли, о крови, которая хлестала из культи, он шептал:
— Как... как... вы же...
— Нет, мы не умерли, предатель династии! Умр, я попробую предотвратить драку.
Идея принца не вызвала энтузиазма у его спутника.
— Ваше высочество! У меня лишь правая здорова, я не смогу перетянуть культю один.
— И пёс с ним! Жизнь подонка ничего не стоит, в отличие от рыцарской.
И, не слушая возражений вассала, Лар последовал за Невиллом.
Девушки были готовы к тому, что может произойти, поэтому, когда, выломав дверь, в помещение влетели два рыцаря в полных латах и натолкнулись на ветерана стражи, молча разбежались по углам, давая возможность мужчинам разобраться.
Рыцари кинулись в бой с особенной яростью. Они ещё не понимали, почему Невилл вернулся на сторону Герцогова Ока, но помнили, как этот старик с лёгкостью достойной молодых унизил их воинское мастерство, и очень хотели поквитаться. В прекрасных латах и с отличными мечами, взяв для верности щиты — в доме Ловило ветеран застал рыцарей врасплох, но здесь имел мало шансов. Как они думали.
Опрокинув большой стол, Невилл упёрся в него плечом, и, толкая получившийся «щит», побежал на латников. Первому удалось отпрыгнуть, второй оказался припечатан к стене.
Двумя ударами, которые Невилл с трудом принял на меч, успевший отпрыгнуть рыцарь отогнал ветерана и помог освободиться товарищу. Дальнейшее не сулило ничего хорошего старому стражнику, но тут на лестнице появился принц Лар.
— Мечи в ножны, рыцари короля! Я — его младший сын, ваш принц, Лар!
Рыцари застыли. Принц очень редко показывался на родине, поэтому многие стали забывать, как он выглядит.
— Да-да, клянусь святым Гло, это именно принц Лар, собственной персоной! — подтвердил Невилл. — А негодяй, которому вы подчинялись, предатель династии.
Случись конфликт до схватки на эшафоте, всё бы кончилось миром. Но опозоренные дважды — стычкой со стариком и публичным поражением от мальчишки, латники просто не хотели верить в любой тезис, который предотвратит кровопролитие, отнимет возможность доказать самим себе кое-что.
— Да где вы видели принца в купеческих штанах? И ещё среди продажных девок. Самозванец!
А дальше они совершили самую главную и последнюю ошибку в своей жизни. Разделились. Один бросился к тому, кого обозвал самозванцем, второй остался разделаться со старым стражником.
Невилл показал удар в голову и пошёл на сближение, уронив на ходу меч и выхватив из-за спины незамеченный противником короткий клевец.
— Стой! Убить сына своего сюзерена — жуткое преступление! Не бери на душу грех! Обернись на меня, хватит и одной смерти на сегодня!
Рыцарь, уже готовый зарубить Лара, обернулся и увидел своего товарища лежащим на полу и ветерана, вынимающего, упираясь ногой, клевец из шлема — слегка погнутого после схватки с кузеном Ти. Сняв щит с руки трупа, Невилл попытался надеть его, и, убедившись, что крепления и здесь слишком малы, повесил на плечевой ремень, а клевец взял двумя руками — с острия-клюва капала густая кровь.
Жаждущий отомстить за смерть товарища латник не услышал призыва к благоразумию. Он сбежал с лестницы и вступил в бой с Невиллом. Приняв в третьем сходе клевец в щит, рыцарь обезоружил ветерана, и ему пришлось с кинжалом искать спасение в ближнем бою. Но как ни был силён Невилл, противник был сильнее, да ещё и моложе больше, чем в два раза. Без особых усилий он сбил старика на пол и поднял меч, чтобы добить, но умер сам от удара принца.
Отбросив костыль, превозмогая боль, Лар добежал до поединщиков и вонзил саблю в щель забрала.
Рана на ноге открылась. Заливая штаны кровью, Лар упал вслед за убитым рыцарем. Невилл помочь ему не мог, потому что едва дышал — бой вышел короткий, но слишком мощный для мужчины его лет. Но девушки, вынырнув из-за колонн, без страха бросились с заготовленными корпиями к раненому.
Через двадцать минут принц Лар со свежей повязкой сидел на кровати и презрительно смотрел на притихшего Шибера с перебинтованной культей вместо правого кулака. Невилл и Умр сидели по обе стороны от предателя династии и всем своим видом показывали, что готовы отрубить и вторую руку, если только он попытается выкинуть что-то скверное.
Скрипнула дверь. Девушки принесли вина и хлеба. Они выглядели смущёнными. Понятное дело, не каждый день, больше — не каждое столетие, в приют продажных заходит самый настоящий принц крови, а не выдуманный при игре в Грёзы.
Затем поглядеть на принца захотели дети, особенно свирепствовала одна девочка с забинтованным лицом, говорила, что она уже взрослая, и тыкала каким-то кольцом на пальце. Привратнице пришлось применить немного силы, чтобы её увести.
— Ну, — начал допрос принц Лар, отхлебнув вина из бутылки, — господин Шибер, как вы всё это объясните?
— А как вы объясните, что ещё живы? — с суеверным страхом пробормотал калека.
— Я объясню, — с довольной улыбкой проговорил Невилл. — Когда сорок лет ловишь ночных солдат, поневоле освоишь кое-какие их навыки. Пара дружеских объятий, и вот уже в вашем кармане вместо отравленных дротиков обычные. На всякий случай в качестве защиты — кусок выдубленной кожи, покрашенный в телесный цвет. Спасибо, ваше высочество, за то, что хорошо сыграли свою роль. И вам, Умр, тоже благодарность.
Краска досады залила лицо Шибера. А Невилл ещё не закончил.
— Запомни, никогда, никогда Невилл Гласс не предаст своих. Что, слизняк? Развесил уши, поверил в простую как дважды два подставу? Впрочем, я в твоём возрасте тоже мог попасться. Опыт — сын ошибок. Двадцать лет назад я шёл по следу Тихого Убийцы, а, в итоге, не мальчик, а уже опытный стражник, угодил в его ловушку. Это щёлк... я вспомнил! Перед каждым твоим ударом... мне долго они снились в кошмарах. Но я не помнил лица... и как я мог его помнить? Вы были в маске — да, теперь мы снова на вы. Вы, пытали, Шибер, тогда я не знал вашего имени, не ради каких-то секретных сведений, а только из удовольствия. К счастью, бойцы Ока сумели меня освободить. А Тихому Убийце удалось улизнуть. И вот, спустя двадцать лет... на вас ливрея королевского сыщика. Силы Света!.. Неисповедимы пути твои...
— И что? — прошипел Шибер. — Из бывших воров и убийц выходят прекрасные расследователи. Половина Королевского Ока имела криминальное прошлое.
— Ну, а мы тут в Блейроне люди тёмные, живём по старинке. Поэтому просвещённой политики короля не понимаем. Думаю, тот, кто к вам обратился, знал о вашем прошлом. Что заставляет предположить, что это очень влиятельный человек. Ну, а теперь вы рассказывайте. Советую, не злить меня молчанием. Ради того, чтобы вас поймать с поличным, я, возможно, пропустил самое важное событие в истории ночной стражи Блейрона. Сегодня с Девятью атаманами будет покончено. Последняя битва. Или мы их или они нас. А я тут торчу с одним слизняком... Сами понимаете, в каком я настроении. А ещё я вам должен одну пытку. Желаете немедля получить причитающееся?
— Что именно вы хотите знать? — не стал играть в стоика Тихий Убийца.
— Не изображайте дурачка, — отвесив подзатыльник, от которого у Шибера звякнула челюсть, произнёс Невилл. — Вы прекрасно понимаете, что мы хотим знать. Вы шли по следу принца Лара с одной единственной целью. Ликвидация. Кто заказал его высочество? Какой в этом прок? — Лар не имеет врагов и не претендует на престол. Даже в теории не может претендовать — у него трое старших братьев и ещё живой отец.
— Идёт игра. Очень большая игра. Вам, принц, не сочтите за обиду, всё равно не жить. Слишком крупные сделаны ставки.
— Я задал чёткий вопрос и хочу услышать чёткий ответ! — рявкнул Невилл и нажал на дважды сломанный нос Шибера пальцами. Переждав его крик, всадил в печень кулак и пнул по почкам упавшему.
— Я попросил бы вас!.. — возмутился принц.
— Не просите! — отрезал ветеран. — Иначе не умею. И не считаю нужным переучиваться.
И тут Шибер показал, как сильно его недооценили, когда решили, что калеку не обязательно связывать. С кошачьей ловкостью, однорукий вскочил на ноги, отбросил Невилла пинком в грудь, не дал себя схватить Умру и сиганул в окно. Зацепился в полёте за ветку дерева, и, повисев, спрыгнул на землю.
Лет двадцать назад Невилл бы, не раздумывая, за ним последовал, а сейчас не рискнул прыгать. Проклиная годы, он сбежал по лестнице и выскочил на улицу. Прислушался, с какой стороны хрустит гравий, и бросился в погоню.
Он бежал по ночному парку с мечом наизготовку и проклинал себя за беспечность. Такая блестящая многоходовая комбинация (спектакль с пощёчиной и переодетым в стражника трупом бандита — спектакль с предательством — рискованнейший спектакль с казнью Ти) рушилась из-за одной нелепой ошибки.