Вадим Денисов – Дипкурьер (страница 44)

— Разве что всё-таки в Вашингтоне поспрашивать… — неуверенно предложил я.

— Сложно туда доехать, Макс?

— Да нет, транспортное сообщение налажено. Вот только стоит ли игра свеч?

Все задумались.

— … Нет, не так всё идет, не так… — начала Селезнёва голосом, не предвещающим ничего хорошего. — Товарищи, вас даже слушать страшно! Как вы не понимаете, что любые партизанские действия по поиску взрывчатки или этих, как их там называют, прекурсоров?

— Есть такое слово, — кивнул я.

— Все подобные действия грозят международным скандалом! Мы и так по лезвию ходим с этим «Кракеном», а вы продолжаете выспрашивать кого-то там, ищете не пойми что, советуетесь… Давайте уж просто объявление в городскую газету дадим: «Куплю взрывчатку. Много, дорого»! Думаете, никто не сможет сложить два плюс два? А сейчас, как я посмотрю, уже пошли в разработку грабежи и захваты армейских складов! Ладно, товарищ Гоблин в городе человек новый, но ещё пара таких поползновений в этой специфической сфере, и его чрезмерно любопытная лысина примелькается — люди начнут задаваться резонными вопросами! Возникнут подозрения! А про вас, дорогие сотрудники, я вообще не говорю. Дино, что вообще ты делал с какой-то гоп-компанией возле армейских складов? Пусть твои дружки там лазают, тебе это запрещено!

Она взволнованно перевела дух, обжигая нас гневным взглядом.

Никакого достойного варианта самооправдания в голову не приходило, лез лишь всякий бред: «… потеряв из виду сам объект наблюдения, но отметив прибытие к складу ВВ стоящего на контроле отдела пикапа „Шевроле Апач“, я срочно вызвал по рации дополнительных агентов и решил проверить обстановку на месте, перекрыв возможные пути отхода…».

— Что б никаких скупок банок с порохом из-под полы! Никаких краж мешков селитры в ночи, к военным близко не подходить! Никаких взлетающих на воздух колхозных лабораторий в подворотнях! Вы что, химики со спецподготовкой и опытом, есть образование? Нет, вы средневековые ученики алхимиков, и то заочные! Сунетесь не туда и очутитесь в морге. Я понятно объясняю⁈

— Так точно, Госпожа Посол! — рявкнул Сомов. — Восхищён! Правду мне Кастет про вас рассказывал, погоны подполковника, не меньше! Это даже не от души, а объективно. Честно говоря, я не особо и рассчитывал, что нужные компоненты удастся добыть на месте. Но провентилировать было надо. Всё верно, с этого уровня партизанщины пора перепрыгивать на другой, более реалистичный.

— Святые небеса, что вы имеете в виду, Миша?

— Сейчас, Екатерина Матвеевна. Мужики, вы хорошо знаете окрестности?

— В каком контексте? — решил уточнить я. Не любою абстрактные вопросы.

— Возвращаемся к основному варианту — доставке готовой взрывчатки из метрополии, как говорит Юра Вотяков.

— Так что же ты…

— Говорю же, провентилировать надо было, — ещё раз пояснил Гоблин. — На случай, если доставка по каким-то причинам сорвётся. Ведь дипкурьер до вас морем так и не добрался?

— Морем? — переспросил Дино.

— Так гораздо проще, Бер, чем тащить взрывчатку с кучей перевалок.

— Уф-ф… — облегчённо выдохнула Селезнёва. — Дожила, называется, доставка взрывчатки меня радует… Рассказывайте, Михаил!

— Всё выглядит относительно гладко, по крайней мере, на бумаге. Повезут на одном из шанхайских пакетботов, который контролируется ведомством Демченко.

— Наш экипаж?

— Практически да. Взрывчатка будет в ящиках.

— Динамит? — спросил я. — Такие цилиндры жёлтого цвета длиной сантиметров тридцать?

— Да ну его к черту! Динамит штука нестабильная, чувствительная, боится всего вообще, на воздух может взлететь от косого взгляда!

— Такой динамит нам не нужен! — решила начальница.

— Нужен, но не нужен. У нас будет тротил, он же тол, он же тринитротолуол. Вот это относительно безопасная в транспортировке и подготовке взрывчатка. Тол не чувствителен к удару, прострелу, огню, искре, трению, химическому воздействию, не боится воды. Его, поджигать можно! Горит, зараза, жёлтым пламенем и только коптит… Долго сохраняет рабочие свойства, надежно срабатывает даже тот тротил, что был изготовлен в начале тридцатых годов прошлого земного века… В общем, вот так. Да и выбора особого нет, Смотрящие выдают взрывчатку редко и неохотно.

— Бывает безопасная взрывчатка и безвредные яды? Ну-ну… — скептически процедила Екатерина Матвеевна,

— Короче, это ещё больше знаменитые по кинофильмам, чем динамит, толовые шашки.

— Как мыло?

— Разные бывают. Выпускают три типоразмера: большая шашка размером 10×5×5 см. и массой 400 г. Запальное гнездо под стандартный капсюль-детонатор № 8 на боковой грани. Это та самая шашка из фильмов. Малая шашка в два раза тоньше и в два раза легче. Запальное гнездо с торца. Ну и цилиндрическая «буровая», запальное гнездо тоже в торце.

— Как всё изменилось… — вспомнил я. — На современных рудниках используют аммонит, но основе аммиачной селитры. И выглядит такая взрывчатка, как толстый батон колбасы, продолговатый такой пакет, наполненный вазелиноподобным гелем. А перед тем как опустить пакет в скважину, его надрезают.

— Ты что, занимался буровзрывными работами? — удивился Сомов.

— Что ты, что ты! — замахал я руками. — Механиком работал на руднике в Северо-Енисейском районе. Там у меня всякие знакомые были… И сколько нам подгонят?

— На буровзрывных я не работал… Хотя в войсках изучали, конечно, кое-какой интересный опыт имеется, как-нибудь расскажу. Ну, и инструктаж на ход ноги у спецов. Дино, ты как, в банде? Ничего не подрывал с пацанами в Базеле? Шучу я… Сколько сахара класть, говоришь? Предварительно, пятьдесят килограммов, научники прикинули, что этого должно хватить. Согласен?

— Сложно сказать, это же не перекрытие и даже не строение, — задумался я. — На руднике взрывами формировали стенку будущего уступа, взрывники бурили вдоль неё вертикальные и наклонные скважины с трёхметровым шагом. Станки ударно-вращательного бурения были какие-то неудачные или левые, ломались, как не в себя. Их ко мне и тащили. Как мужики рассказывали… за шахматами, для наклонной скважины хватает и двух-трёх килограммов. Вертикальные скважины набивают битком, до тридцати кило взрывчатого вещества на погонный метр. Так что лучше взять три ящика, про запас.

— Без проблем. В гроте трещины есть? — продолжал выпытывать Сомов.

— Конечно. Вода сверху летит, там огромная трещина в скале, и останавливается поток только потому, что поперёк лежит обломок в форме плиты. Иначе бы водичка ниже в трещину уходила… Две трещины поменьше видел по разные стороны водопада, может, и ещё есть. Кстати, на рудниках в такие трещины гель-взрывчатку иногда просто заливают.

— Ладно, где мы, а где передовые взрывные работы… В наших деревянных ящиках упаковано по шестьдесят две большие шашки и одна буровая. Вес ящика тридцать два кило, нетто тротила — почти двадцать пять. Плюс детонаторы и шнуры.

— Внушает, — кивнул я. — Что от нас требуется?

— Первым делом безопасно принять груз в назначенном месте и в условленное время. Нужно выбрать такое место. Как тут обстоят дела с погранцами и таможней?

— Сейчас расскажу, — неожиданно взяла слово Екатерина Матвеевна. — Недавно на одном из приёмов начальник таможенной службы Калифорнии просвещал меня о положении дел. Больше хвастался перед дамой, конечно… Но картину обрисовал. Значит так. У таможенников Доджа и Стамбула отношения натянутые. Турки эластичные, любят делать дела и мутить схемы — часть сборов в виде поборов расползается по карманам. В принципе, там можно разгрузиться, но те же люди за деньги сольют информацию. Пока дело касается контрабандистов, схема работает, но в нашем случае… не знаю. У американцев служба поставлена чётко, с некоторых пор контрабанда идёт исключительно через Стамбул. Так что на наших причалах незаметно разгрузиться не получится. Теперь о пограничниках. У турок есть всего один маленький катерок, море они, по сути, сдали на откуп. Американская береговая охрана — это уже три малых боевых корабля с ракетными установками, которые патрулируют побережье от нас и чуть западнее турок. Останавливают все незнакомые суда ещё на подходе к своим водам, знакомые проверяют выборочно. В общем, в Америку незаметно не проскочить.

— Да… Развели тут дисциплину, — буркнул сталкер.

— Англичане приучили.

— Значит, и восточнее вдоль побережья не пройти. А если в тихую бухточку, где чужие не ходят? Поблизости есть что-то подобное? Или в окрестностях Стамбула?

— Обнаружат, задержат и притащат для проверки в порт, — уверенно ответила начальница.

— Принял вас, кругом вилы… — помрачнел Гоблин. — Слушай, Макс! Ты уже два раза упоминал какую-то удалённую рыбацкую деревню, расскажешь подробней?

— Саг-Харбор, самая западная часть обжитой зоны побережья, стоит практически на границе с Берегом Скелетов, дальше пески. Формально это Америка, но, по сути — не особо нужный губернатору отдельный анклав, который скоро станет независимым. Далеко, логистика сложная. Старосту зовут Пер Баккен, запоминай уже, раз в третий раз говорю, — усмехнулся я.

— Уже запомнил. А что если мотобот разгрузится у них, а мы по суше доставим ящики сюда?

— Хм-м… Вариант интересный. Но есть нюанс — дорога к ним непонятная. Да и… Тут вполне можно скроить схему похитрее, кое-что сразу в голову пришло! Но перед этим придётся ехать туда на машине или даже на двух. Хотя бы для того, чтобы узнать у старосты точные координаты места для РДО. В общем, мне надо подумать… До завтра.