Уолтер Уильямс – На крыльях удачи (страница 43)

Леди Досвидерн и Зут остановились у двери ее номера.

— Я тоже в восторге, моя госпожа. Ужасно жаль, что такой чудесный вечер должен закончиться.

Леди Досвидерн посмотрела на Зута горящими глазами:

— Не обязательно.

Сердце Зута зазвенело, словно гонг.

— О… — пробормотал он. — Вы так думаете?

— Да, я так думаю, — прошептала она и любовно прикусила зубами кончик его уха.

Восемь серебристых информационных сфер, выстроившись в идеальный круг, парили над кроватью Киоко Асперсон. Грегор поцеловал ее и стал одеваться.

— Ночная поверка, любовь моя, — объяснил он.

Киоко села.

— Я и не знала, что у Майджстраля на корабле такие строгие порядки.

— Прости. Ночь — время грабителей, и все такое. Я могу понадобиться боссу.

Грегор натянул штаны.

— Можешь зайти позже?

— Получится намного позже.

Киоко склонила голову набок.

— Я все утро буду у себя. Правда, слишком долго мне спать нельзя, поскольку барон Сильверсайд позволил мне взять интервью у главы службы безопасности… — Она рассмеялась, когда Грегор по-тигриному осклабился. — Интервью о том хаосе, который вы тут сотворили.

— А в какое время ты берешь у него интервью?

— Около полудня. А почему ты спрашиваешь?

— Просто так, — с глубокомысленной ухмылкой ответил Грегор.

— Так я тебе и поверила! — хихикнула Киоко.

— Я ничего не говорил.

— Ну, мне-то можешь сказать.

— Да ничего такого. Просто хочу поглазеть, как этот тип будет отдуваться.

— Ну, если насчет «отдуваться»… — Киоко взяла с тумбочки линзу и накрыла ею глаз. Одна из информационных сфер отделилась от круга и повисла перед Грегором. — Скажите, мистер Норман, — спросила она официальным тоном, — что делает такой известный грабитель в полуголом виде в чужом номере?

Грегор, выпучившись, уставился на информационную сферу и притворно ахнул:

— Боюсь, я стал жертвой преступления, мисс Асперсон. Ужасного преступления.

— Вот как? — Киоко с интересом наклонилась к нему. — И что же это за преступление?

Грегор тоже склонился к ней — так близко, что они коснулись друг друга кончиками носов.

— Кто-то похитил мои чувства.

Киоко усмехнулась и поцеловала его.

— Спокойной ночи, бедная жертва чудовищного преступления.

— Спокойной ночи, воровка.

Грегор принялся обуваться.

Ночью Белую Комнату озаряло алое сияние Рассветной Звезды. Резкие, острые, как лезвия ножей, черные тени лежали на кроваво-красном ковре. Гигантский алмаз под потолком отвечал негромким эхом на доносившиеся издалека звуки.

А в лучах пурпурного света танцевали призраки. Их тени, почти невидимые, скользили по ковру, плясали по стенам, играли в догонялки с радужными отсветами, отбрасываемыми алмазом-колоссом.

За танцем призраков следили двое людей — с помощью микроскопических информационных сфер, паривших под самым потолком.

Глядя на призраков, на их умелый танец, следившие за ними улыбались.

Эдверт посмотрела на ладонь, где лежало сокровище, и рука ее задрожала — ей стало страшно. Она судорожно сжала пальцы. Стараясь двигаться бесшумно, она вышла из спальни Жемчужницы в гостиную их общего номера.

В гостиной девушка шепотом попросила комнату включить ночник и разжала пальцы. Ничего особенного не лежало на ее раскрытой ладони — жемчужинка на тонкой цепочке, соединенной с клипсой.

Эдверт смотрела на сережку и чувствовала, как кружится голова. Она казалась себе десятилетней девочкой, которой удалось ловко прошмыгнуть мимо уснувшей няньки, чтобы встретиться с подружками в полночь в Беседке с Привидениями.

Эдверт поняла, что довольна собой. Зажав сокровище в кулак, она тихонько закружилась.

«Поделом ей!» — подумала девушка.

— А ты действительно стащил «Эльтдаунское Крылышко»?

— Может, и так.

Майджстраль взял бутылку шампанского, которую робот «Цигнус» только что принес в номер.

— Хотелось бы взглянуть на него.

— Это можно. Завтра после полуночи, не раньше.

Пальцы маркизы лениво пробежались по шее.

— Хотелось бы надеть его.

Улыбаясь, Майджстраль разлил шампанское по бокалам.

— Думаю, и это можно будет устроить. Если оно, конечно, у меня.

— Конечно.

Зазвенели хрустальные бокалы — они чокнулись. Майджстраль поднес бокал к губам, и тут кто-то громко постучал в дверь.

Дальше все происходило молниеносно. Быстро и бесшумно Дрейк соскочил с кровати, подобрал одежду, швырнул ее в открытую дверцу шкафа, подобрал с пола ковбойские сапоги, рапиру и ремень с кобурой и бросился к шкафу с бокалом шампанского в руке. Маркиза смотрела на него смеющимися глазами.

— Милая! — прозвучал голос Котани, говорившего на хозалихском стандарте. — Почему ты закрылась?

Майджстраль, забравшись в шкаф, обернулся, быстро окинул взглядом комнату — не осталось ли следов присутствия — и вполголоса приказал шкафу закрыть дверцу. Он спрятался за платьями маркизы.

— Я не могу закрыть дверцу, — ответил шкаф на человеческом стандарте так, как к нему обратился Майджстраль. — Датчики предупредили меня о том, что внутри находится объект.

Маркиза сочувственно посмотрела на шкаф, потом с отвращением — на дверь, за которой стоял ее супруг.

— А который час, дорогой? — спросила она.

— Объект внутри — это я, — пытался объясниться со шкафом Майджстраль. — Пожалуйста, закрой дверцу.

Тупоголовый механизм шкафа раздумывал над стоявшей перед ним проблемой, а сердце Майджстраля готово было выскочить из груди. В глазах темнело. Ему казалось, что он смотрит на мир сквозь наставленное на него дуло пистолета. «Нет, я не упаду в обморок», — уговаривал себя Майджстраль. Чтобы собраться с духом, он глотнул шампанского.

— Пять, — ответил Котани из-за двери. — Или около пяти. Я тебя разбудил?

— Я дремала, — сказала маркиза. Вид у нее становился все более напуганный — шкаф продолжал упрямиться. Она встала с кровати и накинула пеньюар.

— Потрясающие новости! — не унимался Котани. — Открой дверь. Я хочу тебе рассказать.