Урсула К. – Парус для писателя от Урсулы Ле Гуин. Как управлять историей: от композиции до грамматики на примерах известных произведений (страница 11)

Об этих особенностях повествования в настоящем времени, безусловно, стоит задуматься.

Писательница Линн Шэрон Шварц[17] считала, что рассказ в настоящем времени, ввиду отсутствия временного контекста и исторической траектории, упрощает повествование. В нем нет ничего сложного, пишет она, и «понимание происходящего достигается простым перечислением предметов или накоплением сведений», а глубина понимания ограничена «тем, что можно увидеть мимолетным взглядом». Сглаженность повествования в настоящем времени, его бесстрастность, отстраненность, безучастность могут объясняться этой внешней направленностью и сосредоточенностью взгляда. Кстати, именно поэтому все рассказы в настоящем времени так похожи друг на друга.

Полагаю, некоторые авторы пишут в настоящем времени, потому что считают, что так проще. Они боятся запутаться, перескакивая с прошедшего времени на будущее, а потом обратно с будущего на прошедшее, и решают не усложнять. Но не волнуйтесь: вы не запутаетесь. Ведь умение пользоваться глагольной категорией времени закладывается, когда мы начинаем осваивать язык, и спутать времена невозможно, как невозможно сказать «хорошее» вместо «лучше»[18].

Если вы всегда пишете (и читаете) в настоящем времени, некоторые глагольные формы, возможно, просто забылись за ненадобностью. Но их стоит вспомнить и заново научиться свободно использовать: это расширит ваш литературный арсенал. В любом искусстве приходится работать с ограничениями, но писатель, использующий всего одно время глагола, напоминает художника, который из всего многообразия масляных красок рисует одной розовой.

Я вот к чему клоню: сейчас настоящее время в моде, но если вам не так уж нравится писать в настоящем времени, то не чувствуйте себя обязанными делать это, потому что так делают все. Настоящее время подходит для некоторых писателей и некоторых историй, а для кого-то не подходит. Знайте, что у вас есть выбор и все в ваших руках.

Мне хочется сказать, что это правило, но я не стану, потому что тексты хороших, добросовестных писателей всегда являются исключением из правил. Так что пусть будет не правило, а высокая вероятность.

Итак, существует высокая вероятность того, что, если ваше повествование все время скачет из настоящего в прошедшее время и обратно без предупреждения (отступ между параграфами, разделитель* в виде символа, новая глава), читатель запутается и перестанет понимать, что было до, а что после, и что случится потом, и где вообще сейчас находятся (или находились) персонажи.

Подобная путаница возникает, даже когда писатели перескакивают из одного времени в другое намеренно. Когда же они делают эту ошибку, не осознавая, что совершили ее, – то есть просто не обращают внимания на то, в каком времени ведут рассказ, и мечутся между настоящим и прошедшим, – скорее всего, читатель не поймет, что и когда происходит; его «укачает» от повествования, он разочаруется и потеряет интерес.

Следующий короткий отрывок я взяла из одного современного романа. Не желая смущать автора, я изменила имена и действия так, что сцену не узнать, но синтаксис, количество глаголов и их временные формы остались теми же.

Они заходят в комнату. Обоим хочется кофе. Мы слышим, как в соседней комнате Дженис смотрит телевизор. Я заметил у Тома фингал, которого вчера не было.

– Ты вчера ходил куда-то? – спросил я.

Том садится, берет газету и ничего не отвечает.

– Мы оба ходили гулять, – говорит Алекс.

Я выпил две чашки кофе и лишь потом ответил.

Можно ли прочесть этот отрывок и не заметить, что автор перескакивает с одного времени на другое за каких-то шесть строчек? Каким целям служит эта путаница, встречающаяся еще не раз на протяжении этого романа? По-видимому, автор сам не ведал, что писал, как бы ужасно это ни звучало.

Скачки во времени – это серьезно. Так же серьезно, как смена персонажа-рассказчика. Нельзя делать это непродуманно. Можно произвести скрытую замену, но лишь если вы точно знаете, что делаете.

Если уж вы решили сменить время повествования на середине рассказа или романа, убедитесь, что делаете это осознанно и преследуете определенную цель. Убедитесь также, что читатель может легко следовать за нитью повествования; что он не попадет во временную аномалию, как экипаж корабля «Энтерпрайз» в «Звездном пути», и не будет вынужден убраться оттуда на сверхкосмической скорости.

Я уже говорила о страдательном залоге во второй главе, когда упоминала о ложных правилах. У многих глаголов есть действительный и страдательный залог. При смене залога субъект и объект действия меняются местами. Действительный залог: она любила его. Страдательный: он был любим.

Страдательные конструкции – подобные той, что встречается в предыдущем предложении, – настолько часто используются в академической литературе и деловой корреспонденции, что любые усилия, направленные на более редкое их применение, безусловно, должны быть вознаграждены и удостоены благодарности со стороны всех носителей языка. (А теперь попробуйте переписать это предложение в действительном залоге!)

Многие ратующие за полный запрет страдательного залога даже не знают, что это. Страдательный залог часто путают с глаголом «быть» в сочетании со страдательным причастием, а ведь у глагола «быть» вообще нет страдательной формы. И вообще, разве можно запрещать писателям использовать глагол «быть»? Конечно, большинство глаголов не столь абстрактны и аморфны, но без «быть» не было бы монолога Гамлета, а Господь не создал бы свет.

«Предложение было выдвинуто для обсуждения комитетом и отклонено». Два страдательных причастия.

«Мисс Браун предложила комитету уволить председателя». Два действительных залога.

Страдательный залог часто используют, потому что это непрямой, вежливый и неагрессивный способ выразить мысль, представив все таким образом, будто она пришла в голову не вам, а кому-то другому, или поведать о действии, создав впечатление, что оно совершилось само собой и никто не несет ответственность. Если вы не хотите, чтобы у читателя возникло ощущение, будто вы открещиваетесь от собственных слов, используйте страдательный залог с осторожностью. Трусливый писатель скажет: «Считается, что человеческое существование определяется способностью мыслить». Отважный выразится иначе: «Я мыслю, следовательно, я существую».

Если ваш стиль пострадал от длительного взаимодействия с академической литературой, научным и деловым стилями, возможно, вам стоит беспокоиться насчет страдательного залога. Убедитесь, что он не просочился туда, где ему не место. Если это все-таки произошло, почистите свой текст и вырвите все сорняки. Но там, где страдательный залог к месту, не стесняйтесь использовать его сколько душе угодно. Писатель волен использовать все удивительное разнообразие глагольных форм.

Один из примеров, который я привожу в следующей главе, – отрывок из «Холодного дома» Чарльза Диккенса – также является примером к этой главе, так как в нем Диккенс меняет и лицо, и время глаголов в повествовании – довольно драматичный ход! Разумеется, он делает это осознанно: у него есть замысел, он точно знает, какое время когда использовать и зачем. Но все же он очень рискует. На протяжении всего длинного романа он то и дело переключается: в одной главе повествование идет от третьего лица и в настоящем времени, в следующей – от первого лица в прошедшем времени, а затем рассказчик и время опять меняются. Даже у Диккенса подобное чередование выглядит немного неуклюже. Но очень интересно следить за тем, как это работает, отмечать, в каких случаях работает не очень, и сравнивать эффект. Именно в «Холодном доме» я впервые заметила, что рассказ в настоящем времени создает узконаправленный фокус и ощущение отстраненности, в то время как рассказ в прошедшем времени демонстрирует взаимосвязь прошлого, настоящего и будущего, разнообразит повествование и придает ему глубину.

Цель упражнения – понять, как смена лица и времени глагола влияет на повествование.

Этот отрывок должен быть длиной не больше страницы; не затягивайте его и не придумывайте слишком эпическое воспоминание, ведь одну и ту же историю вам придется записать дважды.

Тема: пожилая женщина занимается каким-то повседневным делом: моет посуду, пропалывает сад, редактирует кандидатскую диссертацию по математике – все, что придет вам в голову. Одновременно она вспоминает событие из своей юности.

Ваша задача – написать отрывок, где повествование прерывалось бы несколько раз, перескакивая из настоящего в прошедшее время. «Сейчас» старая дама находится в одном месте и занимается одним делом; «тогда» относится к воспоминанию и случившемуся во времена ее молодости. Ваше повествование должно перемещаться между «сейчас» и «тогда».

«Прыжков во времени» должно быть минимум два.

Вариант 1. Лицо: выберите режим повествования: от первого или третьего лица («я» или «она»). Время: напишите отрывок целиком в прошедшем или настоящем времени. Пусть переходы между «сейчас» и «тогда» в уме пожилой женщины будут прозрачны и понятны читателю – не запутывайте его внезапными перескоками. Вместе с тем постарайтесь сделать их как можно более незаметными.

Вариант 2. Тема отрывка та же. Лицо: если в предыдущем варианте упражнения вы выбрали рассказ от первого лица, напишите отрывок от третьего лица, и наоборот. Время: а) опишите события, происходящие «сейчас», в настоящем времени, а события, происходившие «давно», – в прошедшем; б) опишите события, происходящие «сейчас», в прошедшем времени, а события, происходившие «давно», – в настоящем.