В. Дмитриева – Мифы индейцев Северной Америки (страница 25)

Забытый початок кукурузы

В давние времена, по преданию народа арикара, жила женщина, которая очень старалась быть хорошей хозяйкой. Осенью она отправилась в поле собирать кукурузу на зиму. Аккуратно срывала зрелые початки и складывала их в узелок, стараясь не пропустить ни одного. Когда работа была закончена и женщина уже собиралась уходить, из-за кукурузных стеблей раздался тонкий детский плач:

– Не оставляй меня! Возьми меня с собой!

Она замерла. Кому бы вздумалось взять ребенка на поле? Женщина обошла все ряды, заглядывая под листья, но никого не нашла. Уже потянулась за своим узелком и вновь услышала плач:

– Не уходи без меня!

Тогда она стала искать внимательнее и вскоре обнаружила в груде сухих листьев крохотный початок, который прежде не заметила. Это он звал ее и плакал, не желая остаться один.

Индеанка, перемалывающая кукурузу. Немецкая почтовая открытка.1904 г. Издательство Brück & Sohn Kunstverlag

С тех пор женщины народа арикара собирают урожай особенно внимательно: каждый початок, каждое зернышко должно быть поднято с поля, чтобы не огорчить духов кукурузы и не прогневать Великого Духа.

Ондатра и Топинамбур

На берегу озера, где теплый ветер качает травы и облака отражаются в воде, рос гордый Топинамбур – растение с толстым стеблем и золотыми цветами. Он любовался собой, тихо шелестя листьями. В том же озере жила Ондатра. Она по вечерам выходила из своей хатки и любила гулять по берегу.

Однажды, заметив на пригорке рослого соседа, она сказала:

– Ты выглядишь таким самодовольным. Кто ты?

– Я Топинамбур, – ответил тот с важностью. – Люди зовут меня земляной грушей. Мои корни питательны и вкусны, и даже храбрые охотники любят собирать меня впрок. А ты кто?

– Я Ондатра, живу в воде и тоже приношу пользу людям, – ответила она. – У меня теплая шкурка, и из нее шьют отличные шубы. А ты стоишь тут весь день и ничего не делаешь.

– Я, может, и стою, – надменно сказал Топинамбур, – зато не живу в холодной воде и не мажу свой дом грязью.

– Зато у меня дом крепкий, – не растерялась Ондатра. – И, в отличие от тебя, я могу плавать и нырять, а не ждать, пока кто-нибудь выкопает меня из земли.

– Вот именно! – фыркнул Топинамбур. – Меня выкапывают сильные воины, а потом едят с благодарностью. А ты, бедная, все время прячешься от морозов в своей хатке.

– Может, и так, – усмехнулась Ондатра. – Зато я вижу мир каждый день, а не только небо над головой.

Неизвестный автор. Индейцы ловят ондатр. Журнал Popular Science Monthly (PSM), том IV, 1874 г.

Они еще долго поддевали друг друга, пока солнце не опустилось за горизонт. С тех пор говорят: и у Топинамбура, и у Ондатры свой путь – один кормит землю, другая – воду, но обе по-своему важны и красивы.

«Расскажи мне, почему!» Истории о том, как устроен мир

Вфольклоре коренных народов Северной Америки немало сказок, которые объясняют, почему мир устроен именно так, а не иначе: откуда берутся природные явления, как животные получили свои особенности, почему вещи и люди бывают такими, какие они есть. Такие короткие поучительные истории нередко рассказывают о том, как все начиналось, и помогают понять, какие поступки достойные, а какие – нет.

Так, у народа чероки есть история о том, почему у норки такой резкий запах. Давным-давно, когда мир был еще молод, Норка слыла хитрой воровкой, способной утащить что угодно – от рыбы до украшений. Устав от ее проделок, звери собрались на совет и решили проучить непослушную соседку. Они поймали Норку и бросили ее в костер. Когда запах паленой шерсти разнесся по округе, звери решили, что она усвоила урок, и достали ее из огня. Но шкура Норки уже почернела от дыма и пламени. А урок она и не извлекла, по-прежнему остается хитрой и неугомонной. Некоторые сказители говорят, что в старину в этой истории фигурировала не Норка, а Скунс – известный вор и обладатель сильного запаха. Но суть сказки остается прежней: каждое существо несет последствия своих поступков.

Микеланджело Меуччи. Птица в своем гнезде. Ок.1895 г. Частная коллекция

Есть и другая история: о том, как скромная Птичка превратилась в Красного Кардинала. Когда-то ее оперение было коричневым, и никто не обращал на нее внимания. Все началось с проделки Енота. Проходя мимо Волка, он отпустил несколько насмешливых замечаний, и тот, рассвирепев, бросился за ним в погоню. Енот успел забраться на ветку, свисающую над рекой, и, увидев свое отражение в воде, громко расхохотался. Волк решил, что видит врага, прыгнул в воду, чтобы схватить Енота, и едва не утонул. С трудом выбравшись на берег, он рухнул без сил и уснул. Тогда Енот, не теряя времени, измазал Волку глаза смолой и убежал.

Проснувшись, Волк понял, что ослеп, и стал жалобно выть. Услышав его крики, к нему подлетела маленькая Птичка и спросила, что случилось. Волк рассказал о проделке Енота и пообещал, что, если она ему поможет, он откроет ей тайну, где можно найти красную краску. Птичка аккуратно выклевала смолу из его глаз, и в благодарность Волк показал ей камень, на котором оставались следы красной охры. Птичка обмакнула в нее перья и с тех пор стала Кардиналом – птицей ярко-красного цвета, которая и сегодня напоминает людям о силе доброты.

О том, почему с возрастом зрение становится хуже

И, как это часто бывает, виновником оказался Старик – вечный проказник и мудрый шалопай, источник всех недоразумений.

Однажды, прогуливаясь в сени леса на закате, Старик услышал чей-то звонкий смех. Смех повторился снова – легкий, задорный, будто веселый ветер пробежал сквозь ветви. Старик удивился: вокруг не было ничего смешного. «Над чем же смеется это существо?» – подумал он. Решив узнать, он стал искать насмешника.

Но всякий раз, когда он приближался к источнику смеха, тот будто перелетал на другое место. Старик ступал очень осторожно и наконец увидел, что на ветке сидит птичка – маленькая Гаичка – и заливается веселым смехом.

– Над чем ты смеешься? – спросил Старик. – Я шел за тобой по всему лесу и так ничего смешного и не увидел.

– Вот именно над этим и смеюсь, – ответила Гаичка. – Если кто-то не умеет веселиться сам, то и не поймет, над чем смеются другие.

– Так ты смеешься надо мной? – обиделся Старик.

– Не совсем, – сказала птичка. – Просто смех не может жить внутри недовольной души. Он, как узник, томится в ней.

Заинтригованный Старик захотел узнать ее секрет и попросил научить его веселиться так же. Гаичка отказалась – сказала, что он слишком неуклюж и не сможет удержать равновесие. Но Старик не отставал и в конце концов уговорил ее, пообещав взамен красивое ожерелье.

Птичка долго колебалась, но ожерелье показалось ей таким прекрасным, что она согласилась.

– Смотри внимательно, – сказала она. – Нужно вынуть глаза, подбросить их высоко в небо и стоять тихо-тихо, пока они сами не вернутся на место. Не двигайся, не смейся и не дыши, иначе пожалеешь.

Старик сделал все, как она велела, и, когда глаза вернулись на место, громко расхохотался. Ему понравилось. С каждым разом он подбрасывал глаза все выше, пока не потерял осторожность. Подкинув их особенно высоко, он качнул головой и тихонько хихикнул. Глаза не попали назад в глазницы.

Осознав, что ослеп, Старик в панике стал искать их среди листьев и камней. Когда наконец нашел и вставил обратно, понял, что видит плохо: глаза покрылись пылью и землей.

Старик вздохнул и сказал:

– Пусть теперь глаза всех стариков беспокоят их так же, как беспокоят меня. Отныне каждый человек будет терять зрение с годами.

Гаичка-проказница получила вечное напоминание о своей шалости: ожерелье, подаренное ей Стариком, стало тяжелым и тянет ее вниз. С тех пор эти птицы не летают высоко и селятся в кустах и на низеньких деревьях, помня о своем уроке.

О том, почему собаки не умеют разговаривать

Народ кайова, живущий в штате Оклахома, рассказывает легенду о том, как однажды странствующий по миру трикстер Сайндей забрел в деревню, где жили только собаки. У псов стоял страшный шум: каждая собака говорила без умолку, перебивая соседей, а щенки визжали и лаяли, мешая взрослым.

Сайндей попытался обратиться к ним, но никто даже не повернул головы. Он повторил просьбу замолчать – без толку. Тогда трикстер повысил голос.

– Замолчите немедленно, – сказал он, – иначе случится нечто плохое.

Фрэнк А. Райнхарт. Летом, Кайова. Фото из серии «Индейцы Райнхарта», ок.1898–1900 гг. Бостонская публичная библиотека

Но собаки не обратили на него внимания и продолжали безостановочно тараторить. Тогда терпению Сайндея пришел конец.

– Я предупреждал вас, – сказал он. – С этого дня вы потеряете дар речи. Слова, что вы будете произносить, не поймет ни один человек. Вместо речи у вас будут только лай, рычание и виляние хвостом.

Так и случилось. С тех пор собаки общаются с людьми и друг с другом не словами, а лаем, взглядом, позами и движением хвоста.

О том, почему у кукурузной куклы нет лица

Куклы, которые ирокезы делают из сухой кукурузной шелухи, считаются священными оберегами, охраняющими дом от злых духов и прославляющими Кукурузный Дух, щедро одаривающий людей урожаем. Каждая кукурузная куколка особенная: у одних – длинные косы, у других – нарядные платья из ткани и бус. Но у всех есть одна общая черта: ни у одной нет лица.