Вадим Фарг – Имперский повар 9 (страница 17)

— Ладно, — проворчал Рат. — Я сделаю это ради нашего общего дела. Соберу все грязные секреты этого города. Я договорюсь с местным крысиным королём, если он тут вообще существует.

Он сделал небольшую паузу и хитро прищурил глазки.

— Но ты прекрасно понимаешь, шеф, моя работа стоит дорого. Особенно после таких производственных травм. Я рискую своей шкурой.

Я не смог сдержать улыбку.

— И какова твоя цена на этот раз? — спросил я совершенно спокойно.

— О-о-о, для этого тебе понадобятся блокнот и ручка. Поверь мне, список будет немаленьким.

— Что ж, я готов к обсуждению.

Света стояла у барной стойки, крепко прижимая телефон к уху. Наконец она в сумочку и на её лице расплылась широкая улыбка.

Лейла всё это время стояла совсем рядом, напряжённо сжимая в руках папку с меню.

— Ну что там? — тихо спросила она, стараясь не привлекать лишнее внимание.

— С ним всё в порядке, — радостно сообщила Света, поправляя идеальную причёску рукой. — Он жив и здоров. Как я понимаю, уже в номере. Сказал, что работы валом, но я знаю, что он обязательно справится.

Плечи Лейлы заметно опустились, и она облегчённо выдохнула. Женщины обменялись понимающими взглядами. Война войной, конкуренты конкурентами, но их шеф жив, он действовал, а значит, у них снова был чёткий план работы. Они могли заняться своими прямыми обязанностями.

Успокоившись, Света повернулась к открытой кухне. Там, как всегда царил контролируемый хаос, который выстроил Игорь. Повара метались между плитами, раздавая готовые заказы официантам. Громко шипело масло, аппетитно шкварчало мясо, густой пар быстро к вытяжкам под потолком.

В этот момент её взгляд упал на Захара. Су-шеф как раз достал из морозильной камеры сырую рыбину. Захар бросил тушку на разделочную доску, молча поднял тесак, примерился и одним точным ударом отрубил рыбе голову. Громко хрустнули кости, а тёмная кровь брызнула на белую поверхность доски.

Внезапно лицо Светы побледнело. Вся радость от разговора с Игорем испарилась, уступив место подкатывающей панике. Её желудок скрутило спазмом, а к горлу предательски подступил приступ тошноты. Она инстинктивно прижала ладонь ко рту и схватилась за край барной стойки.

Лейла мгновенно заметила её состояние. Она шагнула к Свете, отложив папку, и взяла её под локоть, поддерживая.

— Света, что с тобой? — встревоженно спросила Лейла, заглядывая ей в глаза. — Тебе плохо? Вызвать скорую?

— Я не знаю, — с трудом выдавила Света сквозь сжатые зубы, стараясь дышать через рот, чтобы не чувствовать запах рыбы. — Меня сейчас стошнит прямо здесь. Наверное, мне лучше отойти…

Глава 10

Часто ли вас будили рано утром громкий стуком в дверь? Если нет, то сразу скажу, что это довольно неприятное чувство. И даже тот факт, что за дверью послышался приятный, пусть и настойчивый голос Кристины, мало что менял.

Я с трудом разлепил глаза. В голове гудело. Тело ломило так, словно вчера меня переехал грузовик с мясом, а потом водитель решил сдать назад, чтобы наверняка. Вчерашний день выжал меня досуха. Тайны и интриги, которые и не думали заканчиваться, выматывали сильнее, чем двойная смена на в новогоднюю ночь, когда чеки с заказами лезут без остановки.

Но расслабляться было нельзя. Моя главная задача — стать максимально яркой, шумной и раздражающей мишенью. Я должен отвлечь их внимание на себя, чтобы никто даже не посмотрел в сторону Зареченска и Насти.

Стук повторился, на этот раз ещё настойчивее. Я откинул одеяло, спустил ноги на ледяной пол и поплёлся к двери. Стоило мне повернуть замок, как Кристина шагнула внутрь, даже не поздоровавшись. На ней был строгий серый костюм, сидевший просто идеально. Волосы стянуты на затылке в тугой узел. Она вела себя по-хозяйски, словно сама оплачивала этот номер. Хотя в Стрежневе именно так и было. То есть, номер оплачивал её муж. Но не здесь, поэтому первое, что она получила — это мой хмурый взгляд, который никак её не смутил.

— Подъем, шеф-повар, — скомандовала Кристина, оглядывая комнату. — Хватит спать. Столица не ждёт опоздавших. У нас есть дело.

— Кофеин, — хрипло выдавил я. В горле пересохло. Я побрёл в сторону ванной, на ходу растирая лицо руками. — Пока в моей крови не появится чистый кофеин, я просто бесполезный кусок мяса. И даже не думай предлагать мне ваши магические бодрящие порошки. Я работаю только на честной химии.

Кристина тихо хмыкнула и элегантно опустилась в кресло у окна, закинув ногу на ногу.

— Будет тебе кофе, — сказала она с лёгкой ухмылкой. — Я знаю одно отличное местечко. Называется «Золотой Рассвет». Это пафосный ресторан для столичных ранних пташек из высшего общества. Местные чиновники, бизнесмены и аристократы любят решать свои дела до того, как взойдёт солнце. Они открываются неприлично рано.

Я замер, так и не дойдя до раковины. Остатки сна мгновенно выветрились из головы.

Раннее утро. Элитный ресторан, набитый снобами.

— Идеально, — я прислонился к дверному косяку, чувствуя, как на губах сама собой расплывается хищная улыбка. — Просто идеально, Кристина. Ты гений.

Она вопросительно приподняла бровь, ожидая объяснений.

— Утро — это самое уязвимое время для любой кухни, — с удовольствием начал объяснять я. Внутри уже закипал знакомый кулинарный азарт. — Повара ещё сонные и злые. Они не вошли в рабочий ритм. А самое главное — они ещё не успели как следует накачать свои утренние заготовки мерзкими магическими суррогатами. Концентрация пищевой иллюзии в это время минимальна. Это лучший момент, чтобы нанести им визит вежливости и немного взболтать их кулинарное болото.

Глаза Кристины блеснули.

— Мне очень нравится ход твоих мыслей, Игорь. Даю тебе пятнадцать минут на сборы.

Через полчаса мы переступили порог «Золотого Рассвета». Ресторан оправдывал своё кричащее название. Вокруг было столько позолоты, сверкающего хрусталя и тяжёлого бархата, что казалось, будто мы попали на съёмочную площадку документалки про Императора. Несмотря на ранний час, зал был почти полон. Мужчины в дорогих костюмах, сшитых на заказ, и дамы со сложными укладками чинно завтракали. Они переговаривались вполголоса, боясь нарушить атмосферу. В воздухе висела сонная скука богатой жизни.

Я надел простую чёрную водолазку и тёмные джинсы. На фоне этих разодетых павлинов я выглядел как чужак, но мне было плевать. Я пришёл сюда не для того, чтобы сливаться с интерьером. Я пришёл стать занозой под их ухоженными ногтями. И нет, не в том месте, о котором вы могли подумать.

— Столик у окна, пожалуйста, — громко и чётко произнёс я.

Мой голос разрезал благоговейную тишину зала. Метрдотель поморщился, окинув меня пренебрежительным взглядом. Он уже открыл рот, чтобы выставить меня за дверь, но тут заметил Кристину, и в его глазах мелькнул испуг. Он узнал её, молча кивнул, распорядился, чтобы забрали нашу верхнюю одежду и быстро проводил нас к лучшему столику с видом на улицу.

Как только мы сели, тут же материализовался вышколенный официант. Он протянул мне меню с золотым тиснением.

— Доброе утро, — пропел он. — Желаете начать с нашего фирменного «Эликсира Бодрости»? Это последняя разработка лучших алхимиков Империи. Мгновенно снимает усталость, проясняет мысли…

— Оставьте свои магические энергетики для студентов перед экзаменами, — я отмахнулся так резко и громко, что люди за соседними столиками начали поворачивать головы. — Принесите мне чёрный кофе. Двойной эспрессо. И сделайте его из настоящих кофейных зёрен, а не из тёртого рога единорога, или что у вас там на упаковках написано. А на завтрак… Яйца Бенедикт. Классика. Хочу посмотреть, умеют ли в столице готовить самые базовые вещи.

О да, проштудировав местную Сеть, я узнал, что в столице есть весьма похожие блюда на те, что готовили в моём мире. Проблема заключалась лишь в том КАК это готовили.

Официант побледнел. Он скомкано пробормотал «сию минуту» и буквально сбежал на кухню. Кристина сцепила пальцы в замок и с лёгкой полуулыбкой наблюдала за моим выступлением.

— Решил пойти ва-банк прямо с порога? — тихо спросила она, наклонившись ко мне.

— А зачем тянуть резину? — я пожал плечами и откинулся на спинку стула. — Мы же хотим, чтобы обо мне начали говорить? К завтрашнему дню половина этих надутых индюков расскажет всем своим знакомым о наглом хаме, который посмел критиковать святая святых столичного общепита.

Заказ принесли подозрительно быстро. Видимо, на кухне решили поскорее накормить шумного гостя и выпроводить его вон. Официант осторожно поставил передо мной белоснежную тарелку. На ней лежала разрезанная пополам булочка, ломтик ветчины, яйцо пашот и густой слой желтоватого соуса.

Я взял вилку, а зал будто затаил дыхание. Местные завсегдатаи делали вид, что увлечены беседой, но их взгляды были прикованы к нашему столику. Я физически чувствовал их внимание.

Надавил краем вилки на яйцо, но желток не вытек нежной, горячей рекой, чтобы пропитать хлеб. Вместо этого яйцо развалилось пополам, обнажив переваренный комок.

— Да вы издеваетесь, — сказал я вслух. Я не кричал, но в наступившей тишине мой голос разнёсся по всему залу.

Звон приборов за соседними столами мгновенно стих.

Я подцепил на вилку немного голландского соуса, поднёс к носу и принюхался. Затем аккуратно попробовал на язык. Вкус был химическим и неправильным. Я поморщился, словно разжевал горькую таблетку.