В. Рутлэсс – Ветшающий мир (страница 2)

Надо подойти к незнакомцу. Надя отметила, что он слишком худ. Производил впечатление памирского дервиша, долго-долго шедшего через горы, у которого где-то в середине пути закончились припасы. На лице незнакомца она заметила такую же печать начитанности, как у себя. «Уж я-то наблюдательная», – снова похвалила сама себя Надя. Интересно, что бы сказал Игорь по этому поводу? Девушка обнаружила полное единение с ним во взглядах на жизнь и на мир, а их подтверждения они находили у маститых – писателей, ученых, философов. Про них она говорила, и Игорь всегда соглашался, заявляя, что на то они и маститые, чтобы иногда изрекать умные мысли, тогда как удел остальных – пользоваться этим. Зачем тратить время и силы на то, чтобы придумывать то, что уже давно придумано. Это называется багаж, наработанный человечеством. Остается только его освоить. Как осваивают средства, вложенные, скажем, в строительство. Как и в этой сфере, в результате освоения-изучения вырастает прочный фундамент зрелой личности. Когда Надя так сказала Андрею, то удостоилась скептической усмешки, хотя рассчитывала на похвалу. Ну, что-то вроде «хороший афоризм» или «неплохая метафора». Куда там. Ну и скептик же он все-таки. А может быть, обыкновенный гордец, прячущий это под маской скептика? В любом случае, это у него плохо получается. Игорь ему так и сказал при первой же встрече. Он единственный в компании, кто говорит в лицо Андрею все, что о нем думает. Да, надо подойти к незнакомцу с Игорем. Шагать до соседней лавочки всей гурьбой выглядело бы слишком агрессивно. А одной не хочется, человек может подумать черт знает что. Надя не такая, чтобы про нее думали черт знает что. И вообще она не ищет таких знакомств, от которых могут впоследствии родиться дети. Ну уж нет – эти маленькие непоседливые создания вне ее желаний и жизненных устремлений. По крайней мере, пока. Надя не была слишком уверена в том, когда и где заканчивается это «пока» и заканчивается ли вообще. Где-то очень глубоко внутри она иногда испытывала мимолетные порывы, и в результате рождались разные мысли, мелькавшие нечеткими картинками: незнакомый мужчина, кухня, детское креслице для кормления рядом с обеденным столом, непонятные запахи чего-то кислого. Она никогда не пробовала на них хоть сколько-то сосредоточиться, разглядеть поближе подробности. Однажды в глупом разговоре с сокурсницей девушка попыталась поделиться своими соображениями на сей счет, но та только нехотя отмахнулась: «Значит еще не время для тебя, потом само придет». С тех пор Надя даже не помышляла о том, чтобы пообсуждать с кем-то свое гипотетическое материнство. Придет так придет, а не придет – обойдемся.

Игорь

Вступая в ученые дискуссии с Надеждой, в которых он всегда соглашался с подругой, Игорь с каким-то непонятным для себя удовольствием отмечал, что Надя некрасива. Будь она хоть немного привлекательней, Игорь бы отвлекался на это, и ни о какой содержательности в их полемике не могло бы быть и речи. Ему нравилась постановка целевых тем девушкой – что есть жизнь, ее происхождение, как она связана со смертью, в чем бессмертие, если оно есть, вечно ли оно. Иногда их споры казались ему примитивными, иногда заумными. Парню интересен был сам факт таких дискуссий. Независимо от выводов, к которым они приходили, Игорь получал удовольствие, или, как он выражался, пищу для ума. Так музыкант должен периодически играть гаммы, дабы поддерживать слуховой аппарат в надлежащей форме, а спортсмен любую тренировку обязательно начинает с разминки. По выражению Жени, мышцы ржавеют без регулярного напряжения. Игорь мог бы поспорить насчет «ржавеют». Он заменил бы слово на «сдуваются», поскольку именно так говорят спортсмены. Женя обычно настаивает на своем, но почему-то в самый последний момент соглашается с товарищем. И даже не пытается привести в качестве аргумента в свою пользу что-нибудь из Библии, в которой, по его мнению, содержатся ответы абсолютно на любые вопросы. Игорь с удивлением отмечает, что согласие Женьки, в отличие от Надежды, его раздражает.

Игорь заметил, что Надя отвлекается, разговаривая с ним. Игорь кинул взгляд туда, куда смотрит подруга. Ах, вот оно что. Незнакомец. Худ, в простой, немного потрепанной одежде. Что в нем интересного? Ну конечно, глаза. Они направлены куда-то вдаль, как будто не видят ничего перед собой, а наоборот, напряжены от созерцания чего-то вдалеке. Кого он напоминает? Что-то монашеское есть в нем. Надя любит таких. Они, по ее словам, должны составлять бо́льшую часть мужского племени, чтобы не вводить в искушение женщин. Игорь вспомнил, как Надя влюбилась в первый и единственный раз в жизни. Он усмехнулся. В то время, когда он запутался в теме своей курсовой работы и ему срочно нужна была поддержка, Надя закидывала вниманием одного повесу.

В отличие от Игоря, тот парень учился с ней в одной группе. В библиотеке Игорь всячески пытался переключить интерес Нади на себя. Они сдружились, когда заказали одну и ту же книгу. Он уступил, но с условием, что Надя согласится помочь: укажет на самые важные моменты из книги. Девушка согласилась, но тут подвернулся этот красавчик-одногруппник. Игорь находил девушку в читальном зале, благо она засиживалась там до закрытия. Она извинялась, говорила, что очень занята, что у нее сейчас двойная нагрузка. Игорь догадывался о чем, а точнее о ком идет речь, и терпеливо ждал. Он знал, что у Нади нет никаких шансов. И сказал, что она зря теряет время. Надя удивленно смотрела на молодого человека. Это был взгляд женщины влюбленной, но не в того, кто стоял перед ней. Игорь считал, что помогать девушка должна только ему. Ведь не просто так он уступил ей дефицитный томик. Куда там. Хорошо, что через два месяца все закончилось, и остатки неизрасходованной Надиной энергии достались ему. Он убедил студентку переключиться на себя. Ведь они так хорошо вместе цитируют наизусть Ницше и Шопенгауэра. А предыдущий счастливец останется довольным, он свое получил.

О неудавшейся любви Надя рассказала ему все до мельчайших подробностей. А потом попыталась заменить Игорем того, кто посмел ее отвергнуть, но Игорь ограничился курсовой. Хватит с нее и одногруппника. Из-за романтической истории Надя охладела к учебе, взяла академический отпуск, присоединилась к их мужской компании, сыпала умными изречениями направо и налево, стараясь то ли соответствовать, то ли даже превзойти, перещеголять противоположный пол, и, выражаясь спортивным языком, играть на чужом поле, пользуясь его же приемами.

Андрей поначалу без энтузиазма отнесся к идее присоединения к их группе девушки, он вообще скептик. Но Игорь уговорил его. Единственным доводом, на который не распространился скепсис Андрея, была фраза про амортизатор. Игорь придумал ее на ходу, когда убеждал приятеля принять в мужскую компанию Надю. Он сказал, что в любой жесткой конструкции обязательно должен быть амортизатор. А жестче механизма, чем мужская тройка, психология еще не придумала, потому всегда есть угроза внутренних конфликтов. В такой схеме двое будут «дружить» против одного. Хорошо, если расклад окажется неустойчивым, и каждый получит «удовольствие» побыть попеременно и в неуютной роли «меньшинства», и поучаствовать в тандеме против третьего. Четвертый же, тем более девушка, станет громоотводом. Чисто по-женски она проявит жалость, защитит слабого и тем самым восстановит баланс. А баланс в группе – главное условие ее устойчивости.

Игорь удивился тогда, как отреагировал Андрей. Бесспорно, у него есть задатки лидера. Игорь даже не пытался конкурировать с ним. И если бы не гордыня Андрея, он никогда бы не вступал с другом в перепалки. К замечаниям Андрей относился болезненно, Игорь видел это. А еще скепсис. Вот уж скептик так скептик! Таких поискать. Сомнения вперед тебя родились, говорил он Андрею. Но в случае с Надей неожиданно для Игоря его аргументы сработали очень быстро, и тот самый скептический барьер удалось преодолеть. Андрей без колебаний согласился включить ее в команду. Это словечко подкинул Андрею именно Игорь. С тех пор Андрей кроме как «команда» никакой другой синоним не употреблял. «Команда в составе», «наша команда», «всей команде…», «итак, дорогая команда, хочу поделиться…» – он выражался только так и без вариаций. Пусть будет главным, не Женьку же в самом деле за такового считать. В глазах Игоря Женька выглядел легкомысленным. Еще бы, экзамены сдал на тройки и тут же забыл, зачем и на кого учился. Игорь, конечно, посматривал на атлетические формы друга, но изнурять себя так, как Женя, было бы слишком. Если и перенапрягаться, то не в спортивном зале, а в читальном. Он считал, что покорить девушку умом гораздо эффективнее, чем видом накаченных мышц. На умных ведутся красивые, на атлетов – дурочки. Ага, не соглашался Женька, вижу, какая у тебя подружка. Игорь не стал переубеждать. Он вообще старался избегать споров с поклонником Писания. В ответ на какой-нибудь псалом, типа «…ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся…», трудно возразить цитатой от классиков. Они против Священной книги бессильны, особенно, если ей вооружены такие, как Женя. Кажется, Библию он знает наизусть. Иногда друзья смеются над ним, а порой им кажется, что у товарища не все дома. Странное сочетание – девушки, интенсивные занятия спортом и Библия. Что-то тут явно лишнее. Но зато Женя неплохо разбирается в смартфонах. Всем закачал программу распознавания владельцев сим-карт и дешифровки. Это когда идет звонок со скрытого номера. В шпионы никто из команды не собирался, но пригодится. Андрей коротко, но язвительно заметил, что эти программы используют проститутки. Им всегда хочется обезопасить себя. «Нам-то кого бояться?» – бросил Женьке Андрей в ответ.