Вадим Булаев – Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие (страница 37)
И снова зазвучала история о зеркале, о видеокамере и колонке. По окончании оперативник цыкнул сквозь зубы, не особо стесняясь в выражениях:
— Упыри озабоченные... Я в тот дом тоже выезжал. Вокруг одни кручёные живут, с претензиями. Начальника из постели подняли, вопили, будто их режут. Перебздели за личную безопасность. Добро бы просто по горячей линии позвонили, так нет же! Каждому надо всех переполошить, за все ниточки дёрнуть... Говоришь, барахло ещё там?
— Понятия не имею. Могли и забрать. Я хотел прогуляться вокруг, но ваши захомутали.
— Новый сигнал получили. На неизвестного с фонариком, — и, уже, дружелюбнее. — Тебя тоже выдернули по звонку?
Врать Серёга не стал:
— Дома спал. Из постели подняли.
— Прикольно… А ксива где? — навязчиво припомнил старший лейтенант, испытующе глядя в честные инспекторские глаза. — Не верю, что сбросил. За утерю в коленно-локтевую позу нагибают, без прелюдий.
Не представляя, что говорил шеф этому въедливому оперу, задержанный красноречиво промолчал, переключив внимание с допрашивающего на исцарапанный множеством подошв и каблуков пол.
— Как знаешь. Поднимайся. В обезъяннике(*) посидишь до установления личности. Телефонный звонок в наши дни не аргумент. Представиться кем угодно можно, хоть президентом.
— Нормально. Пойдём.
***
На свободу инспектор вышел ровно через пятнадцать минут после начала рабочего дня в районном ОВД. Само собой, в сопровождении Фрола Карповича, вырядившегося по такому случаю в добротный костюм, белоснежную рубашку, галстук и лакированные туфли. Подчинённого он вытаскивал нахраписто, напрямую через здешнего начальника, отчего с формальностями никто затягивать не стал, несмотря на пересменку дежурных нарядов.
Из интересного — за прошедшие несколько часов полицейские успели смотаться в заброшенный дом, однако ничего из указанных в беседе предметов не нашли. Кто-то успел раньше.
Но это уже не имело ровным счётом никакого значения.
Весь отдел гудел. Среди сотрудников, стягивающихся на службу, было только и разговоров, что о новом ролике в соцсетях, где «прославлялось» родное ОВД.
Отголоски доносились даже в камеры, вызывая живейшее любопытство у доставленных за ночь разномастных обывателей. Все интересовались друг у друга подробностями и просили узнать ссылку, чтобы посмотреть нашумевшее видео по выходу из узилища.
***
Устроившись за рулём вместительного внедорожника с крайне непростыми номерами, шеф передал Иванову свой смартфон размером с лапоть взрослого мужчины.
— На. Любуйся. Про твои похождения мне ведомо, так что можешь воздух не сотрясать.
Подчинённый только обрадовался. Пересказывать события в пустом доме уже слегка поднадоело.
Автомобиль плавно тронулся, отрабатывая высокую стоимость комфортом и мягкостью хода, а Серёга нажал на воспроизведение заранее открытой вкладки, предварительно прочитав дегенеративное название над видеофайлом:
«Пранк над полицией/ Развели копов/ Смотреть всем!»
Снизу проглядывался логотип канала, некоего MuXa 4I4A, избравшего своим аватаром жирную, зеленоватую муху.
— Уже вижу, что мудак, — вздохнул инспектор, готовясь к чему-то неприятному.
Изображение замелькало фееричной заставкой, олицетворяющей хрен знает что, затем переместилось в знакомую комнату на втором этаже.
Худой, весь в чёрном мужчина или подросток, пряча рыло, демонстративно приладил на стену зеркало, после (тут разглядеть не удалось) вымазал руки в почти чёрной, из-за ночной съёмки, субстанции и оставил парные следы ладоней сначала у рамы, после на самом стекле. Выставил большой палец, символизируя окончание подготовки.
За кадром кто-то возбуждённо зачастил молодым, ломающимся голосом:
— Мы хотим проверить реакцию нашей доблестной (произносилось с неприкрытым сарказмом) полиции на непривычное им зрелище. В потолке установлена камера, с помощью которой мы посмотрим, насколько эффективно тратятся деньги налогоплательщиков (звучало совсем уж с издёвкой).
Картинка сменила ракурс. Теперь под обзором находилась вся комната, включая вход.
Прозвучал истошный визг женщины. Появились патрульные. Прибыл дежурный наряд, включавший следователя и ранее виденного опера. С чемоданчиком прошёл эксперт.
Действие развивалось без пауз, чему имелось вполне адекватное объяснение: временные зазоры исчезли при монтаже.
— Еле плетутся! — верещал голос. — Подходят к зеркалу! И ничего (торжественно) не понимают!
И всё в таком духе. Над полицией неприкрыто издевались, комментируя каждое движение или действие. «Тупые, идиоты, набирают по объявлению» — вот неполный перечень эпитетов, доставшихся правоохранителям.
По субъективному Серёгиному мнению — зря. Действовали сотрудники грамотно, без спешки, но и не ленились. Оставив следователя с экспертом в комнате, остальные разошлись по зданию в поисках кричавшей.
Разумеется, не нашли. То, что камеру с колонкой пропустили в ходе осмотра — с каждым случиться может. Он их тоже не сразу заметил. В загаженном здании, при отсутствии нормального освещения — легче лёгкого упустить.
А озвучивающий всё кривлялся, тщась поразить зрителей плоским остроумием...
Через четыре минуты ролик закончился пафосным: «Смотри! Ставь лайк!».
Ведомый профессиональной обстоятельностью, инспектор обратил внимание на статистику и комментарии. Маловато для блогера средней руки. С три десятка таких же неумных отзывов с грамматическими ошибками, полторы тысячи просмотров. Отстой.
Посетил страничку канала. В активе у автора имелось ещё два ролика с крайне бакланским содержанием: подрыв петард в старой выварке и броски презервативов с зеленкой с крыши на тротуар. Комментарии — сплошь школота.
И… перепроверяя собственную память, Иванов по новой запустил нашумевший в узком кругу ролик.
— О чём мыслишь? — пробасил шеф, заметив, что подчинённый повторно смотрит «Пранк над полицией».
— Малолетки какие-то сняли. Канал слабенький, текст не проработан, рекламы — и той нет. Монтаж на тяп-ляп, сюжеты тоже дрянь, на умственно отсталых рассчитаны... Детишки мечтают стать крутыми пранкерами, но фантазии не хватает. Всё, что смогли выдумать — высосано из пальца. Контент ради контента. По-хорошему, их надо поймать, выпороть, а родителей вызвать в школу.
— Эти... как их... блогеры, говоришь? Как же, припоминаю... случаются и такие.
Иванов тоже помнил. Довелось ему на заре карьеры в Департаменте пересечься с любителями экстремальных видео. Животных убивали с особым садизмом. Они тогда, с Антоном, по-своему разобрались. Жёстко.
Однако при шефе лучше прикинуться поражённым амнезией. Надёжнее для душевного спокойствия и нервной системы.
— Да. Придурки всякие. Пранкеры, тиктокеры. Есть и другие, не помню, как называются... Но случаются и интересные каналы! — инспектору отчего-то захотелось защитить всемирную паутину и современное человечество в целом. — Экспериментаторы, аналитики, научные каналы.
— Есть такое, — неожиданно согласился Фрол Карпович. — Умные люди везде попадаются. Сам изредка просмотрами балуюсь. Грешен... Ты, Иванов, ответь про службу. Чего в том видео нет?
— Меня. Я с Печатью ходил. Проверял объект.
— И я так заподозрил. То, что тебя на камеру засняли — чепуха недостойная. Вместо Печати у них свечение неясное отобразится. Вроде слабенькой лампочки. Ещё что-то необычное узрел?
— Больше ничего, — выполнив задачу, начальственный смартфон перекочевал к владельцу. — Дурацкая выходка для привлечения внимания. По нашей линии пусто. Захотят в полиции найти этого ребёночка — без проблем найдут и штраф выпишут за ложный вызов.
— Упустил... — борода начальства досадливо дёрнулась. — За сколько добрался до места?
— Минут пятьдесят, — у парня начало разыгрываться нехорошее предчувствие. — Вызвал такси. Пока мылся-брился — машина прибыла. Почти не ждал.
— Во-от! — назидательно протянул шеф. — А имел бы персональный автомобиль, не мешкая бы выехал.
Серёга поморщился. Намёки, да и прямые рекомендации получить водительские права, а потом всенепременно обзавестись машиной, он слышал регулярно. Высокое начальство даже деньги предлагало на покупку приличного транспорта, невозвратным кредитом.
Отказывался.
Для чего ему садиться за руль? То же такси удобнее и комфортней. Вызвал — приехало, отвезло. Добрался — уехало восвояси, не требуя поиска парковки в перегруженном городе и не ломаясь в самый неподходящий момент.
Но руководство считало иначе. Все доводы инспектора о дороговизне бензина, бесах, умеющих подчинять технику и оттого создающих повышенный риск жизни и здоровью, нелюбви к мелким хлопотам, неизбежно сопровождающим частный транспорт, разбивались о твёрдое:
— А коль товарища раненого к лекарю доставить нужда выйдет? Или злодея догнать? Или такси твоё обломается в пути, а где-то люди гинут? — после, обычно, шло увещевательное дополнение. — Машину заклятием оберечь можно. Топливо за наш кошт... В ухо бы, тебе, Иванов, вмазать для доходчивости и послушания.
Препирательства тянулись давно, и ни одна из сторон не собиралась уступать.
Между тем, внедорожник вырулил на одну из второстепенных городских улиц, ведущую к выезду из города.
— Куда мы едем? — забеспокоился подчинённый, вертя головой по сторонам. — Что у нас сегодня случилось?
В открытую улыбнувшись, Фрол Карпович с удовольствием, вкусно произнёс: