Вадим Фарг – Музыка Древних (страница 29)

— Ладно, Волков. Твоя взяла. Убедил. Веди свою шарманку. Но если там снова окажется какой-нибудь комитет по встрече, который захочет нас убить, то в следующий раз, будь так добр, разбирайся с ними без взрывов. Топливо нынче дорогое, а у нас оно не казённое. И корпус не мешало бы поберечь.

«Полярная Звезда», наш старый и верный грузовик, медленно изменила курс и направилась к неизвестному объекту. По мере того как мы приближались, станция вырастала на экране, и мы смогли рассмотреть её получше. Это было нечто невероятное. Она не была похожа ни на одну из тех станций, что мне доводилось видеть. Это было хаотичное, безумное нагромождение самых разных модулей, соединённых между собой переходами, трубами, кабелями и какими-то совершенно непонятными конструкциями. Она выглядела так, словно какой-то сумасшедший великан слепил её из всего космического мусора, что попался ему под руку. Старые, проржавевшие жилые блоки времён первой колонизации соседствовали с блестящими, современными сферами научных лабораторий. К ним были пристыкованы древние, похожие на бочки, грузовые контейнеры и даже фрагменты военных кораблей с грубо заделанными пробоинами. Вся эта конструкция, похожая на гигантское гнездо космической птицы-барахольщицы, медленно и величественно вращалась на фоне сияющей туманности.

И в тот самый момент, когда мы подошли на минимально безопасное расстояние, наши динамики на мостике тихо щёлкнули, и раздался голос:

— Приветствую вас, путешественники.

Голос был спокойным, идеально поставленным, с приятными бархатными нотками. Так говорят профессиональные дикторы или очень дорогие психотерапевты. Он совершенно не вязался с безумным видом станции.

— Говорит администратор станции «Архив Бесконечности». Мы являемся частным музеем редких артефактов и древностей. Приносим свои извинения за долгое молчание, наши системы связи работают в пассивном режиме, чтобы не привлекать лишнего внимания. Мы будем очень рады видеть вас в гостях. Посадочный док номер семь открыт и готов к приёму вашего судна.

Мы ошарашенно переглянулись. Музей? Здесь, на самых задворках обитаемой вселенной?

— Кира, проверь по всем базам, — тихо, почти шёпотом, скомандовал капитан. — Живо.

Кира несколько секунд молча стучала по клавишам, её глаза расширились от удивления.

— Невероятно… — прошептала она. — Но он не врёт, кэп. В самых старых, заархивированных звёздных реестрах есть упоминание о частной станции-музее с таким названием. Основана почти сто лет назад каким-то эксцентричным меценатом. Статус — действующая, но крайне закрытая. Почти мифическое место.

Капитан снова посмотрел на меня, потом на экран, где нас ожидала эта странная, собранная из хлама станция.

— Ну что, Волков, — пробасил он, и в его голосе послышались нотки смирения. — Похоже, нас и впрямь пригласили в музей. Надеюсь, там хотя бы буфет приличный имеется. Пошли, посмотрим, что это за «Архив». Хуже, чем было, уже точно не будет.

Он сказал это спокойно, но я, глядя на это безумное сооружение, почему-то совсем не был в этом уверен. Каждый раз, когда мне казалось, что хуже быть не может, вселенная с готовностью доказывала, как сильно я ошибаюсь.

Глава 22

«Полярная Звезда» подползал к доку станции с грацией хромого бегемота. Я, честно говоря, ожидал привычного скрежета, ударов, сопровождаемых отборной руганью капитана — в общем, всего того, что обычно сопутствует нашей стыковке. Но вместо этого какие-то невидимые силовые поля подхватили наш корабль и нежно, словно пушинку, притянули его к шлюзу. Стыковка прошла в полной тишине, что было даже как-то жутковато.

Мы собрались на мостике, чтобы решить, что делать дальше. Впрочем, решать было особо нечего. Артефакт в моём кармане уже не просто вибрировал, а буквально подпрыгивал от нетерпения, словно пёс, учуявший косточку. Игнорировать такой явный намёк было бы верхом глупости.

— Значит, идём в гости, — подытожил я очевидное.

— Конечно, идём! — тут же подхватила Кира, её глаза блестели от любопытства. — Когда ещё выпадет шанс побывать в летающем музее?

Капитан Семён Аркадьевич, до этого молча наблюдавший за нами, громко кашлянул, привлекая внимание.

— Так, цыплята, слушайте деда, — пробасил он, скрещивая на могучей груди руки. — Расклад такой. Приглашение принимаем, выбора у нас особо нет. Но я на эту их посудину ни ногой. Я уже слишком стар, чтобы бегать по выставкам и смотреть на всякий хлам. Моё дело — корабль. Если там что-то пойдёт не так, я должен быть здесь, чтобы вытащить ваши задницы из огня.

Он сурово посмотрел на нас.

— Гюнтер тоже остаётся. Будет моим вторым пилотом и консультантом по безопасности.

— Йаволь, мой капитан! — тут же откликнулся робот-самовар, сверкнув хромированным боком. — Мои системы готовы к отражению любой угрозы!

Решение было логичным. Капитан у штурвала — наша единственная страховка.

— Но! — он поднял вверх свой толстый, похожий на сардельку, палец. — Совсем без присмотра я вас, оболтусов, не отпущу.

С этими словами он нагнулся, с натужным кряхтением полез в ящик под панелью управления и вытащил оттуда три странных устройства. Они походили на тонкие металлические обручи с маленькой камерой ровно посередине.

— Всем надеть вот это, — сказал он так, что спорить не хотелось, и протянул нам эти «короны». — Буду смотреть за вами с мостика в прямом эфире. И попрошу без резких движений! А то меня от вашей тряски в глазах рябит!

Кира фыркнула и с улыбкой нацепила обруч на свою короткую стрижку. Я тоже не смог сдержать улыбки. Даже в такой момент капитан оставался собой — ворчливым и заботливым одновременно.

— Йа также буду осуществлять непрерывный анализ видеопотока, — встрял Гюнтер. — Мои алгоритмы способны выявить потенциальные угрозы, скрытые ловушки и вопиющие нарушения эстетических норм. Мои сенсоры откалиброваны по лучшим образцам баварского барокко, так что любое проявление дурновкусия будет немедленно зафиксировано.

Мы втроём — я, Кира и доктор Лиандра — поплелись к шлюзу. Я чувствовал себя полным идиотом с этой штукой на голове. Не хватало только бегущей строки с рекламой внизу экрана. Кира, кажется, чувствовала себя так же, потому что тихонько хихикала себе под нос. Даже всегда невозмутимая Лиандра выглядела немного смущённой.

Шлюз открылся с лёгким шипением, выпуская облачко пара. Мы сделали шаг вперёд и замерли. Я ожидал увидеть что угодно: стерильный коридор, как в больнице, или тёмный, заваленный хламом склад. Но реальность превзошла все ожидания. Мы оказались в огромном зале, залитом тёплым, мягким светом. Стены были отделаны тёмным, отполированным до блеска деревом, а под ногами лежал толстый, мягкий ковёр, в котором тонули наши ботинки. В воздухе пахло чем-то приятным и старым — воском, пылью и старинными книгами.

Посреди этого великолепия нас ждал он.

Высокий, идеально сложенный гуманоид в строгом тёмно-сером костюме, какой носят дворецкие в очень богатых домах. Он стоял неподвижно, и на его лице застыла вежливая, но абсолютно пустая улыбка. Движения его были плавными, отточенными, но какими-то слишком правильными. Он был похож на ожившую восковую куклу из музея мадам Тюссо, и от этого по моей спине пробежал неприятный холодок.

— Добро пожаловать в «Архив Бесконечности», — произнёс он. Голос, тот самый, что мы слышали по радио, был таким же безупречным и безжизненным, как и его внешность. — Моё имя — Кселиан. Я хранитель этого скромного собрания. Прошу, следуйте за мной. Я буду рад провести для вас небольшую экскурсию.

Он совершил лёгкий, почти балетный поклон и указал рукой в сторону широкого коридора, теряющегося в глубине станции. Я бросил взгляд на своих спутниц. Кира смотрела на Кселиана с широко раскрытыми глазами, в которых смешались восторг и настороженность. Лиандра же наблюдала за ним с чисто научным интересом, словно перед ней был редкий и непонятный экспонат. Мы переглянулись. Назад дороги не было.

Мы молча шагнули за нашим странным провожатым. Артефакт в кармане завибрировал с новой силой, и это была уже не тревожная дрожь, а что-то другое. Он словно узнал это место. Словно после долгого путешествия наконец-то вернулся домой.

Мы шагали вслед за Кселианом по коридору, который выглядел так, будто его целиком выточили из огромного куска чёрного блестящего камня, сменившем недавнее дерево. Наши ботинки утопали в невероятно мягком и толстом ковре, поглощавшем любые звуки. Воцарилась такая густая тишина, что я отчётливо слышал стук крови у себя в висках. Я был готов ко всему: к засаде, к боевым дроидам за каждым углом, к лазерным ловушкам. Но точно не к этому. Не к этому давящему, величественному спокойствию, которое больше подошло бы какому-нибудь храму. Артефакт, лежавший у меня в кармане, прекратил свою назойливую вибрацию и теперь лишь слегка, почти незаметно грел ткань штанов. Словно довольный кот, который наконец-то вернулся домой после долгой прогулки.

— Наш музей — это не просто собрание диковинок, — произнёс Кселиан своим идеальным, бархатным голосом, даже не оборачиваясь. — Это мемориал. Памятник цивилизациям, которые были до нас. Тем, чьи голоса навсегда угасли в бесконечной вечности.

Он замер перед массивной аркой. Створки из тёмного, почти чёрного дерева без единого звука разъехались в стороны, и мы вошли в первый зал. Увиденное заставило меня невольно затаить дыхание.