Вадим Фарг – Главный инженер 2 (страница 23)

Кот громко хрустнул кормом и никак не отреагировал на мои обвинения, подтверждая правило, что умные существа редко вступают в пустые споры, когда уже получили желаемую еду.

Я взял с собой небольшую часть наличных, ровно столько, чтобы не выглядеть полным идиотом, который пришёл в торговый центр с толстым кирпичом купюр в кармане, а остальное снова убрал. Сегодня мне нужна была не показная роскошь, мне требовалась просто качественная одежда, хорошо сидящая и дорогая ровно настолько, чтобы в приличных заведениях меня перестали записывать в обслуживающий персонал.

Смирновское тело за последние недели упорных тренировок заметно изменилось в лучшую сторону, одутловатое лицо подсохло и приобрело жёсткие черты, взгляд стал ясным и сфокусированным, а сутулые плечи выпрямились и уже не просили прощения у всего мира за свое жалкое существование.

Но моя старая заношенная одежда всё ещё выдавала прошлую жизнь этого аватара, его пьянство и укоренившуюся привычку покупать на рынке то, что не жалко порвать или испачкать. Рабочая форма была хороша для подвалов, но для разговоров с людьми более высокого уровня мне требовался совершенно другой слой социальной защиты.

Я надел чистую куртку, проверил надёжность дверного замка и напоследок погладил Дюбеля по голове, чувствуя, как он начинает довольно урчать.

— Веди себя прилично до моего возвращения, не пытайся вскрывать тайники, не устраивай в квартире революцию и не вздумай продавать мои активы соседским котам за лишнюю порцию рыбы, — строго дал я ему указания.

Он посмотрел на меня снизу вверх таким хитрым взглядом, будто уже давно рассматривал все три озвученных пункта в качестве своего плана на день.

Торговый центр я выбрал не самый пафосный и дорогой, решив избегать тех мест, где блестят витрины, где стоят охранники с лицами бывших боксеров, и где бродят люди, искренне считающие кофе за тысячу абсолютно нормальным началом дня. Мне туда лезть пока рано и слишком заметно, поэтому я искал крепкий средний сегмент, где обычно закупаются не вороватые олигархи, а руководители отделов, владельцы небольшого бизнеса, юристы и просто нормальные мужчины, которым жены наконец объяснили, что блестящий пуховик с китайского рынка это уже не показатель статуса, а диагноз отсутствия вкуса.

Я доехал до огромной асфальтированной парковки перед торговым центром, аккуратно оставил «Хонду» между двумя черными джипами, и направился к стеклянным дверям входа. Дежурный охранник у рамок металлоискателя скользнул по мне оценивающим взглядом, на секунду задержавшись на моих стоптанных ботинках, потом перевёл глаза на потёртую куртку, а затем встретился с моим лицом.

Раньше он наверняка остановил бы меня дежурным вопросом или попросил бы показать содержимое карманов, но сейчас он просто промолчал и отвернулся в сторону, лишний раз подтверждая мою теорию, что жёсткое лицо решает гораздо больше, чем дорогая ткань на плечах. Взгляд уверенного человека, который не просит у окружающих разрешения на существование, работает намного лучше любого пропуска или золотой карты.

Внутри просторного здания пахло крепким дорогим кофе, а люди двигались по широким коридорам медленно, таща за собой яркие пакеты, уткнувшись в телефоны, дёргая за руки уставших детей и питая привычную надежду, что новая купленная вещь хотя бы ненадолго улучшит их серую жизнь. Я шёл мимо ярко освещённых витрин и ловил себя на странном, но приятном спокойствии, вспоминая, как когда-то такие места были для меня лишь проходным коридором на пути к настоящим тратам.

Нужный мне магазин назывался нейтрально и на английском языке, как это обычно любят делать бренды, которым важно казаться в глазах покупателей чуть дороже и элитнее, чем они есть на самом деле. Внутри помещения было светло и чисто, а на рядах вешалок висели пиджаки, качественные джинсы, водолазки, рубашки и тёплые куртки без огромных идиотских логотипов на половину спины. Поняв, что я пришёл именно туда, куда нужно, я стал осматриваться.

Молодая девушка-консультант у самого входа посмотрела на меня с профессиональной улыбкой, оценивая нового клиента. Ей было на вид лет двадцать две или двадцать три, светлые волосы собраны в хвост, а на миловидном, но уставшем лице читалось желание поскорее закончить смену и уйти домой.

— Добрый день, добро пожаловать в наш магазин, и, если вам понадобится помощь с размером или подбором полного комплекта одежды, обязательно обращайтесь ко мне, — проговорила она заученную фразу, сложив руки в замок.

— Обращусь прямо сейчас, — я прочитал ее имя на бейджике, — Катя, потому что мне нужны нормальные джинсы, две однотонные водолазки, пиджак без театрального блеска и нормальная городская куртка, причем все это не для торжественной свадьбы и не для скучных похорон, — спокойно ответил я, глядя ей в глаза.

Она чуть заметно улыбнулась, и её взгляд стал уже гораздо живее и заинтересованнее, когда она поняла, что я не буду бесцельно бродить между рядами полтора часа.

— Я вас поняла, значит нам нужно подобрать что-то городское, спокойное и практичное, но, чтобы при этом вы выглядели собрано и солидно для встреч? — уточнила она, делая шаг к ближайшей стойке.

— Именно так, девушка, мне нужно, чтобы человек в зеркале после переодевания не выглядел как случайный грузчик, который по ошибке забрёл на чужой корпоратив, — подтвердил я.

Катя понимающе кивнула и оценила мою фигуру, смотря на меня уже не как на случайного бедного покупателя, а как на интересную задачу, которую ей предстояло решить. Это профессиональное отношение мне сразу понравилось, потому что хороший продавец-консультант всегда делает то же самое, что и хороший инженер перед работой, он внимательно смотрит на исходные данные и подбирает оптимальное решение проблемы.

Но нормально начать подбор одежды мы так и не успели, потому что у дальней кассы уже назревал скандал.

Голос недовольного мужчины разносился по всему магазину так мощно, будто он выступал с трибуны перед депутатами Госдумы, только с гораздо меньшей пользой для общества. Мужчина выглядел лет на тридцать пять, он был ухоженным, стоял в дорогих белых кроссовках, носил пальто известного бренда и имел то самое неприятное лицо человека, который по жизни привык давить на окружающих не силой, а наглостью. В руках он держал кашемировый пиджак темно-серого цвета, а прямо перед ним за кассой стояла вторая девушка-консультант, совсем молодая, почти испуганная девочка, которая бледнела прямо на глазах от каждого его крика.

— Я вам ещё раз повторяю русским языком, чтобы вы наконец услышали меня и перестали нести чушь про какие-то мифические повреждения, — раздраженно говорил мужчина, наклоняясь к испуганной девушке через кассовую стойку и тыкая пальцем в лежащий перед ней пиджак. — Эта вещь мне не подошла по размеру, я имею законное право вернуть товар в течение четырнадцати дней, а вы обязаны сейчас же принять возврат и вернуть мои деньги на карту, иначе я сейчас наберу своему юристу, чтобы он популярно объяснил всем вам, как работает закон о защите прав потребителей!

— Но мужчина, поймите меня, на вашем пиджаке огромное жирное пятно, вырванная нитка на рукаве и зацепка здесь и здесь, — дрожащим шепотом возразила девушка — Мы не можем принять вещь обратно в таком состоянии, тем более это повреждение появилось уже после вашей покупки.

— Девушка, вы вообще соображаете, что вы сейчас несете и кого вы пытаетесь обвинить в порче имущества? — мужчина злобно усмехнулся и демонстративно оглянулся на пустой зал, словно искал зрителей для своего спектакля. — Вы вообще знаете кто я такой? Я у вас покупал новую вещь за приличные деньги, а теперь вы мне рассказываете про какую-то зацепку, которую ваши же криворукие грузчики сами могли сделать на складе!

Пожилая женщина-администратор, стоявшая рядом с кассой, пыталась его успокоить, но бесполезно… Такие скандалисты предпочитают давить на сотрудника, который боится получить выговор, потерять премию или испортить показатели магазина. И это нахывается обычным бытовым мошенничеством.

Катя, стоявшая рядом со мной с джинсами в руках, тихо выдохнула, опуская плечи.

— Извините меня, пожалуйста, я сейчас уточню ситуацию у коллег, помогу им разобраться и сразу же вернусь к вам, — виновато сказала она.

— Не нужно никуда бежать, подождите здесь и посмотрите на это представление, — остановил я её жестом.

Она посмотрела на меня с явной благодарностью и тревогой одновременно, видимо, эта мерзкая сцена была далеко не первой за месяц, но сегодня этот парень сильно вошёл во вкус.

— Я прямо сейчас напишу жалобу в ваш головной офис, чтобы вас всех уволили без выходного пособия, — продолжал распыляться мужчина, нависая над стойкой. — И в Роспотребнадзор бумагу накатаю, и отзывов вам таких в интернете оставлю, что в эту дыру больше никто и никогда не зайдёт! Вы тут все такие смелые и борзые сидите, пока перед вами нормальный человек стоит один и пытается добиться справедливости!

Нормальный человек, подумал я, это хорошая фраза, потому что обычно именно так себя называют те люди, которые в глубине души уже знают, что ведут себя омерзительно.

Я неспешно подошёл к кассе, двигаясь спокойно, без резких жестов и лишней демонстрации силы, просто встал рядом со стойкой и взял с соседней полки шерстяной свитер, делая вид, будто внимательно рассматриваю товар перед покупкой. Мужчина бросил на меня колючий взгляд, оценил мою куртку, обувь, спокойное лицо, и видимо решил, что я для него не опасен. Это была его ошибка, потому что глупые люди слишком часто путают отсутствие понтов с отсутствием зубов.