Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 786)

Со мной творилось что-то невероятное. Столько раз я слышала про вдохновение, и вот, кажется, испытала его на собственной шкуре. Кровь стучала в ушах, кончики пальцев покалывало от нетерпения. Смычок, скрипка, ноты… Ну, держись, Бургунди, сейчас я такое выдам, такое!.. Не будь я Эренида Янброк!

Я неслась по дорожке, едва касаясь земли. Готова была взлететь даже без крыльев! Так торопилась, так боялась расплескать это новое чувство и так хотела передать его в музыке… Вообще ведь неважно, ре мажор, до минор, мне впервые самой отчаянно требовалось взять инструмент, остаться с ним один на один и показать, кто здесь главный…

И до того я увлеклась этими мыслями, что даже не заметила высокий плечистый силуэт. Не услышала хрипловатого вопросительного: «Эри?..» — и с разбегу врезалась в нечто большое и твердое.

— И что, ради огненного владыки, с тобой стряслось? — спросило нечто.

Я потерла ушибленное плечо, вскинула голову и чуть не потеряла равновесие. В полумраке сердито поблескивали серые, как фервирская сталь, глаза моего отца.

— Папа?.. Но откуда?..

— Добрый вечер, отец, — перебил он. — Как добрался, отец… Как я рада тебя видеть… Нет? Ничего такого не будет?

— Я рада, что ты добрался, и что добрый вечер, — выпалила, пригладив растрепанные от бега волосы. — Но почему ты не предупредил?..

— Ты хотела поговорить, и вот я здесь. Было неприятное происшествие на руднике, пришлось задержаться, но как смог, так сразу… — Отец вдруг осекся и прищурился, всматриваясь в мое лицо. — Та-а-ак. И кто он?

— Кто — он? — не поняла я.

— Какой, спрашиваю, мерзавец заставил тебя плакать?! — Папина рука легла на эфес, тихо лязгнул тяжелый клинок. — Имя, Эренида. Назови мне имя.

Глава 11

Недели три назад я бы сдала Фабиана отцу без колебаний. Более того — с удовольствием. И нет, я никогда не пряталась за папину спину, предпочитала разбираться с врагами сама. Но после того поединка любая возможность увидеть ректора на шпажке казалась соблазнительной. Кто хоть раз пробовал изумительный десерт под названием «месть», тот поймет! Сейчас же вместо злорадства я испытала нечто новенькое.

Страх.

Я, дочь железного герда, уложившая на обе лопатки не один десяток молодых драконов, пусть и в учебном бою, испугалась. Сначала желудок сжался в комок, и я уж подумала, не замешаны ли в этом фрикадельки, которые подавали на ужин, а потом неожиданно ярко перед глазами всплыл образ Фабиана в луже крови, и меня хорошенько тряхнуло. Сомнений не осталось: страх в самом чистом, самом позорном виде.  Оправдывало меня только то, что боялась я не за себя. Да и соперник мне достался выше на две головы — во всех смыслах. В открытую выступить против отца?.. Нет. Нужна другая тактика.

— Ну, о чем ты, пап! — Я фыркнула и постаралась принять расслабленную позу. — Чтобы я — и плакала?! Скорее рябой Грэт начнет носить туфли на каблуках!

— Эри, ты не умеешь врать! — нахмурился отец. — Глаза красные, опухли…

— Ах, это? Так это… Как ее… Аллергия! Цветы, знаешь, везде! — И я чихнула для убедительности.

— Не нравится мне это. Твоя мать цветами все пещеры заставила — и ничего, а тут?.. — он взял меня за подбородок. — Точно плакала! Во имя огненного владыки, что здесь стряслось?

В одном отец был прав: врать я умела очень плохо. Особенно — ему. Когда папа смотрел мне в глаза, я чувствовала себя… Нартом. Так и подмывало выложить всю подноготную, перечислить грехи по пальцам, хоть я и понимала, что за это потом прилетит. Вот старине Деймару я бы в жизни ни в чем не призналась, а тут имя Фабиана само сползло на кончик языка. Я из последних сил стиснула зубы…

— Янброк, ты почему еще не в общежитии? — прорезал вечернюю тишину грозный вопрос.

От неожиданности папа отпустил меня и даже как будто вытянулся по струнке. Хотя прежде он так делал только в присутствии короля.

— Фабиан-тэй? — удивленно выдохнул отец, обернувшись к ректору.

И да, это действительно был кронфей. Но только внешне. Изменились и его взгляд, и интонации, — словно злой брат-близнец Фабиана пожаловал!

— Герд Янброк? Какой сюрприз! — ректор холодно улыбнулся. — Вы бы предупредили, что прибудете в такое позднее время, я бы распорядился, чтобы вас встретили. И простите за недоразумение, но обращался я к вашей дочери. Эренида, я задал вопрос!

— Я… Вот, папа прилетел… — промямлила, запутавшись окончательно.

Какая муха укусила Фабиана, что он творит?! Всего пять минут назад был весь из себя дружелюбный, и вдруг косит под драконьего генерала… Интересно, он вообще догадывается, что будет, если он разозлит отца?! Терпение никогда не входило в число папиных достоинств!

— Это не отменяет твоего наказания, — прервал ректор мой невразумительный бубнеж.

— Наказания? — удивился отец.

— Я уже повторял и повторю еще раз: в нашей академии дисциплина — превыше всего. И поблажек мы не делаем никому. На практическом занятии по ботанике Эренида нарушила технику безопасности. Брызнуть соком левицеи в глаза после всех предупреждений профессора Минти! Уму непостижимо!

— Так вот оно что! — папа всплеснул руками. — И ты пыталась это скрыть от меня?

Я молча кивнула: дар речи покинул меня, а мысли не поспевали за полетом фантазии Фабиана.

— И тот факт, что ты написала штрафной доклад, не оправдывает твоего нахождения в саду после девяти часов вечера! — строго заключил ректор. — Иди в комнату, Янброк. Герд Рондар, извините, но общение с дочерью придется отложить до завтра. Таковы правила. Вас проводить в гостевой корпус?

Папа смотрел на Фабиана со смесью восхищения и уважения, и до меня медленно начинало доходить, ради чего кронфей устроил этот цирк. Как же сильно я недооценила аристократичного хитреца! Правила, штрафной доклад, никаких поблажек… Ректор выбрал идеальную стратегию, безошибочно понял, на какой козе подъехать к моему отцу.

Если золотые драконы падки на роскошь, то для железных нет ничего отраднее дисциплины. Уже на пути к общежитию я услышала, как папа доверительно обращается к Фабиану:

— А вы молодец! Между нами говоря, при прошлой ректорессе здесь был такой бардак! Поначалу, если честно, я в вас сомневался, но…

У меня аж челюсть отвисла. И я еще за него волновалась! Нет, ну каков, а? Порой мне начинало казаться, что, если бы на Фабиана несся разъяренный воин с мечом наперевес, кронфей и ему смог бы заговорить зубы. Секунда — и вот они уже чуть не в десны лобызаются!

Впрочем, как бы Фабиан ни был хорош в дипломатии, надолго его фокусов не хватит. Отец прилетел не меньше, чем на день. Без серьезного разговора про аурвирскую битву я его отсюда точно не отпущу. Вопрос в другом: как сделать так, чтобы за это время он не узнал про нашу дурацкую помолвку? С занятий меня никто не отпустит, тем более что Фабиан папе целую арию напел про нерушимую фейскую дисциплину. И как быть?

Орк меня за язык дернул распустить сплетни! Поблажек захотела… Зато теперь любая студентка может взять и сдуру поздравить отца с моей помолвкой или напроситься на свадьбу. Фей ведь муссом не корми, дай только вырядиться в пух и прах и поплясать на каком-нибудь празднике! А есть еще болтливый Нарт, есть профессор Бургунди… Ох, и вырыла же я себе яму!

Как известно, сон приходит только к тем, у кого совесть чиста. Я же всю ночь проворочалась с боку на бок, брыкала одеяло, путалась в простыне, прикидывая, как выкрутиться. В итоге выкрутиться мне удалось только из кровати: в предрассветной тишине мое падение прозвучало, как раскат грома.

— Нет, это просто невыносимо! — взвилась разбуженная Соль. — Ты вообще в курсе, что мир не вращается вокруг тебя? Давно бы уже переехала к своему жениху!

— Сплюнь, — проворчала, потирая отбитый копчик. — Я б с ним ни в жизни…

Осеклась я слишком поздно: Солианна уже насторожилась, как хищница, учуявшая добычу.

— В смысле — ты бы с ним ни в жизни?!

— Я… Эм… Ни в жизни до свадьбы! — исправилась я. — Да! У вас, фей, может, и принято тут бесчинствовать, но я — дочь герда, и без брачных клятв Фабиан… Короче, вот так просто он в мои ножны свой меч не пристроит!

— Меч… В ножны? — Соль вскинула брови. — Да у Фабиана-тэя меча никакого нет!

Я выразительно промолчала, выжидая, пока Солианна докопается до второго смысла моей изящной метафоры. Когда же это произошло, оранжевая резко села и скривилась.

— Фу! Пресвятые музы, я не об этом! Просто если уж ты невеста ректора, то зачем тебя селить в простой корпус? У тебя ведь во всем привилегии! Все с тобой носятся, как с хрустальной вазой, тебя без конкурса зачислили в класс профессора Бургунди…

— Вот уж повезло мне! — съязвила я.

— А что, нет? — Соль опустила ноги на пол и выпрямила спину, напомнив мне взъерошенный рыжий одуванчик. — Я три тура прошла! Три тура! Знаешь, какой был отсев? Я занималась с утра до ночи, выучила сложнейшую программу, в обмороки падала от усталости. И тут — будьте любезны! — Саэлей-тэй берет девицу, которая моется в фонтанах и малый мажорный терцквартаккорд не построит без посторонней помощи!

— Какой еще кварц?! — фыркнула я, усевшись напротив. — Уж в минералах-то я почище тебя разбираюсь, и в музыке они не используются, нечего мне по ушам ездить!

— Вот! — торжествующе воскликнула Соль. — Об этом я и говорю. Терц-кварт-аккорд! — повторила она по слогам. — Терция, кварта… Ой, да перед кем я распинаюсь! И, главное, я все думала: ну за что профессор Бургунди тебя взял? За какие такие заслуги? Может, в тебе есть скрытый талант, магический потенциал, ну что-то же должно быть... А оказывается, вот оно что! Тебя взяли за красивые… Ножны!