Вадим Бесов – Я выбираю. Роман. Книга четвёртая (страница 6)

Говорил, объяснял Фёдор с жаром, Он в душе неуёмный боец. «Всем заводам не будет конец, Не охвачены будут кошмаром. Не могу я, Адам, согласиться, Не умею я рабски стелиться. Предавать я народ не умею, Знаю, будет всё это не впрок. Жажда денег – тяжёлый порок. Продавать не своё я не смею, Справедливость – такие задачи, И при мне вряд ли будет иначе». — «Я услышал всё, Фёдор, и понял, Посочувствовать только могу: Мог бы взять я тебя к пирогу, Да, видать, ты меня недопонял. Выбор сделан, уже не изменишь, Силу нашу ты шкурой измеришь»…

Часть третья

«Ты напомнил мне прошлые годы: Был такой же когда-то мудрец, Сам себе приближал он конец, Уменьшал нам собою доходы… Ну и где он теперь, тот писатель, Тоже был всех народов спасатель. Удались, не увидимся, хватит!» Фёдор встал и поспешно ушёл. «Разговор наш в тупик весь зашёл, Время Фёдор моё только тратит». В одиночестве так и остался, С собеседником грубо расстался. Подошёл к бару твёрдой походкой, Взял стакан и бутылку, налил: «Видно, зря я его пригласил. Встреча вышла печально-короткой». Растревожил он прошлые раны, Случай вышел, как рухнули планы. Время было: Адам наш – издатель, Братством в должности он утверждён, В правоте, как всегда, убеждён. Прикреплён за Адамом писатель, Чётко сказано: пудри мозги И писательский дар ты сожги. Он обхаживал долго поэта, Так и сяк предлагал то и то, Разыграл перед ним шапито, Но не вышло с поэтом дуэта, Сбилась чёткая суперпрограмма, Натерпелся Адам тогда срама… Он не понял совсем, что случилось, Что же этот писатель хотел, От успеха почти заблестел. И неясно, как всё получилось… «Завалил я поэта деньгами, Окружив лишь своими друзьями. Перспективы такие прохлопав, Мог же жить и со славой дружить, А он честью решил дорожить. Озаботился жизнью холопов, О народе каком-то всё бредил, Он хотел, люд его чтоб приметил. Тем желал он увидеть признанье, Это вздор – я ему объяснял, И очки я просил, чтобы снял. Ты уймись, а то ждёт наказанье.