Вадим Аршинов – В одну реку... Часть 6. Союз Четырёх Императоров. (страница 4)
Сослуживцы были правы: Паттерсон не погиб! Он просто влип!
Выйдя, как всегда, утром на улицу для того, чтобы как обычно не спеша дойти до банка, Уильям сумел сделать только один шаг по мостовой, и обнаружил, что второго шага сделать не может. Его лакированные штиблеты намертво влипли в прозрачную субстанцию, чем-то напоминающую клей. Клей был явно необычный, он застывал практически мгновенно, но только тогда, когда в него попадали посторонние предметы, например обувь, колёса повозок или копыта лошадей.
Уильям увидел, что в липкую ловушку угодил не он один. Около соседнего подъезда дёргался влипший, как муха в мёд, джентльмен. Правда мужчина не растерялся, а позвал свою жену, которая, не выходя из двери, вынесла из дома доску для глажки белья и положила её рядом с мужем. Тот быстро разулся и перебежал босиком по доске в дом, явно не собираясь повторять свою вылазку. На улице остались башмаки и прилипшая к мостовой доска.
Уильям не собирался так просто сдаваться, ведь он никогда ещё не опаздывал на работу, тем более из-за разлитой кем-то банки с клеем! Можно ведь вернуться в дом и выйти через черный ход на другую улицу!
Однако, дверь за его спиной была закрыта, а дома не было никого, кто мог бы протянуть ему «доску спасения»! Впрочем, если разуться и прыгнуть на крыльцо, похоже не покрытое слоем клея, то может быть…
Через минуту Уильям понял, что этот вариант уже не пройдёт. Он опоздал! Пока он следил за соседом, клей проник внутрь обуви и теперь его ноги составляли одно целое с башмаками и мостовой! В эту минуту Паттерсон впервые понял, как глупо погибать в одном шаге от собственной квартиры. Впервые ему уже некуда было спешить. Можно было оглядеться не только на прошедшую жизнь, но и на соседей по улице, также попавших в ловушки.
Вон кэб, намертво прилипший к дороге. Осмотрительный пассажир не стал наступать на коварную клейкую субстанцию, а выбрался на крышу транспортного средства и весело оглядывал окрестности, переговариваясь с кэбменом. Похоже, он воспринимал всё происходящее, как забавное приключение. Больше всех страдала лошадь, которая жалобно ржала, не в силах оторвать от мостовой ни одной ноги.
Вон там двое подвыпивших гуляк, вышедших из паба, но не прошедших и пары шагов, так и стоят, опираясь друг на друга. Уильям подумал, что возможно они протрезвеют раньше, чем смогут разорвать «братские» объятия.
А ещё дальше можно было разглядеть всадника, прилипшего к седлу лошади, которая не может сделать ни шагу. Похоже, она не сможет даже упасть!
Лошадей было жалко, но ещё более жалко было себя. Уильям вдруг вообразил, что когда он потеряет силы от голода и жажды, то ему останется только упасть на спину в эту клейкую массу, чтобы навсегда в ней раствориться. Какой ужасный конец! Неужели никто ему не поможет?
Уильям попытался вспомнить, кому он когда-нибудь помогал сам. Вспоминалась только старушка, которой он помог заполнить бланк на кредит. Внутренний голос, который в этот момент можно было бы назвать совестью, тут же напомнил ему, что, во-первых, это входило в его служебные обязанности, а во-вторых, кредит-то, если честно, был грабительским.
Ему вспомнилась его прошедшая жизнь, школа, колледж, работа, работа, работа. Зачем всё это? Он ведь даже не женился, всё как-то было некогда!
Вдруг он услышал звук открываемой двери за своей спиной. Уильям с трудом сумел повернуться и увидел выходящего на крыльцо соседа. Они никогда не общались, только приветствовали друг друга при встрече прикосновением к полям шляп.
– Стойте, не выходите на улицу, здесь опасно!
Джентльмен остановился на крыльце, оценивая обстановку. После стрельбы в порту прошло уже несколько дней и в их городке было пока тихо. Хотя, кто знает, что придумали на этот раз эти русские!
– Что здесь происходит? Почему все стоят?
– Мы все влипли в какой-то клей, не можем освободиться! Наверно это проделки русских!
Сосед осторожно потрогал тростью мостовую, и эта трость осталась торчать у крыльца.
– Я могу чем-нибудь Вам помочь?
– Вы меня очень обяжете, если принесёте стул и поставите его так, чтобы я мог сесть.
Через несколько минут Уильям уже отдыхал, сидя на стуле и наблюдая, как другие соседи выручают кэбмена и его пассажира с помощью стола, шкафа и какой-то тумбочки. Кажется, жизнь начинала налаживаться!
Всем «влипшим» ещё только предстояло узнать, что через шесть часов этот «клей» высохнет и по нему уже можно будет ходить, а ещё через двое суток эта гадость превратится в пыль и отпустит свои жертвы. В общем всё было не так уж страшно, надо только потерпеть два дня и идти дальше своей дорогой, если за это время не прилетит следующая липучка!
Приходилось, правда, иметь в виду, что транспортным средствам, застрявшим на дороге, то есть всяким повозкам, телегам, кэбам и автомобилям нужно гораздо больше времени для освобождения. В результате улицы городов и посёлков оказываются заполнены влипшими людьми, повозками, хаотично лежащими досками, обувью и другими предметами. Отовсюду несётся брань извозчиков и жалобное ржание влипших лошадей. Лошадям оставалось только ждать двое суток своего освобождения, хотя сердобольные люди старались их поить и кормить.
Хуже было только всадникам, намертво прилипшим к своим лошадям, которые в свою очередь не могли сдвинуться с места.
В общем, для англичан, привыкших к комфорту, это было невыносимо!
На всю операцию под кодовым названием «Клей», Сергей задействовал сотню малых дубликаторов и около шестисот дронов, снабженных локалами. Отряды дронов могли одновременно сбросить на свои цели шестьсот полиэтиленовых пакетов со специально разработанным клеем. Взрывчатки никакой для этого не требовалось, пакеты просто лопались при ударе о землю. Такие сбросы могли производиться каждые две секунды или реже, в зависимости от скорости перемещения дронов.
При этом британцам становилось ясно, что в любой момент всё может стать ещё хуже, только неизвестно, что эти русские держат про запас, но что ничего хорошего – это точно!
Всё это время Сергей не бездельничал. Адреса банков, хоть как-то связанных с Центральным Лондонским банком, были ему уже давно известны, так же, как и расположение хранилищ золота. Планы были разработаны заранее и опробованы на одном из лондонских банков ещё до начала войны.
Всё происходило ночью. К боковой стене банка подъезжал незаметный кэб, из которого открывался портал в помещение перед хранилищем. Все охранники в банке вдруг засыпали и видели очень приятные сны. После этого из портала выходил Сергей, который тут же выносил из параллельного мира и устанавливал треногу с промежуточным «локалом». С помощью этого «локала» немедленно открывался второй портал в помещение «золотого» хранилища, куда и переходил Сергей и ещё десяток усиленных Шмелов. Туда же он переносил еще десяток локалов. Неутомимые роботы сразу же брались за дело. При «ограблении» самого первого банка, партию золотых слитков, лежащую на поддоне, тут же перенесли на подземную базу, где по их образцу были сделаны свинцовые копии, покрытые тонким слоем золота. Золото Сергею было не нужно, его в Империи и так было в избытке. Поэтому для экономии времени остальные слитки никуда не переносили, а просто уничтожали с помощью тех же порталов. На их место устанавливали поддоны с фальшивыми копиями. На замену всех слитков требовалось около получаса. Сергей в этом не участвовал. Он спокойно перемещался в следующий банк. Андроиды под управлением Герасима проводили всю работу сами, затем уходили через порталы, открытые прямо из кэбов, унося с собой кристаллические «локалы» и треноги. После прохода через порталы кристаллы становились уже неактивными и ненужными. Следов посещения золотого хранилища и произведённой замены не оставалось.
Время до принятия противником капитуляции ещё было, и за несколько дней, не особенно торопясь, группы Сергея очистили около сорока пяти наиболее крупных банков. При этом они лишились около двух сотен кристаллов.
Это было жалко, но необходимо, главное было сделать всё быстро и не оставить никаких следов. Кроме всего прочего, с помощью таких операций в условиях полного паралича транспорта, они предотвратили возможный вывоз золотого запаса Великобритании куда-нибудь за границу.
Теперь весь остров подвергался непрерывным бомбёжкам. Остановился весь транспорт, промышленные предприятия, не стало энергетики, прекратилась связь, кроме голубиной почты, рухнула экономика. Прекратилось почти любое передвижение по стране, даже пешее и конное. Хотя жертв среди населения было меньше, чем при обычных боевых действиях, назревал голод и эпидемии.
В таких невыносимых условиях британцам оставалось только принять ультиматум, что и было сделано. На острове мгновенно, сразу в сотнях мест, как будто из-под земли, появились оккупационные войска, которые заняли все ключевые объекты. Воины были вооружены автоматическим оружием, защищены бронежилетами и шлемами, передвигались на бронетранспортёрах и танках.
Это было ещё не всё. Во главе каждого отряда наших войск шли особые воины: боевые белые медведи! Каждый медведь был размером с лошадь, только шире, но бегать и прыгать мог в несколько раз быстрее и дальше, чем лошадь. Кроме того, на каждого такого бойца была надета специальная лёгкая, но очень прочная броня, на которой хорошо просматривались герб Российской Империи и триколор. На спине у некоторых «медведей» находилось специальное седло, в котором тот мог нести двоих пехотинцев и множество дополнительного оборудования. Надо ли говорить, что дизайн такой боевой единицы Сергею подсказал когда-то посмотренный фильм «Золотой компас», а ИИ блестяще выполнил его заказ. В принципе, «медведи» не особенно нуждались в дополнительной броне, так как шкура у них была непробиваемой для стрелкового оружия, но зато это было красиво, а дополнительная броня превращала их в настоящие бегающие, (а заодно прыгающие и лазающие по стенам) танки.