Вадим Бурлак – Петербург таинственный. История. Легенды. Предания (страница 23)
Леди Рондо так описала начало болезни Петра II: «Я не помню дня более холодного… Я боялась ехать во дворец, чтобы встретить молодого государя и будущую государыню при их возвращении с крещенского парада…
В тот час, когда они вошли в зал, император стал жаловаться на головную боль. Сначала думали, что это — следствие холода, но так как он продолжал жаловаться, то послали за доктором, который посоветовал ему лечь в постель, найдя его очень нехорошим. Это обстоятельство расстроило все собрание. На другой день у императора появилась оспа…»
«Не вернешься… ни Живым, ни мертвым»
За несколько дней до отъезда юного царя Петра II в Первопрестольную у него в кабинете придворные обнаружили неизвестно как появившуюся там книгу. Никто из приближенных не сознался, что подложил ее на стол государю.
Сам император читать и даже листать книгу не стал, а передал ее кому-то из придворных. Вскоре выяснилось, что в ней были записаны древние предсказания. Царю книгу не вернули. Ее объявили богомерзкой и сожгли.
Когда императорский кортеж покидал Петербург, из толпы любопытных горожан, обращаясь к Петру И, закричала старуха:
— Ты повелел сжечь Великую заповедь — скоро сгоришь и сам! Неизлечимая хворь опалит тебя! И не вернешься ты в град Петра Великого — ни живым, ни мертвым!..
Кто была эта дерзкая старуха — выяснить не удалось. Она быстро скрылась в толпе.
Юный царь Петр II действительно больше никогда не увидел Северной столицы.
В ночь на 19 января 1730 года он скончался. Императору не исполнилось и пятнадцати лет…
«То буде твоя смерть»
В 17 лет Анна Иоановна была выдана замуж своим дядей Петром I за Курляндского герцога.
Дочь царя Ивана Алексеевича и царицы Прасковьи Федоровны, урожденной Салтыковой, она была не склонна к образованию. Зато, как и ее мать, живо интересовалась астрологическими прогнозами, всевозможными предсказаниями, ворожбой, таинственными мистическими историями.
В 1711 году курляндский математик и астролог Бухнер предсказал ей царствование в России. Мало того, он еще сообщил Анне Иоанновне, что именно она вернет Петербургу статус столицы.
Вдобавок удивило герцогиню то, что в 1711 году Петербург еще не был объявлен столицей государства. Так о каком же возвращении статуса столицы новому городу на Неве шла речь?
Математик и астролог не смог ответить вразумительно герцогине. Анна Иоанновна взяла с него клятву: не говорить об этом прогнозе никому ни слова и никогда не вспоминать о нем.
Очевидно, Бухнер выполнил свое обещание. Анна Иоанновна долгие годы тоже не рассказывала о странном прогнозе, даже тем, кому доверяла многие секреты. Лишь в начале 1730 года будущая российская императрица сообщила предсказание старого Бухнера моравской ворожее. Случилось это в дни, когда герцогиня получила из Москвы приглашение на царствование.
Анна Иоанновна хотела узнать у ворожеи, сколько лет ей жить и управлять государством. Но ее гостья из Моравии уклонилась от прямого ответа, лишь предостерегла:
— Опасайся, когда увидишь себя не в зеркале… То будет твоя смерть…
Рухнувшие надежды
Прошло несколько дней после приезда Анны Иоанновны в Россию, и вот уже епископ Новгородский — поэт, драматург, соратник Петра Великого — произносил свой панегирик новой императрице:
Конечно, с приходом к власти Анны Иоанновны не «стала Россия весела и рада». Но вот документ, специально составленный и ограничивающий ее власть, она действительно порвала. И «растерзанный», он в самом деле пал «под царские ноги».
Надежды родовитых семейств Долгоруких и Голицыных рухнули. Они мечтали сделать императрицу послушной исполнительницей их политики и воли. Но Анна Иоанновна оказалась хитрее. Покорно подписав в Курляндии «ограничения», в Москве она их демонстративно отвергла.
«На что соглашалась курляндская герцогиня, то уничтожила Российская Императрица», — заявила Анна Иоанновна на заседании Верховного совета.
Инициаторы «ограничений» Бестужев, Долгорукие, Голицын были немедленно арестованы и сосланы в Сибирь.
А 28 апреля 1730 года архиепископ Новгородский Феофан совершил обряд коронации Анны Иоанновны. Не послушалась она предостережений некоторых царедворцев «не допускать еретические руки его до миропомазания».
Нашептывали приближенные императрицы, что у Феофана дурной глаз. Он будто бы умеет «раздваивать людей». Не случайно коротким было царствование у Екатерины I и Петра II, на коронацию которых был допущен Феофан. Именно он обручал юного Петра II с двумя невестами — и ни одна свадьба не состоялась.
Припомнили также, что Феофан венчал цесаревну Анну Петровну с герцогом Голштинским, которая тоже прожила недолго.
Сошлись во мнении старухи-ворожеи московские и петербургские:
— Посыпется немчура на Русь, словно горох из драного мешка… Прольет та немчура много крови православной. А полюбовник царицы Бирон станет верховодить российскими землями…
Суров был приговор вещих старух Анне Иоанновне:
— В смехе будет жить и царствовать — в крике помрет. И видеть ей перед тем себя без зеркала!..
Балы, маскарады, попойки, охота, азартные игры, возвеличивание безродного фаворита Бирона и невиданное расточительство. Так коротко характеризовали царство Анны Иоанновны некоторые ее современники.
Страшная незнакомка
Неизвестно, опасалась ли императрица грозных предсказаний, сделанных в Курляндии, но услугами гадалок и астрологов она продолжала пользоваться часто, уже находясь на российском троне.
Профессору математики и экспериментальной физики Георгу Крафту больше приходилось заниматься астрологией, чем наукой. К нему каждый раз отправляла своих гонцов Анна Иоанновна, когда хотела узнать, какая будет погода в ближайшие дни, стоит ли браться за то или иное дело, какие принимать важные государственные решения.
Так было и в сентябре 1740 года, когда императрица заболела. Что напророчили ей тогда астрологи — неизвестно. Однако в те дни почему-то разбежались из царского дворца петербургские старухи-вещуньи.
5 октября, во время обеда, императрица почувствовала себя плохо и даже потеряла сознание. В ночь с 5 на 6 октября во дворце стало происходить что-то непонятное. Почти в одно и то же время Анну Иоанновну видели в разных залах и комнатах. Об этом необычном случае доложили Бирону, а тот — самой императрице.
Анна Иоанновна, превозмогая боль, поднялась с постели и в окружении приближенных отправилась в зал, где, якобы ее видели несколько минут назад.
Действительно, в дальнем углу, у окна, стояла дама в белом платье. Даже в полутьме Анна Иоанновна заметила, что незнакомка удивительно похожа на нее.
Императрица сразу вспомнила страшное предсказание и вскрикнула от ужаса. Дама в белом слегка поклонилась и стала пятиться к выходу. В каждом ее движении, в каждом жесте чувствовалось что-то зловещее, роковое.
Анна Иоанновна указала рукой на незваную гостью, но вымолвить ничего не могла.
Кинулись дежурные офицеры во главе с Бироном за двойником императрицы, но той и след простыл.
Государыня тем временем пришла в себя и печально прошептала:
— Это приходила посланница моей смерти… Я увидела себя без зеркала…
С того времени Анна Иоанновна уже не поднималась с постели и вскоре скончалась.
«Блеклое царство, блеклые предсказания»
За несколько дней до смерти Анна Иоанновна назначила своим преемником двухмесячного сына своей племянницы Анны Леопольдовны и герцога Антона Ульриха Брауншвейн-Беверского.
— Все будет запутанно в его жизни, даже имя, — шептались вешие петербургские старухи еще при рождении наследника престола.
Действительно, внучатый племянник Анны Иоанновны был провозглашен императором Иоанном III. Подобная «нумерация» шла от первого российского царя Ивана Грозного. Но во многих документах XVIII века его величали Иоанном или Иваном VI. В данном варианте счет вели, учитывая Московских Великих князей.
До совершеннолетия нового императора регентом, а фактически полновластным правителем России стал фаворит Анны Иоанновны Бирон. К тому времени он уже получил титул герцога Курляндии.
Но за несколько недель до смерти императрицы между ней и Бироном произошла сильная ссора. Всесильный фаворит испугался за свою дальнейшую судьбу. Тяжело больная государыня стала для него опасной.
Может, это и породило в дальнейшем слухи, что появление во дворце «дамы, похожей на Анну Иоанновну», было не зловещим знамением, а организованным Бироном представлением. Конечно, впечатлительная императрица могла при виде своего двойника или умереть сразу от испуга, или усугубить свою болезнь.
Фаворит прекрасно знал о грозном предостережении Анне Иоанновне. До него давно доходили слухи, что в Лапландии живет женщина, очень похожая на государыню. Воспользовался ли он ее услугами? Доказательств этому нет.
Однако спустя день или два после явления во дворце таинственной дамы на берегу Мойки нашли задушенную женщину, имеющую внешнее сходство с императрицей Анной Иоанновной. Нищий-калека, ночевавший неподалеку, божился, что видел, как выбросили труп из промчавшейся кареты. Какой герб был на дверце кареты — он не успел заметить.