В. Энрай – Project «Aether» (страница 6)
От мыслей о сложившейся ситуации её вырвала речь Николаса. Его голос звучал немного робко, неуверенно, как будто он сам не знал, стоит ли произносить эти слова.
– Ребекка, не хочешь сегодня вместе поужинать? – спросил он, слегка поколебавшись.
Ребекка подняла глаза от бумаг, на мгновение встретившись с ним взглядом. В его глазах читалась какая-то неясная надежда, смешанная с осторожностью. Она задумалась на секунду. Всё, что происходило вокруг, было настолько напряжённым, что даже такое простое предложение казалось странным. Но странность эта была приятной. Почти… человечной.
– Нет, прости, Николас, у меня сегодня есть дела, – ответила она, стараясь говорить мягко. Ей не хотелось ранить его, пусть даже отказ был простым и обыденным.
Он кивнул, почти сразу отводя взгляд. В его лице мелькнуло лёгкое разочарование, но он не стал настаивать.
– Понял, ухожу, – сказал он тихо и, повернувшись, вышел, аккуратно прикрыв дверь за собой.
После того как дверь закрылась, в кабинете повисла тишина. Ребекка сидела неподвижно, глядя на то место, где только что стоял Николас. Внезапно её сердце екнуло, будто что-то внутри сжалось. Это чувство было незнакомым. Не страх, не тревога, а что-то другое – тёплое, но в то же время тревожное.
Она сама не поняла, почему ей стало жаль его. Может, потому, что он был рядом, когда всё остальное рушилось? Может, потому, что его помощь была искренней, а она до сих пор не нашла времени, чтобы по-настоящему отблагодарить его? Или просто потому, что никто – никогда раньше не предлагал ей поужинать без повода, кроме работы?
В этом предложении скрывалась странная доля заботы. Что-то, чего давно не было в её жизни. Что-то, что напоминало о том, что за пределами дел, заговоров и потерь, всё ещё существуют люди, способные просто быть рядом.
Ребекка глубоко вздохнула, отложив бумаги в сторону. Она знала, что скоро всё снова обернётся хаосом. Но в этот короткий момент, в тишине кабинета, она позволила себе почувствовать – пусть даже на миг – ту самую человечность, которую давно научилась прятать.
– Ну, что же, нужно заняться Аланом Греем, единственный «таинственный подозреваемый». – Сказала это Ребекка вслух, с ноткой усталости.
Ребекка выдвинулась в сторону его дома по адресу.
Погода выдалась мрачной. Тучи висели над головой, словно предупреждали: не ходи туда. Но Ребекка всегда шла туда, куда другие боялись.
Она ехала по узкой дороге, окружённой лесом и болотами. Место казалось забытым временем. Дом Алана Грея находился в пригороде, на окраине города – там, где даже GPS начинал путаться.
Наконец она его увидела.
Старое деревянное здание, приютившееся в гуще чахлых деревьев и колючего кустарника, будто скрывалось от мира. Ветер шуршал мусором во дворе, поднимая пыль и листья, будто предупреждал: не входи.
Покосившийся забор, покрытый трещинами и пятнами времени, почти полностью сломался – некоторые доски валялись на земле, другие болтались на ржавых петлях. Дверь, когда-то белого цвета, теперь была серой от грязи и лишайника, а надпись «Не беспокоить» давно смыло дождём.
Облупленные стены словно пытались удержать последние остатки краски, но время не щадило их – щели между досками зияли, как раны. Веранда, некогда гордость хозяев, просела посередине, издавая жалобный скрип при каждом порыве ветра. Окна были затянуты паутиной, а стёкла местами выбиты – кто-то давно уже был здесь до неё.
Дом казался живым. Словно он помнил каждого, кто переступал порог. И не собирался делиться этими воспоминаниями просто так.
Ребекка подошла к двери. Замок был взломан. Или кто-то уже побывал здесь раньше?
Она достала фонарик и вошла внутрь.
Запах плесени и пыли ударил в нос, будто дом сам дышал на неё гнилью. Всё вокруг было перевёрнуто вверх дном: книги валялись на полу, ящики выдвинуты до упора, картины свисали со стен, как обвисшие занавески. Это был не хаотичный обыск грабителя. Нет. Кто-то искал что-то очень определённое.
Ребекка медленно прошла через комнату, осторожно переступая между обломками мебели и осколками стекла. Стол в углу, к её удивлению, остался почти невредимым – если не считать слоя пыли и нескольких подозрительных пятен. На его поверхности лежала бумага. Помятая, местами порванная, она едва держалась в руках.
Она осторожно разгладила лист пальцами. Текст был почти стёрт, но некоторые буквы всё ещё просматривались. Она разглядела текст:
Ребекка нахмурилась. Как будто бы это не обычная записка. А предупреждение.
Ребекка медленно обернулась, оглядывая комнату. В углу у дальней стены стоял потрёпанный шкаф – древний, как будто здесь никто не жил сто лет. Доски покоробились от времени, краска местами облупилась, оставив серо-белые пятна, словно дом сам старался избавиться от этой мебели.
Она подошла ближе, осторожно потянула на себя дверцу – та скрипнула, но поддалась. Внутри – книги. Много книг. Старых, пыльных, с переплётами, истончёнными от времени. Книги были аккуратно выстроены по полкам, будто кто-то до неё тоже любил порядок.
Ребекка стала просматривать их одну за другой. Большинство оказались техническими справочниками, журналами, архивными отчётами. Но одна из полок отличалась – там лежали тома потолще, с потёртыми корешками. Она провела рукой вдоль них, чувствуя неровности бумаги и запах прошлого.
И тут её пальцы наткнулись на что-то странное – небольшую выпуклость между двумя книгами. Она надавила. Тихий щелчок нарушил тишину.
Потайной ящик.
Аккуратно открыв его, Ребекка заглянула внутрь. На дне лежали две вещи: небольшой диск и фотография, такая старая, что края начали рассыпаться. Подержав снимок в руках, она пригляделась. Фотография была размытой, но одно лицо она узнала сразу –
– Ричард Грасс…
Теперь все становилось ещё запутаннее.
Девушка положила диск, фотографию и записку в сумку.
Как вдруг она услышала шум за окном. Шаги. Чьи-то осторожные, но уверенные.
Она выключила фонарик, присела за столом и достала пистолет.
Мгновение тишины.
Затем голос:
– Я знаю, что ты внутри, детектив Паркер.
Ребекка напряглась. Голос был женским. Возраст – около 50 лет. Уверенный, но с нотками страха.
Она аккуратно подошла к окну и увидела женщину – высокую, в пальто, с платком на голове. Она держала в руках сумку.
– Я не причиню вам вреда. Я его сестра. Эмили Грей.
Ребекка медленно открыла дверь.
– Вы знаете, где ваш брат? – спросила она.
– Он мёртв, – ответила женщина, входя. – Или, как минимум, должен был быть мёртв. Потому что если он жив, то ему конец.
Ребекка замерла.
– Почему вы так говорите?
– Потому что он знал слишком много. О проекте, о людях, которые за этим стоят. Он скрывался. Но я получила от него последнее сообщение за два дня до пожара.
Она протянула Ребекке маленький клочок бумаги.
Ребекка посмотрела на женщину, затем на диск в руках.
– Что было на этом диске?
Эмили вздохнула.
– То, что они хотели скрыть. То, из-за чего сгорело здание. И ради чего они готовы убивать снова.
Ребекка почувствовала, как сердце учащённо забилось.
– Что именно?
– Искусственный интеллект, способный управлять городом. Без участия человека.
Без закона.
Без совести.
Ребекка медленно опустила диск в карман, не отводя взгляда от женщины.
Эмили Грей стояла перед ней – худая, бледная, с запавшими глазами, но в её движениях чувствовалась уверенность человека, который потерял всё, кроме цели.
– Вы говорите, что ваш брат знал слишком много…