Вадим Булаев – Два шага назад (страница 56)
— Кожу современная медицина способна подтянуть, волосы нарастить, грудь и попу сделать схожими с глобусом. Но вот с мозгами такие номера не проходят. Их можно только развить, чем я и занималась большую половину жизни, преподавая в учебных заведениях с серьёзной аккредитацией. У нас интеллигентная семья, и образование считается, скорее, нормой, чем роскошью. Так что не переживай, вшитая в руку капсула экранирована по всем правилам. Это всего лишь пассивный передатчик с минимальными возможностями коммуникации, не жди от него многого... Раны, травмы имеются?
— Обошлось, — ответил за нас двоих Псих. — Можем уезжать. Кто за рулём?
— Сначала твой товарищ, потом я. На выезде установлены сканеры общегородской системы безопасности. У мальчика, как я понимаю, имеется возможность их перехитрить. В пути поменяемся, — без колебаний ответила интеллектуальная особа с низкосоциальными замашками. — Если остановят, то что с меня возьмёшь? Похлопаю глазками, поудивляюсь, побуду «прелесть, что за дурочка». Автомобиль ведь законный?
— Разумеется, — подтвердил я, припоминая, как вчера большую половину дня катался по дальним пригородам, выискивая нелюбопытного торговца подержанными тачками и согласного продавать за наличные Федерации.
Ну и рожей с руками светил. Всё для легенды.
К моему большому удивлению, в столице даже самые прожжённые с виду дельцы осторожничали, требуя соблюсти полноценную процедуру переоформления или, на худой конец, предлагая заключить договор аренды транспортного средства.
Пока нашёл наиболее сговорчивого, заполнившего бланк без юридических придирок, с одних лишь слов, уже всерьёз подумывал, что придётся присматривать спортивный байк и кардинально менять план отхода.
За нелюбопытство, правда, с меня содрали полную цену, без изначально заложенного торга. Ну, хоть сверху не накинули, и на том спасибо.
После приобретения и некоторой кустарной модификации я перегнал машину прямо сюда, запарковав над выходом из ливнёвки. Затем вновь вернулся за город, где смыл грим и, отмахав по тропинке до соседней трассы, направился на заслуженный отдых в дом товарища, будучи при этом очень довольным собой.
Причины для самолюбования имелись более чем веские. Высчитать точку выхода, опираясь лишь на логику да обрывки разрозненных сведений из сети — труд нелёгкий, требующий полной концентрации и вдумчивого изучения принципов градостроительства, включая сертифицированные нормы, правила и условия эксплуатации водоотливов.
По иронии судьбы, умозаключения вывели меня на ту самую, бесплатную парковку у торгового центра, откуда всё и началось.
***
— Тогда поехали, — выступила с инициативой мать Психа, и вновь вернулась к теме своего появления в машине. — А кто, ты думаешь, догадался заказать несколько разных такси и расставить по пути вашего отхода?
Очередная новость...
— Я считал, что ваш сын.
— Он лишь предложил, при необходимости, использовать водителей как заложников. И это мой добрый мальчик! — покачав головой, огорчённо вздохнула женщина. — Я поражена!
— Да ладно, — смутился объект обсуждения. — Резервный план.
— Податься в террористы?! — рассерженно вскинулась Рона и её возмущение скрежетнуло камнем по стеклу.
В салоне запахло назревающим скандалом. Ни одна мать не упустит случая воспитать вечно несмышлёное, по её мнению, чадо, а момент для этого наставал крайне неудачный.
— Не преувеличивай, — Псих, закипая от нарастающего потока обвинений, раздражённо дёрнул щекой.
Снисходительный взгляд матери, демонстративно переместившийся на меня, подействовал хлеще самого язвительного ответа, отчего у первого номера сжались кулаки.
— Мальчик, перебирайся в кресло водителя. И лоб вытри. Тебе тату не идёт.
Нарисованную татуировку, про которую уже позабыл, удалил припасёнными гигиеническими салфетками. Насколько чисто получилось — не знаю. Такое сложно понять, когда не видишь результатов и торопливо елозишь влажной бумажкой по надбровной дуге.
— Как? — поинтересовался я у товарища, приближая к нему физиономию.
— Сойдёт. Надень мою бейсболку и очки. Лицо прикрой жилетом, на манер платка.
Так и сделал.
Пока менялся местами с Роной, которой зачем-то взбрело в голову дожидаться нас в водительском кресле, отметил, что упоминание экранирующей ткани — не шутка. Её правая рука, прикрытая длинным рукавом спортивной курточки, выглядела значительно толще левой и практически не гнулась.
— Сыпь будет, — пожаловалась она, усаживаясь рядом с сыном. — Вернёмся — всенепременно к косметологу. Прыщей с покраснениями мне ещё не хватало.
Отрегулировав зеркала и сиденье, я включил кнопку «безопасное вождение» — дешёвый аналог автопилота. В каждом авто такая имеется, только пользуется народ ей редко. Неудобная опция. За тебя контролирует и скорость, и дистанцию, и подруливает при необходимости, ориентируясь по вмонтированным в кузов датчикам. От этого поездка превращается в катание на инвалидной тележке с ограниченными возможностями. Медленное, вялое, с постоянной дерганиной при срабатывании на лихачей, игнорирующих общий темп.
Вильнёт кто-то резко рулём, и машина или тормозит без предупреждения, или мечется, уворачиваясь, точно перепуганная школьница в ночном парке.
Имел бы опыт вождения побольше — ни за что бы не воспользовался. Но в столице, с плотным трафиком и массой опаздывающих придурков — лучше потерпеть. Нам только ДТП с последующими разборками не хватало.
Пассажиры мой выбор поняли без комментариев, воспитанно промолчав.
Влившись в общий поток медленно ползущих автомобилей, я без удовольствия отметил, что копы продолжают расходовать деньги налогоплательщиков. В противоположном нашему направлении вязко двигалась полицейская машина с включёнными маячками, заблокированная со всех сторон всевозможным транспортом. Периодически включаемые звуковые сигналы, обязанные, по логике, заставить водителей принять вправо и уступить дорогу, изменить ничего не могли и задействовались больше для приличия и записи в бортовом компьютере, что «спешили, мол, изо всех сил. Но обстоятельства оказались сильнее».
Ай да мы с Психом! Пробка удалась на славу…
Иногда в вышине, иногда на бреющем, над проезжей частью проносились уже примелькавшиеся полицейские беспилотники, а вдоль тротуаров патрулировали более слабосильные квадрокоптеры.
Переживают, записывают всех присутствующих.
На здоровье. Наша машина, как я ранее сказал той же Роне, чистая, в угоне не значится. Кто сидит за рулём — никого не касается, потому что действует право добровольной передачи имущества третьим лицам во временное пользование.
С разрешением на управление тоже, надеюсь, полный порядок. Водительские удостоверения в наши дни заставляют получать почти поголовно, так что неизвестный или неизвестная, у которого я одолжил очередную личность, с огромной вероятностью прошли необходимые курсы и сдали экзамены.
Обернулся к Психу и Роне. Они, не придумав ничего лучше, улеглись на пол, прикрывшись какой-то тёмной тряпкой размером с одеяло. Смешно...
— Вам не жарко? — не удержался я от замечания.
— Не-а, — глуховато донеслось из-под импровизированного укрытия.
— Почему?
— Потому что мы терпим, — огрызнулся первый номер.
— Каким образом?
— Героическим. Маяк! Хорош прикалываться! На всех выездах с парковок камеры стоят, в лобовуху смотрят. Будто ты не знал!
— А, ну да... Замаскировались.
Мои забавы выбесили даже Рону.
— Ты на дорогу выбрался?
— Давно.
— Тогда на ближайшем светофоре освобождай кресло, — потребовала она, с облегчением выскальзывая из-под тряпки и перемещаясь ко мне. — Я город неплохо знаю. Нам — на выезд.
Передав управление женщине, я перебрался в грузовое отделение и с лёгкой завистью смотрел как она, отключив ненужные опции, уверенно управляет машиной, одновременно соблюдая и все правила, и не изображая новичка на дороге.
При этом мать-соучастница ещё и умудрялась болтать ни о чём, регулярно сетуя на дискомфорт с неудобством сиденья.
Первый номер помалкивал, по-прежнему лёжа под тканью и категорически отказываясь выбираться. Оправдывался он так:
— Если квадрокоптер прямо перед лобовым стеклом зависнет, то меня не заметит.
Однако мне казалось, что объяснение столь упрямому нежеланию выбираться из-под тряпки несколько иное. Сослуживец, при всей его житейской тёртости, перенервничал и таким способом незатейливо успокаивался, наслаждаясь уютным теплом. Не зря же всем пострадавшим при стихийных бедствиях и прочих потрясениях стараются одеяла на плечи накинуть. Специалисты утверждают, эффект для психики поразительный.
Пусть прячется. Потом об этом комикс нарисует.
Оставив наставника в покое, я переключился на женщину. Имелись у меня к ней... даже не вопросы, а настойчивая жажда откровенности.
То, что Роне не смог отказать Псих, позволив увязаться за собой, не повод связываться с молодящейся тёткой, о которой я почти ничего не знаю.
— Зачем вы влезли в эту историю? Соскучились по новым эмоциям? Нервишки пощекотать захотелось?
Я не хотел грубить, но по-другому не получалось. Мать Психа это поняла.
— Маяк, мне бы хотелось узнать твоё настоящее имя, — на моё хамство она ответила вполоборота. Мягко, с доброй улыбкой, пробившейся даже сквозь накаченные губы.
— Для чего?
— Не люблю кличек. От них пахнет бестолковым ребячеством. А я... я тебе почти в бабушки гожусь, — закончила Рона расстроенным вздохом, точно в её истинном возрасте было что-то криминальное.