Вадим Фарг – Главный инженер 2 (страница 14)

Я поставил скутер, снял кейс и пошёл ко входу. Дверь открыла женщина в форме помощницы, и провела меня через холл.

Григорий ждал в гостиной. Он почти не изменился. Да, немного прибавил веса, и лицо стало тяжелее, но в остальном тот же чопорный и напыщенный индюк. Он сидел в кресле так, будто я пришёл к нему на исповедь.

— Максим, — сказал он, не вставая, и лениво показал на меня стаканом. — Елена о вас рассказывала так, будто вы можете починить атомную станцию отвёрткой и плохим настроением.

— Атомные станции не обслуживаю, — ответил я. — А вот джакузи посмотрю.

Григорий улыбнулся уголком рта.

— Сразу к делу. Похвально. Обычно люди вашего профиля сначала пытаются произвести впечатление, рассказывают, какие они опытные, как их все зовут, как без них всё рухнет.

— Как меня зовут, вы знаете. Мне незачем представляться, я работаю руками, а не языком, — сказал я, не меняя тона.

Он задержал на мне взгляд. Ему явно не понравилось, что я не заискиваю. Но понравилось, что я не грублю. Люди вроде Григория любят думать, что держат разговор под контролем, даже когда не понимают, с кем говорят.

— Проходите, — сказал он, поднимаясь. — Только аккуратнее с отделкой. Тут не подъезд, где можно ключом по стене вести и потом сказать, что так и было.

— Да, я заметил, — ответил я.

Гостевой блок был в отдельном крыле. Джакузи стояло в просторном помещении, заполненное камнем и стеклом. Типично для Григория, иного «пафоса» я и не ожидал. Хотя стоит отметить, что дизайнер знал своё дело и смог совместить «богатые» желания хозяина с лаконичностью и стилем. На приборной панели мигала ошибка, а насос под полом тихонько шумел, да ещё и неприятно подвывал. Ничего смертельного. Возможно, для обычного сервисника такая поломка превратилась бы в головную боль, но для меня это казалось простой игрушкой, даже несмотря на то, что с такими агрегатами я пока не связывался.

Я поставил кейс, надел перчатки и открыл панель. Несмотря на то что пластик был дорогой, крепление держалось на честном слове и двух саморезах, которые кто-то закрутил под углом. Если б у меня было фото мастера, то Дюп… хотя ладно, не буду об этом.

Григорий остался в дверях.

— Сколько времени займёт? — спросил он, поглядывая на часы. — Мне Елена сказала, что вы быстрый, но у меня уже был один специалист, он три часа смотрел, потом сказал, что надо менять половину системы.

— Моя работа зависит от того, что этот ломастер успел «починить» до меня, — сказал я, проверяя питание.

— Никто ничего не ломал, — почему-то взвился Григорий. — Оно само.

— Само только пыль собирает, — нравоучительно заметил я, разглядывая внутренности, от которых неприятно тянуло гарью. — Всё остальное обычно кто-то трогал руками.

Он тихо хмыкнул.

— Елена права, — пробормотал Григорий и сделал глоток. — Вы странный. Обычно мастера в таких домах начинают говорить осторожнее.

— Обычно мастера в таких домах хотят вернуться ещё раз и подороже, — ответил я, стараясь не отвлекаться. — Я хочу понять, почему насос орёт.

Григорий посмотрел на меня внимательнее. Я видел, как он прикидывает, хамство это или уверенность. Для него разница была важна: хама можно выгнать, а вот уверенного можно использовать. Что он обычно и делал, я помнил, как он пытался манипулировать простыми людьми. Правда, мои умения оказались лучше, и по итогу вышло так, что Гриша сам себе выстрелил в ногу. Но теперь, когда прежний Орлов мёртв, он чувствует себя намного расхлябаннее.

Я работал медленно. Слишком медленно для себя, но вполне нормально для чужих глаз. Проверил всё что можно было и нельзя, как я и думал, поломка была простенькой. Датчик давал плавающий сигнал из-за плохого контакта, насос, естественно, пытался компенсировать несуществующее падение уровня, ну и система из-за этой чехарды сперва уходила в ошибку, потом снова запускалась. Плюс монтажники пережали один гибкий участок, из-за чего шум и усиливался. Можно было закончить за двадцать минут, если бы я приехал только чинить джакузи.

Я растянул работу на несколько часов.

Каждую операцию объяснял коротко, профессионально и достаточно скучно, чтобы Григорий терял интерес, но не настолько, чтобы ушёл совсем. Он то приходил, то уходил, пил, разговаривал по телефону, пару раз отпускал замечания. Я слушал вполуха и работал, а сам при этом просчитывал свои дальнейшие шаги.

Примерно через час Григорий вернулся и встал у стены, скрестив руки.

— Забавно, — сказал он, наблюдая, как я снимаю крышку блока. — Вы работаете руками, но говорите, как менеджер. У вас имеется образование или это от природы такая манера раздражать людей своим спокойствием?

— Есть небольшой опыт, — ответил я, не поднимая глаз.

— Уклончиво, — заметил он.

— Зато практично, — пояснил я. — Образование часто спрашивают те, кто потом всё равно смотрит на результат.

— Вы понимаете, где находитесь, Максим? — усмехнулся Григорий. — Тут не районная пятиэтажка. Тут люди привыкли, что с ними разговаривают иначе.

— Люди везде привыкают к удобному, — сказал я, подтягивая контакт. — А потом удивляются, когда удобное ломается.

Он помолчал. Ему нравилась игра, потому что он считал себя сильнее. Богатые люди часто путают деньги с интеллектом. Особенно те, у кого деньги появились раньше интеллекта.

Уже через несколько часов всё было готово. Джакузи я починил, провёл тесты и показал выполненную работу хозяину. Тот остался доволен.

Григорий стоял рядом со стаканом и смотрел на льющуюся воду так, будто лично победил инженерную мысль.

— Надо признать, вы не совсем бесполезны, — сказал он.

— Из ваших уст это тянет на пять звёзд, — ответил я.

Он рассмеялся. Не весело, а оценочно.

— Сколько?

Я назвал сумму, он даже не моргнул. Достал деньги из кармана, отсчитал чуть больше и протянул мне.

— За скорость, — сказал он, чуть наклонив голову.

— За скорость обычно платят до работы, — ответил я, убирая деньги. — После работы это благодарность.

— Хорошо, — легко согласился Григорий. — Пусть будет благодарность.

Он не ушёл, значит, настоящий разговор только начинался. Григорий поставил стакан на край столешницы, посмотрел на дверь, убедился, что помощницы рядом нет, и сказал тише:

— Есть ещё одна работа. Не совсем сантехническая.

Я поднял на него взгляд.

— Тогда, возможно, вам нужен не я.

— Думаю, как раз вы, — сказал он, и в голосе появилась та мягкость, которой люди пользуются перед грязным предложением. — Вы умный, не суетитесь и не задаёте лишних вопросов. И, судя по транспорту, деньги вам не помешают.

Вот теперь он пришёл к сути.

Я молчал, ведь это стоит дороже слов. Человек сам начинает заполнять пустоту и часто выносит из себя то, что лучше бы оставил внутри.

— У меня есть соседка, — продолжил Григорий, подойдя ближе. — Лика Орлова. Вы, наверное, слышали фамилию.

Я сделал лицо человека, который слышал где-то в новостях, но не придавал значения.

— Вдова застройщика? — уточнил я.

— Именно, — кивнул Григорий. — Женщина красивая и богатая, но сейчас она очень уязвимая. Горе у нее, сами понимаете, все-таки муж умер. А у вас есть свой шарм и обаяние и вот этими вашими способностями я предлагаю вам воспользоваться.

Внутри поднялось что-то холодное, но это были не ревность, и не боль. Скорее желание взять этот стакан и вбить ему в зубы. И даже не за Лику даже, а за тон и привычку смотреть на людей как на кнопки, которые можно свободно нажимать.

Но я оставался спокойным.

— Чем воспользоваться? — сделал я вид что не понял его намека.

Григорий хитро улыбнулся.

— У неё в доме недавно были проблемы с водоснабжением, и я могу посоветовать ей мастера. Или устроить так, чтобы вас пропустили как специалиста от управляющей компании. Вы заходите, смотрите трубы, щиток, что угодно. Знакомитесь, ну а дальше, по ситуации.

— По какой ситуации? — спросил я и чуть сдвинул кейс ногой, будто собирался уйти.

— Не делайте вид, что не понимаете, — сказал он с лёгким раздражением. — Вы мужчина не глупый. Нужно интимное видео, и не обязательно красивое. Главное, чтобы узнаваемое. Вдова Орлова с мастером через месяц после смерти мужа! Скандал будет громкий.

Признаться, такая наглость меня удивила.

— Зачем вам это? — спросил я, сдерживая желание врезать по этой наглой и самодовольной морде.

Григорий сделал глоток, помолчал и нахмурился. Следующие его слова видимо были вызваны алкоголем, и я для него был не человеком, а просто инструментом.

— Максим Орлов при жизни считал себя королём, — сказал он, уже не улыбаясь. — Раздавил меня на одном тендере, потом ещё улыбался, будто сделал одолжение. Я тогда потерял не только контракт. Я потерял связи и год работы, а он просто пошёл дальше. Теперь его нет, но его детище продолжает жить. Скандал вокруг вдовы ударит по репутации компании, она же сейчас фактически ее владелец.

Вот оно. Месть маленького человека, который годами носил в себе злость, и теперь решил ударить «меня» после моей смерти. М-да, чего-то подобного я от него и ожидал.