Вадим Фарг – За пять минут до поцелуя. Акт 2 (страница 9)

Сидя на корточках, я перехватил женские руки, но не удержался. Мы с Лизой повалились на асфальт. Она провела по моей щеке грязным пальцем, звонко рассмеявшись. Я также не выдержал и расхохотался. Мы совершенно забыли, чем занимались. Забыли о колесе и о том, что пора бы заканчивать с ремонтом и продолжать дорогу до загородного дома. Все напряжение последних дней полностью испарилось.

Но внезапно смех прекратился. Лиза, лежа на мне и держа палец над моим лицом, раскрыла глаза шире. Ее щеки покраснели. Я отчетливо чувствовал, как быстро вздымается ее грудь под тканью моей толстовки, касаясь меня. Женские руки инстинктивно легли мне на плечи и крепко сжали их.

Я посмотрел на ее масляное пятно на щеке, которое выглядело странно, но очень мило. Медленно поднял руку, нашел чистый участок кожи на большом пальце и нежно провел по ее щеке. Попытался стереть грязь, но только сильнее привлек внимание к моменту. Мой палец задержался на нежной коже.

– У тебя все лицо грязное, – шепотом произнес я, чувствуя, как предательски сдаю позицию и проигрываю ей.

– У тебя тоже, – так же тихо ответила Лиза, не отрывая взгляда от моих глаз.

Мой взгляд медленно опустился ниже. Я посмотрел на ее приоткрытые губы и поймал себя на мысли, что никак не могу заставить себя отвернуться. Лиза также замерла, прожигая меня взглядом. В какой-то момент она облизнулась, лишь усиливая свою сексуальность. А затем медленно подалась вперед, сокращая остатки расстояния между нами. Она закрыла глаза и приготовилась закончить начатое. Как вдруг оглушительный звук разорвал лесную тишину.

Звук был настолько громким и неожиданным, что мы буквально подпрыгнули на месте от испуга. По трассе на огромной скорости пронеслась фура. Поток воздуха от грузовика обдал нас холодом и поднял тучу пыли с обочины. Мы с Лизой прижались к боку машины и проследили за тем, как фура скрывается за горизонтом. А затем переглянулись. Девушка снова не сдержалась и рассмеялась. Она в шутку ударила меня в плечо и хотела уже что-то сказать, но не успела. Я приблизился и сделал то, к чему мы шли. Мимолетный, сладкий поцелуй заставил ее раскраснеться и замереть.

– Думаю, пора заканчивать, – улыбнулся я, снова взяв ключ.

– Д-да. Ты прав. Что-то как-то… задержались мы.

Мы закончили работу за пару минут, действуя слаженно. Я закрутил болты, опустил домкрат, закинул пробитую шину с инструментами в багажник, громко хлопнул крышкой. Мы тщательно вытерли руки влажными салфетками из бардачка, прежде чем сесть обратно в машину.

Внутри было прохладно. Я забыл включить печку заранее. Вставил ключ в замок зажигания, но не спешил заводить мотор. Лиза сидела на пассажирском сидении. Она смотрела на собственные ноги, все еще смущаясь. Решив не отвлекать ее и больше не медлить, я коснулся рычага переключения передач. И тут Лиза накрыла мою руку своей. Она взглянула на меня и тепло улыбнулась.

Наши пальцы переплелись. Мотор взревел. Переключив передачу вместе, мы плавно выехали на пустую трассу и поехали дальше. Вскоре по салону снова разнеслась наша песня, придавая атмосфере тепла.

Глава 9 – Нервный ужин за семейным столом

После нашей эпичной битвы с пробитым колесом и оттирания мазута с лиц мы наконец доехали до родительского дома. Я заглушил мотор, который облегченно чихнул и затих. Мы выбрались из тесного салона, в лицо ударил прохладный ветерок. По пути мы еще и нужный поворот проехали, а потому задержались, в итоге, часа на три. Стоило зайти за ворота, как я сразу увидел родителей. Мой отец возился у летней кухни, методично раздувая угли. На крыльце, в кресле-качалке, сидела мама. Она вскочила с места, радостно всплеснула руками и поспешила к нам по вымощенной дорожке.

– Коленька, Лизонька, приехали наконец! – мама крепко обняла меня, едва не задушив в объятиях, а затем повернулась к Лизе с широкой и искренней улыбкой. – Лизонька, милая моя, как я рада тебя видеть, совсем исхудала на своих сессиях. Кожа да кости.

Она обняла ее с такой же материнской силой. Мама привыкла видеть в Лизе мою близкую подругу и верного товарища по студенческим бедам, поэтому даже наш новый статус пары пока с трудом укладывался в ее голове. Она вела себя, как и всегда.

– Здравствуйте, Елена Викторовна, – голос Лизы прозвучал подозрительно ровно и тихо. Я сразу заметил ее внутреннее напряжение.

Поздоровавшись с отцом, мы с Лизой направились в прихожую. Принялись раздеваться, и тут я обомлел. Когда Лиза стянула свою куртку, под ней не оказалось той самой толстовки, в которой она проехала половину пути. Каким-то магическим образом она успела переодеться, и теперь на ней была строгая светлая блузка с пуговицами до самого воротника. Прическа тоже изменилась. В дороге я не замечал из-за высокого воротника куртки.

Я удивленно приподнял бровь, уставившись на девушку.

– Ты когда успела превратиться в отличницу?

Лиза бросила на меня предупреждающий взгляд, в котором читалась легкая паника. Она готовилась к этому вечеру, как к защите важного проекта. Лиза отчаянно хотела выглядеть утонченной девушкой и пыталась навсегда избавиться от амплуа девчонки-сорванца в глазах моих родителей. Ей казалось, что статус моей девушки обязывает ее быть идеальной. Переубедить ее в обратном было невозможно. Единственное – я вспомнил, что мы останавливались в придорожном кафе. Лиза тогда убежала в туалет, а как вернулась, куртка была плотно закрыта. Воспользовалась моментом, скрыв свое преображение даже от меня. Наверное, чтобы я не пытался ее утешать.

Мы прошли в просторную гостиную, где большой стол буквально ломился от еды. Повсюду стояли тарелки с домашними пирогами, салатами и нарезкой. Отец тоже зашел. Похлопал меня по плечу, стащил со стола кусок ветчины и, посмеявшись от ворчания моей матери, снова ушел во двор проверять угли, оставив нас втроем. Мама сразу начала суетиться вокруг нас. Усадила за стол, чтобы перекусили после дороги. Щедро накладывала еду, говоря без умолку.

– Вы там в городе совсем нормально не питаетесь, так что давайте, набирайтесь сил. Лиза, а ты почему такая тихая сегодня? Обычно вас с Колей не перебьешь. Болтаете без умолку о своей учебе или еще о чем.

– Все хорошо, просто немного устала с дороги, – Лиза улыбнулась ей и аккуратно взяла вилку. Она сидела на краешке стула с идеально прямой спиной. Движения были плавными, осторожными и совершенно неестественными. Моя настоящая Лиза обычно болтала с набитым ртом, громко смеялась над шутками и могла запросто стащить лучший кусок мяса прямо с моей тарелки. Но сейчас она играла роль леди. Так сильно боялась не оправдать ожиданий мамы, что превратилась в совершенно чужого человека.

Я смотрел на нее, чувствуя легкую тоску. Понимал, почему преобразилась, но мне совершенно не нужна была эта правильная фарфоровая кукла за ужином. Я любил свою язвительную, живую и настоящую Лизу со звонким смехом и неряшливостью.

Закончив с делами на кухне, мама налила нам чай и, сев напротив, предсказуемо пустилась в воспоминания. Она обожала вспоминать прошлое.

– Эх, смотрю я на вас и нарадоваться не могу. Коленька, когда маленький был, вечно строил замки из песка во дворе. А однажды решил соорудить настоящий дом на дереве. Взял отцовские доски, залез на яблоню и свалился оттуда прямо в лужу. Весь перемазался, а штаны порвал по швам. Зато как смеялся. Никогда не забуду.

Я тяжело вздохнул, уткнувшись взглядом в кружку с остывающим чаем. С этой историей все уже давно знакомы, но все равно неловко.

– Мам, обязательно вспоминать это именно сейчас?

– А что тут такого? Лиза же все равно знает тебя как облупленного, вы же столько лет вместе пропадали на улице. Помнишь, Лиза, как вы вдвоем разбили стекло в теплице мячом? Весь вечер тогда прятались от меня, чтобы не наказывала, – мама рассмеялась, прикрыв рот рукой. Лиза выдавила из себя слабую улыбку, смущаясь.

– Да, помню, – она не засмеялась над старой историей, продолжая нервно сжимать пальцами край салфетки. Ее напряжение стремительно росло с каждой минутой. Она так сильно старалась контролировать каждое движение, что сидела словно каменная статуя в музее. Я видел, как ей тяжело дается эта роль, но не знал, как помочь расслабиться.

– Лизанька, передай мне, пожалуйста, соус, – попросила мама, указывая на пиалу.

Она коротко кивнула и потянулась за соусником. Рука заметно дрожала от волнения. Взяла скользкую посуду и попыталась передать ее через стол, но пальцы предательски разжались в самый неподходящий момент. Тяжелый соусник выскользнул из ее рук.

Время словно замедлилось, разбиваясь на отдельные кадры. Я увидел испуганные зеленые глаза Лизы и инстинктивно подался вперед, резко дернув руками над столом. Чудом успел перехватить посуду за мгновение до падения. Красный соус брызнул. Несколько капель попали на мою кофту. Мама ахнула и вскочила со стула. Лиза замерла на месте, сильно побледнев. В ее глазах плескался неподдельный ужас, словно она только что собственноручно спалила этот дом дотла. Губы задрожали.

– Ой, Коля, ты весь испачкался! – мама всплеснула руками, потянувшись за салфетками.

Я спокойно поставил соусник на стол, посмотрел на красные пятнышки на ткани, а затем перевел взгляд на Лизу и легко улыбнулся.