Вадим Глушаков – Немецкая трагедия, 1914–1945. История одного неудавшегося национализма (страница 92)

На протяжении первых лет войны, до начала 1942 года, английские налеты на Германию большого вреда Рейху и его гражданам не приносили. Конечно, всем было неприятно соблюдать светомаскировку, а ночные сирены будили обывателей по ночам… иногда, но на этом, в принципе, весь урон от британских бомбежек и ограничивался. Реальные человеческие жертвы и городские разрушения были минимальными. Англичане бомбили конкретные военные цели, в основном оборонные заводы, которые были тщательно защищены хорошо отлаженной системой ПВО. Британская авиация несла большие потери, часто количество убитых и попавших в плен английских пилотов превышало количество немецких жертв на земле. Задуманная Черчиллем воздушная война зашла в тупик, требовалось какое-то иное решение. Дебаты среди британского военно-политического руководства касаемо стратегической авиации шли всю вторую половину 1941 года. Многие считали, что нужно изменить приоритеты и перенаправить ресурсы на развитие флота и сухопутных сил. Черчилль, однако, отстоял стратегическую авиацию.

Правда, о его роли в этом деле британские историки стараются говорить как можно меньше, поскольку в наше время многие либерально настроенные граждане на Западе считают воздушную войну против Германии в годы Второй мировой войны геноцидом немецкого народа. Всю вину за «воздушный геноцид» британские историки в наше время сваливают на командующего бомбардировочной авиации генерала Харриса и профессора Линдеманна, главного научного советника премьер-министра Черчилля. Для того чтобы действия стратегической авиации стали эффективными, британское военно-политическое руководство решило изменить тактику ее применения. Вместо того чтобы громить конкретный военный завод, к примеру где-то в Дортмунде, предлагалось бомбить сам Дортмунд. Успешно атаковать крупное промышленное военное предприятие с воздуха было крайне сложно. Его обороняли несколько батарей зенитной артиллерии, которым на помощь незамедлительно приходили истребители с ближайших аэродромов. Обычно уничтожать такой завод отправляли небольшую группу самолетов – два-три десятка машин, – больше над маленькой целью и не поместилось бы. Если же атаковать весь город, то можно было послать несколько сот бомбардировщиков одновременно, которые с легкостью бы отбились от нескольких десятков истребителей, базировавшихся в районе Дортмунда. Кроме того, зенитной артиллерии в самом городе не было, она вся размещалась на заводе. Главное же заключалось в том, что бомбить в таком случае можно было по площадям, с большой высоты, не задумываясь, куда попадут бомбы, ведь все они упадут на Дортмунд. Совершенно иное по сложности задание, нежели попасть в заводской пятачок площадью 500 на 200 метров, летя на малой высоте под огнем зенитной артиллерии.

Профессор Линдеманн все посчитал и предоставил свои расчеты правительству, то есть Черчиллю. Что именно предлагал профессор Линдеманн? Его идея заключалась в том, чтобы лишить немецкий рабочий класс всех благ современной цивилизации того времени, не давать рабочим спать, есть, пить и вообще жить. Если трудно разбомбить военный завод в Дортмунде, то несложно оставить этот завод без рабочих рук. Полученный результат будет, в принципе, аналогичным: завод перестанет работать и производить продукцию военного назначения. Профессор Линдеманн посчитал, сколько нужно сбросить зажигательных и фугасных бомб на Дортмунд, чтобы сжечь городской жилой фонд, городское коммунальное хозяйство, городской транспорт и сделать таким образом рабочий класс бездомным, оставить его без электричества, воды, канализации – иными словами, вернуть людей в каменный век. Получалось, что бомб в таком случае требовалось куда меньше, нежели для того, чтобы разбомбить завод, а главное, потери британской авиации обещали быть ничтожными. Британские ВВС громили немецкие города ночью, главным образом – зажигательными бомбами. Всю ночь атакованный город не спал, полыхая и корчась в ужасных муках. Люди метались по горящим улицам, пытаясь спастись. После того как бомбежка заканчивалась, они продолжали метаться, пытаясь потушить пылающие дома и спасти тех, кто оказался под завалами. Утром ошеломленные и обезумевшие от того, что им пришлось пережить ночью, горожане с ужасом смотрели на сгоревшие развалины своих жилищ, на погибших соседей или, держа за руку умирающего родственника, сходили с ума от горя в уцелевшей соседней церкви, где был организован импровизированный госпиталь. В таком разбомбленном городе больше не ходил общественный транспорт. Да вообще никакой транспорт там больше не действовал, потому как все дороги были завалены руинами. В таком городе ничего больше не работало, включая военные заводы. На восстановление городской инфраструктуры уходили недели и огромное количество ресурсов – люди, машины, бензин, металл, строительные материалы и это посреди войны, когда каждый литр бензина, каждый грузовик был на вес золота.

Разбомбленный Франкфурт-на Майне. Уцелел собор в центре города

Четырнадцатого февраля 1942 года министерство авиации Великобритании выпустило директиву, предписывающую стратегической бомбардировочной авиации атаковать промышленные города Германии. Правда, первым подвергся нападению ничего в оборонном плане не значащий портовый город Любек, расположенный на балтийском побережье. Его выбрали, во-первых, из-за того что город был полностью деревянным, а во-вторых, в Средние века он был центром Ганзейского союза и представлял собой большую историческую и сентиментальную ценность для германской нации. Вот эту историческую ценность в ночь с 28 на 29 марта 1942 года и сожгла британская авиация. В апреле аналогичная судьба постигла другой средневековый ганзейский город на балтийском побережье – Росток. Гитлер был вне себя от бешенства, немецкий народ был сильно напуган, война пришла в его дом. Как люди поведут себя теперь, было совершенно не ясно. Требовалось что-то немедленно предпринять. Четырнадцатого апреля 1942 года Гитлер потребовал от Геринга ответных мер: нанести удар по историческим городам Англии, чтобы вынудить англичан остановиться.

В историю эта попытка заставить Великобританию прекратить «воздушное варварство» вошла под названием «Рейды Бедекера». Один из сотрудников Геббельса пафосно заявил, что будет сожжено каждое английское здание, у которого в путеводителе Бедекера имеется три звезды и больше. Бедекер являлся главным немецким справочником для путешественников того времени, и каждая историческая достопримечательность в нем имела рейтинг, определявшийся количеством звезд. Бедекер начал первым использовать звезды в туристических путеводителях. Ответные налеты немецкой авиации на английские исторические города закончились колоссальным провалом. Люфтваффе перестали активно действовать против Британских островов перед началом войны с СССР, поскольку им пришлось перебросить основные силы на Восточный фронт. За это время, с лета 1941-го до весны 1942 года, система британских ПВО сделала огромный шаг вперед. Появились новые ночные истребители, новые радары, приспособленные для работы в темное время суток. О дневных налетах люфтваффе тогда уже и думать не могли, у них больше и близко не имелось таких сил. А вот ночью немецкие самолеты еще имели возможность прорваться в Англию – так они считали весной 1942 года, пока не решили попробовать. Люфтваффе на протяжении месяца пытались бомбить английские исторические города из списка Бедекера. Причиненный ущерб был минимальным, поскольку немецкие самолеты не могли пробиться к городам, а вот потери оказались огромными, более 300 бомбардировщиков за один месяц.

В ночь с 30 на 31 мая 1942 года англичане совершили первый авианалет тысячей бомбардировщиков. Бомбили Кёльн, один из самых древних городов Германии. Две тысячи лет немецкой истории сгорели за одну ночь. Воздушная война становилась грандиозным пропагандистским сражением. Сначала англичане принялись атаковать с воздуха немецкие города, затем люфтваффе попытались отомстить, но у них ничего из этого не вышло, после чего Британия немедленно перехватила инициативу и повысила ставки – начала бомбить Германию тысячей самолетов. До этого лишь единожды в истории состоялся авианалет такого масштаба, когда люфтваффе выбрали своей целью Лондон осенью 1940 года. Но тогда бомбардировщиков насчитывалось лишь немногим более 300, остальные были истребителями прикрытия, которые бомбы на город не сбрасывали. Кроме того, эти 300 немецких бомбардировщиков были фронтовыми, а следовательно, имели небольшую бомбовую нагрузку. Тысяча стратегических, четырехмоторных, тяжелых, английских бомбардировщиков были совсем другим бомбардировочным делом и большим пропагандистским трюком, выдуманным специалистами из британского министерства информации.

Министерство старалось говорить правду, но не всю, а такую, которая бы поднимала боевой дух английского народа. Газетные заголовки о тысяче английских самолетов, разгромивших Кёльн, были чистой правдой и отличной пропагандой. Событие на то время было грандиозным, сравнимым с бомбардировкой ядерным оружием. Кстати, разрушительный эффект от такого авианалета был сопоставим с ядерной бомбардировкой. Термин этот – авианалет тысячи самолетов – весной 1942 года прочно вошел в британский пропагандистский оборот, поскольку совершать его англичане отныне стали регулярно, каждый раз сопровождая громкой оглаской. Весной 1942 года Германия проиграла Великобритании воздушное сражение в небе Европы всего за один месяц, настолько неравными оказались авиационные силы противоборствующих сторон. Люфтваффе вели тяжелые бои на Восточном фронте, где перед ними стояли задачи огромной сложности. Для того чтобы воевать еще и с англичанами, у них просто не доставало самолетов и пилотов. После начала британской стратегической бомбардировочной кампании весной 1942 года у Германии не осталось иного выхода, кроме как срочно бросить все силы для обороны Рейха.