Вадим Фарг – Возмездие (страница 26)

— Туда, — спокойно ответил я, указав на горы.

— Кто там живёт? К кому тащишь?

— Ты, действительно, это хочешь знать? — я обернулся и злорадно посмотрел на бандитов.

— Почему нет?

— Хорошо, — остановил лошадь посреди равнины, спрыгнул на мягкую траву и подошёл к клетке. — Вы что-нибудь слышали о джёрё?

Судя по лицам бандитов, никто не в курсе. И только один из них побледнел. Он с ужасом в глазах уставился на меня и тихо пробормотал:

— Д… джёрё?

— Да, — кивнул я, довольствуясь произведённым эффектом. — Они живут там, — указал на разрушенные скалы, что расположились довольно далеко от нашей остановки. — А выпущу вас здесь.

С этими словами взобрался на одно колесо, схватился за деревянные прутья и рванул на себя. По кулакам пробежались голубоватые искорки. Дерево не выдержало и треснуло в руках. И теперь в клетке зияла огромная дыра.

— Держите, — бросил под ноги бандитов небольшой кинжал. — Один на всех, мы за ценой не постоим.

— Что? — глупо протянул ближайший пленник.

— Можете бежать. С этого момента вы свободны. Лес в вашем распоряжении. Катаме в той стороне, — указал рукой за горы. — Если переберётесь на земли Ямадзаки, считайте, что спасены. Но если выберетесь из леса и попадётесь в наших краях, клянусь, лично оторву руки и ноги, оставив при этом в живых. И заставлю сожрать собственные пальцы, — при этих словах в правой руке захрустел деревянный прут, осыпавшись на землю крошкой. — Надеюсь, я предельно ясно выражаюсь.

Не дожидаясь ответа, спрыгнул обратно, отвязал лошадь и двинулся к подножью.

— У вас время до того момента, что я доберусь до гор! — крикнул вывалившимся из клетки бандитам. — Поторопитесь.

После чего взобрался в седло и поскакал.

Когда кинжал оказался рядом с ним, а этот дебил уехал прочь, безухий ван развернулся и схватился за лезвие. Острая боль полоснула пальцы, но он старался не обращать на это внимание. Путы спали уже через несколько секунд.

— Эй, погоди, — раздались крики оставшихся. — Помоги.

— Да пошли вы, — оскалился тот, уже выбираясь из клетки.

Вдалеке ещё виднелась вороная кобыла, на которой скакал парнишка. У вана было стойкое желание перерезать ему глотку. И он обязательно это сделает, вот только сперва свалит отсюда подальше.

— Оставь хотя бы нож!

— Ага, уже, — прорычал тот, но внезапно остановился.

— Мы же вместе с тобой были. Помоги! — отчаянный крик жалкой души.

Нет, так не пойдёт. Оставлять их здесь нельзя. И дело не в том, что жаль товарищей. Плевать на их жизни. А вот свою надо сберечь. Поэтому освободившийся ринулся обратно к своим и быстро вспорол их перевязи.

— Ар, ты что творишь? — прорычал от боли последний.

В этот момент первый ван уже обмотал порезанные пальцы тряпкой, оторванной от рубах. Нельзя оставлять следов. Твари чувствуют кровь. А благодаря его находчивости, теперь каждый из пленных был порезан. Значит, у него больше шансов затеряться.

— Нужно держаться вместе, — сказал один из толпы.

— Чушь, — огрызнулся первый. — Разбегайтесь кто куда. Теперь каждый за себя. Я знаю, кто такие эти джёрё. Их по девять особей. А если парниша ими правит, значит, королевы нет. Выходит, что их восемь. А нас тринадцать. Кому-нибудь да получится спастись.

— Откуда ты о них столько знаешь?

— Встречался. В общем, как хотите, а я пошёл.

И он первым побежал по равнине. Расчёт был прост. Если мелкий сорванец боится за своих солдат, то не станет подпускать к ним ручных тварей. Остаётся только спрятаться неподалёку от отряда и не высовывать нос. Иначе его отрубят.

Позади послышались первые крики. Бросив, на мгновение взгляд, ван затрясся от ужаса. Со скал сползали паукообразные монстры. И один из его бывших товарищей уже попался в их сеть. Джёрё тащила к себе брыкающегося бандита.

«Сука, — мысленно выругался убегающий. — Когда найду этого выкидыша Ито, заставлю смотреть, как трахаю его сестричек».

Ван юркнул в заросли и помчался к дороге. Позади раздались новые крики. Однако звуков погони не слышал. Дыхание давно сбилось. Лёгкие горели при каждом вдохе. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Но вот неподалёку заметил заброшенный тракт. Где-то слева ржали лошади отряда. Никто недостанет и не увидит. Главное — не высовываться.

Ван спрятался за дерево и вжался в ствол. Закрыв рот рукой, старался отдышаться и издавать, как можно меньше звуков. Где-то там на равнине снова послышался крик.

«Ещё одного поймали? Или мучают того?»

Посмотрел на руку. Тряпка успела пропитаться кровью. Плохой знак.

И тут послышался треск сучьев. Сжав нож, ван насторожился. Если кто-то за ним и идёт, то готов встретить противника лицом к лицу. Однако секунда шла за секундой, а никто так и не появился.

Треск повторился, но на этот раз над головой.

По телу пробежал холодок. Рука с оружием затряслась. Уже предчувствуя неминуемое, ван медленно поднял взгляд и замер с выпученными от страха глазами. Среди зелёной кроны виднелась огромная паучиха. Наполовину человеческое тело с серой кожей и большими чёрными глазами. А позади паучье брюхо и восемь длинных лохматых лап, оканчивающихся острыми когтями.

— Ну, привет, — произнесла та и расплылась белозубой улыбкой, обнажив десяток клыков.

Стоя на том самом валуне, где ещё вчера смеялась надо мной королева джёрё, смотрел, как разбегаются бандиты. Им удалось быстро избавиться от пут. Но вот спастись от моих подданных, увы, не суждено.

— И тебе совсем их не жалко? — спросила та джёрё, что вчера рассказала обо всём.

— А должно быть? — я посмотрел на неё.

В отличие от остальных голодных (во всех смыслах) паучих, она осталась рядом. Её взгляд очаровывал. Казалось бы, что такого в этом монстре? Чёрные, как сама Бездна, глаза. Серая кожа, на которой изредка выступают костяные наросты, словно шипы. И, конечно же, паучья зад… вторая половина. Однако, не стоит забывать про пышные груди, которые так и манили протянуть руку.

— Давай же, не сдерживай себя, мой король, — произнесла джёрё томным голосом и сделала шаг навстречу.

— Э, нет, — отвёл взгляд и снова уставился на равнину.

Несколько белесых коконов уже лежало неподалёку. Моя лошадь нервно мотала мордой, пыталась вырваться и ускакать, но я надёжно её привязал. Оставалось надеяться, что она не умрёт от испуга.

— Ты брезгуешь нами? — в голосе джёрё послышалась обида.

— Скажем так, в моём вкусе ваны моего типажа.

— Разве та темноволосая неко в твоём доме тебе нравится больше, чем я?

— Твою ж мать, — невольно вырвалось у меня. — Вы и там побывали?

— Я же говорила, что наши глаза повсюду.

— Ну да, ну да. Личное пространство? Пошло оно на хер.

— Ты наш король. Мы должны заботиться о тебе.

— И в спальне тоже подглядывать будете?

— Если позволишь, то можем и присоединиться.

Ага, представляю, как на это отреагируют домашние.

— Они не узнают. Мы умеем оставаться в тени, — сказала джёрё.

— И хватит читать мои мысли.

— Увы, не могу. Теперь мы повязаны.

— То есть я могу общаться с вами на расстоянии?

— Только если рядом кто-то из нас или наших детей.

— Мелких паучков?

— Именно.