Вадим Глушаков – Немецкая трагедия, 1914–1945. История одного неудавшегося национализма (страница 44)
Глава 10
Аншлюс Австрии. Захват Чехословакии. 1938–1939 гг
Адольф Гитлер считал себя величайшим политическим деятелем на планете. За нацистской идеологией, думал он, будущее всего человечества – его «Новый порядок». К 1939 году такого мнения придерживалась половина населения Европы. Мирное триумфальное шествие нацизма на международной арене началось Олимпийскими играми летом 1936 года и закончилось нападением на Польшу 1 сентября 1939 года. Мирным назвать его можно с натяжкой, поскольку нацистское шествие было агрессивным и сопровождалось убийствами и военными действиями на европейской периферии. Но события того времени, конечно, не идут ни в какое сравнение с тем, что стало происходить, когда Адольф Гитлер, утомленный несогласными, продолжил свою политику иными, недипломатическими, средствами.
Все свои политические мысли Гитлер изложил в «Майн кампф». Он ничего не скрывал. Политики того времени с удивлением замечали, что лидер немецкого национал-социализма идет по жизни строго согласно плану, изложенному в книге, выполняя все свои обещания. Адольф Гитлер во время выступлений часто хвалился перед немецким народом тем, что он политик честный: пообещал – выполнил, пообещал – выполнил. Одним из главных было обязательство покончить с Версальским позором. Это обещание было очень расплывчатым. В представлении самого Гитлера замысел покончить с Версальским договором выходил далеко за рамки того, как это понимало большинство немцев. Если кратко изложить гитлеровскую трактовку, то он намеревался «Вновь сделать Германию великой», а поскольку его фантазия была совершенно дикой, то «Самой великой». Ни один немецкий политик в мировой истории не думал претворить фразу из «Песни немцев» –
В 1933 году Германия была на мировой политической сцене пустым местом: разваленная экономика, никакой армии, окружена врагами. Единственное, что у нее имелось, это нацистская диктатура. Первый серьезный агрессивный шаг Гитлер сделал 7 марта 1936 года. Германия ввела в демилитаризованную по Версальским соглашениям Рейнскую область 3 тысячи солдат. В военном плане это была неслыханная дерзость. На другом берегу реки в полной боевой готовности стояла полумиллионная французская армия, способная стереть в порошок еще слабый вермахт. У немецких военных, марширующих по рейнским дорогам, имелся строгий приказ, если французские войска перейдут границу, немедленно отступить на исходные позиции. Французы границу не перешли, позволив вермахту спокойно занять Рейнскую область. Никакой серьезной реакции не последовало и со стороны англичан. Вообще, никто в Европе не возражал. Эту военно-политическую загадку современные немецкие историки упорно обходят стороной. После войны генерал Гудериан, один из крупнейших военачальников вермахта, утверждал на допросе, что если бы французы весной 1936 года вмешались в события, происходившие в Рейнской области, то Гитлер у власти, скорее всего, тогда не удержался бы. Вместо этого, через неделю, во время выступления в Мюнхене, фюрер с пафосом заявил: «Ни угрозы, ни предупреждения не свернут меня с моего пути…» Речь он, без сомнения, вел о пути, описанном в его книге. В 1936 году баланс военных сил между Германией и ее противниками был еще настолько не в пользу вермахта, что даже польская армия единолично могла нанести ему сокрушительное поражение. Французы и англичане, на чьих плечах лежала ответственность за коллективную безопасность в Европе, без всяких сомнений, намеренно впустили нацистскую Германию в Рейнскую область. Зачем они это сделали, является вопросом, из-за которого ожесточенные исторические сражения не утихают по сегодняшний день. Официально историческая наука называет этот процесс «политикой умиротворения». Зародилась эта трагическая франко-британская политика именно 7 марта 1936 года, когда французская армия одной пехотной дивизией могла покончить с Гитлером навсегда.
Через четыре месяца после Рейнского демарша, летом 1936 года, нацисты сделали следующий шаг на международной арене, в этот раз куда более смелый и широкий. Германия спасла фашистских путчистов в Испании от разгрома, которым неминуемо бы закончилось их выступление, не приди Гитлер на выручку в первые дни гражданской войны. Возглавивший фалангистов, генерал Франко обратился лично к Адольфу Гитлеру за помощью. Ему требовалось перебросить верные ему марокканские войска из Северной Африки в Андалузию, на юг Испании. Сделать это необходимо было очень быстро, по воздуху. Нацисты послали фалангистам эскадру транспортных самолетов, с помощью которых те и высадились на испанской территории. Политическая база генерала Франко была сосредоточена в Испанском Марокко, среди консервативно настроенных военных, служивших там в колониальных войсках. Высадиться морем на испанском побережье фалангистам бы не удалось, поскольку военно-морские силы сохранили верность республике и утопили бы мятежников. Немецкие самолеты дали генералу Франко шанс на победу, которым тот не преминул воспользоваться. Это стало началом сотрудничества фалангистов и нацистов. Транспортную немецкую авиацию вскоре сменила военная. Она называлась «легион “Кондор”». Именно «Кондор» составил основу военно-воздушных сил Франко, второй важной их составляющей стала итальянская авиация. Германия также активно участвовала в боевой подготовке и техническом оснащении войск фалангистов. В армии Франко немцы играли ключевую роль в качестве военных советников, военных специалистов и инженерно-технического персонала. Они служили в артиллерии, танковых частях, разведке. Немецкие военные стали тем фундаментом, на котором генерал Франко сумел построить современные вооруженные силы. Фалангисты жили исключительно за счет итальянских и немецких поставок оружия, боеприпасов и снаряжения. Гражданская война в Испании стала важнейшим общим международным проектом Италии и Германии, посредством которого им удалось существенно дестабилизировать Европу, особенно Францию.
Нацистское вмешательство в Испании было невероятно успешным. Фашисты одержали убедительную победу на Иберийском полуострове, при этом Гитлер намеренно затянул гражданскую войну в Испании, чтобы разжечь общественное противостояние в соседней Франции. Там в 1936 году у власти было аналогичное испанскому по составу правительство Народного фронта – пестрого союза левых сил. Франция бурлила. Либерально настроенная ее часть требовала немедленно прийти на помощь испанским республиканцам, консервативная – ненавидела как испанский Народный фронт, так и французский, а потому выступала категорически против. Летом 1937 года правительство Народного фронта в Париже рухнуло. Противостояние между левыми и правыми во Франции достигло апогея, в стране могла начаться гражданская война наподобие той, что шла в Испании. Во время испанских событий впервые проявилась оказавшаяся впоследствии важной черта Гитлера – невероятная быстрота реакции. Нацисты действовали не только решительно, но и молниеносно. Пока другие правительства тщательно просчитывали имевшиеся варианты и, опасаясь последствий, колебались, Гитлер смело бросался в очередную авантюру. В Испании в 1936 году это проявилось особенно заметно. В самом начале фалангистского путча, когда все решалось за считаные дни, немецкая военная помощь была оказана Франко именно за необходимый для успеха короткий срок. На помощь республиканцам пришел Советский Союз, но он сильно замешкался, а потому в первые критические дни опоздал. Сталин слишком тщательно и долго все взвешивал, поскольку сильно опасался последствий. В его понимании испанские республиканцы были совершенно диким левым политическим элементом, больше троцкистами, чем сталинистами. Лишь через некоторое время волна возмущения бездействием Советского Союза со стороны мирового пролетариата вынудила Сталина послать испанским троцкистам военную помощь, но было уже поздно, Испанию он Гитлеру проиграл.
Действия Франции и Британии во время Гражданской войны в Испании стали продолжением начатой в Рейнской области «политики умиротворения», которая постепенно набирала обороты среди консервативно настроенных правящих кругов в Париже и Лондоне. Они боялись коммунистов больше, чем нацистов. В 1936 году такое мышление понять с точки зрения «реальной политики» еще можно было. Германия в военном плане уступала англо-французскому альянсу настолько, что ни о каком вооруженном противостоянии с Лондоном и Парижем в Берлине и думать не могли. Однако обстановка в Европе, и особенно в Германии, менялась с такой невероятной быстротой, что уже через два года немыслимое стало реальностью, баланс сил в Европе сильно изменился. Поразительно, но даже в 1938 году консервативные англо-французские правящие круги все еще видели в коммунистах бо́льшую угрозу, чем в нацистах, а потому продолжили опасную игру с Гитлером. Что удивительно, левые силы пришли к власти, как в Англии, так и во Франции, сразу после окончания Второй мировой войны, но никакой катастрофы в обеих странах не произошло. Спрашивается, кого они так в 1938 году боялись? Лейбористы победили на выборах летом 1945 года и незамедлительно приступили к строительству британского социализма, одного из крупнейших на сегодняшний день в Европе. Во Франции на выборах осенью 1945 года большинство в парламенте получили социалисты и коммунисты. С 1945 года левые силы играют в Западной Европе значимую роль, являясь неотъемлемой составляющей существующей политической системы. Никому из европейских политиков сегодня и в голову не придет пойти на сотрудничество с нацистами, чтобы остановить левых. В 1938 году, однако, они это сделали, что и стало главной причиной Второй мировой войны.