Уолтер Айзексон – Илон Маск (страница 11)
В Пенсильванском университете у него появился третий способ релаксации - вкус к вечеринкам, который вытащил его из одинокой скорлупы, окружавшей его в детстве. Его партнером и помощником стал веселый общественный деятель по имени Адео Ресси. Высокий парень с большой головой, смехом и характером, Ресси был итальянским американцем с Манхэттена, любившим ночные клубы. Неординарная личность, он основал экологическую газету Green Times и попытался создать свой собственный мейджор под названием "Революция", используя копии газеты в качестве своей выпускной работы.
Как и Маск, Ресси была студенткой-переводчицей, поэтому их поселили в общежитии для первокурсников, где существовали правила, запрещающие вечеринки и посещение после 22.00.
Ресси придумал устраивать большие ежемесячные вечеринки. Они закрыли окна и украсили дом черными лампами и фосфоресцирующими плакатами. В какой-то момент Маск обнаружил, что его стол покрашен в светящиеся в темноте лаковые цвета и прибит к стене Ресси, который назвал это художественной инсталляцией. Маск снял его и заявил, что это не стол. На свалке они нашли металлическую скульптуру головы лошади и поместили внутрь красную лампу, так что из ее глаз посыпались лучи. На одном этаже выступала группа, на другом - диджей, стояли столики с пивом и желе, а на входе стоял человек, взимавший плату за вход в размере 5 долларов. В некоторые вечера сюда приходило по пятьсот человек, что позволяло с легкостью оплачивать аренду в течение месяца.
Когда Майе посетила это место, она была потрясена. "Я наполнила восемь мешков для мусора и подмела все вокруг, и я думала, что они будут мне благодарны", - говорит она. "Но они даже не заметили". На вечеринке в тот вечер она сидела в спальне Илона возле входной двери, чтобы проверять пальто и охранять деньги. Она держала в руке ножницы, которые, по ее мнению, могла использовать против любого, кто попытается украсть ящик с деньгами, и переложила матрас Илона рядом с одной из наружных стен. "Дом так трясся и подпрыгивал от музыки, что я подумала, что потолок может обрушиться, и решила, что если я буду на краю, то буду в большей безопасности".
Хотя Илону нравилась атмосфера вечеринок, он так и не смог полностью погрузиться в них. "В то время я был абсолютно трезв", - говорит он. "Адео напивался до чертиков. Я стучался к нему в дверь и говорил: "Чувак, ты должен приехать и организовать вечеринку". В итоге именно я должен был следить за всем".
Позднее Ресси удивлялся тому, что Маск обычно выглядел несколько отстраненным. "Ему нравилось быть рядом на вечеринке, но не полностью в ней участвовать. Единственное, чем он увлекался, - это видеоиграми". Несмотря на все их тусовки, он понимал, что Маск по своей сути отчужден и замкнут, как наблюдатель с другой планеты, пытающийся освоить навыки общения. "Я хотел бы, чтобы Илон знал, как стать немного счастливее", - говорит он.
9. Идти на Запад
Летняя практика
В 1990-х годах в школах Лиги плюща амбициозных студентов тянуло либо на восток, к позолоченным сферам банковского дела Уолл-стрит, либо на запад, к технологическому утопизму и предпринимательскому рвению Силиконовой долины. В Пенсильванском университете Маск получил несколько предложений о стажировке на Уолл-стрит, все они были выгодными, но финансы его не интересовали. Он считал, что банкиры и юристы не вносят большого вклада в жизнь общества. Кроме того, ему не нравились студенты, с которыми он встречался на занятиях по бизнесу. Вместо этого его привлекла Силиконовая долина. Это было десятилетие рационального изобилия, когда на любую фантазию можно было просто наклеить домен .com и ждать, когда с улицы Сэнд-Хилл-Роуд с грохотом съедут "Порше" с венчурными капиталистами, размахивающими чеками.
Он получил такую возможность летом 1994 г., между младшим и старшим курсами Пенсильванского университета, когда прошел две стажировки, позволившие ему предаться страсти к электромобилям, космосу и видеоиграм.
Днем он работал в Pinnacle Research Institute, группе из двадцати человек, которая получила скромный контракт от Министерства обороны на изучение "суперконденсатора", разработанного ее основателем. Конденсатор - это устройство, способное кратковременно удерживать электрический заряд и быстро его разряжать, и в Pinnacle полагали, что смогут создать достаточно мощный конденсатор, способный обеспечить энергией электромобили и оружие космического базирования. В своей статье, написанной в конце лета, Маск заявил: "Важно отметить, что ультраконденсатор - это не просто усовершенствование, а радикально новая технология".
Вечером он работал в небольшой компании Rocket Science из Пало-Альто, которая занималась созданием видеоигр. Когда он однажды вечером пришел к ним в здание и попросил работу на лето, они предложили ему проблему, которую не могли решить: как заставить компьютер работать в многозадачном режиме, читая графику, хранящуюся на CD-ROM, и одновременно перемещая аватар по экрану. Он отправился на доски объявлений в Интернете, чтобы узнать у других хакеров, как обойти BIOS и считыватель джойстиков с помощью DOS. "Никто из старших инженеров не смог решить эту проблему, а я решил ее за две недели", - говорит он.
Они были впечатлены и хотели, чтобы он работал полный рабочий день, но для получения американской рабочей визы ему необходимо было закончить университет. Кроме того, он понял: он фанатично любит видеоигры и умеет зарабатывать деньги на их создании, но это не лучший способ провести свою жизнь. "Я хотел иметь большее влияние", - говорит он.
Король дороги
Одна из неприятных тенденций 1980-х годов заключалась в том, что автомобили и компьютеры стали наглухо закрытыми устройствами. Можно было открыть и возиться с внутренностями Apple II, разработанного Стивом Возняком в конце 1970-х годов, но нельзя было сделать это с Macintosh, который Стив Джобс в 1984 году сделал практически невозможным для открытия. Точно так же дети в 1970-х и более ранних годах росли, копаясь под капотами автомобилей, возились с карбюраторами, меняли свечи зажигания и улучшали работу двигателей. Они нащупывали пальцами клапаны и Valvoline. Этот практический императив и менталитет Heathkit распространялся даже на радиоприемники и телевизоры: при желании можно было менять лампы, а затем и транзисторы и чувствовать, как работает печатная плата.
Тенденция к закрытым и герметичным устройствам привела к тому, что большинство технарей, достигших совершеннолетия в 1990-е годы, тяготели больше к программному, чем к аппаратному обеспечению. Они никогда не знали сладкого запаха паяльника, но умели кодировать так, что схемы пели. Маск был другим. Ему нравилось как аппаратное, так и программное обеспечение. Он умел кодировать, но при этом чувствовал физические компоненты, такие как элементы питания и конденсаторы, клапаны и камеры сгорания, топливные насосы и ремни вентиляторов.
В частности, Маск любил возиться с автомобилями. В то время у него был двадцатилетний BMW 300i, и он проводил субботы, рыская по свалкам в Филадельфии, чтобы найти необходимые детали для его модернизации. На машине стояла четырехступенчатая коробка передач, но он решил ее модернизировать, когда BMW начала выпускать пятиступенчатую. Взяв подъемник в местной ремонтной мастерской, он с помощью нескольких прокладок и небольшой шлифовки смог установить пятиступенчатую коробку передач в то, что раньше было четырехступенчатым автомобилем. "Она действительно могла тащить задницу", - вспоминает он.
В конце лета 1994 года они с Кимбалом поехали на машине из Пало-Альто обратно в Филадельфию. "Мы оба были настроены так: "Университет - это отстой, возвращаться некуда", - вспоминает Кимбал, - поэтому мы устроили трехнедельное путешествие". Машина неоднократно ломалась. В одном случае им удалось доставить ее в дилерский центр в Колорадо-Спрингс, но после ремонта она снова вышла из строя. Тогда они доехали до стоянки грузовиков, где Илон успешно переделал все, что сделал профессиональный механик.
Маск также отправился на BMW в путешествие со своей тогдашней подружкой по колледжу Дженнифер Гвинн. На рождественских каникулах 1994 года они поехали из Филадельфии в Королевский университет, где Кимбал еще учился, а затем в Торонто к его матери. Там он подарил Дженнифер небольшое золотое ожерелье с гладким зеленым изумрудом. "У его матери было несколько таких ожерелий в футляре в спальне, и Илон сказал мне, что они были из изумрудной шахты его отца в Южной Африке - он вытащил одно из них из футляра", - отметила Дженнифер двадцать пять лет спустя, когда выставила его на аукцион в Интернете. На самом деле, давно обанкротившийся рудник не находился в Южной Африке и не принадлежал его отцу, но в то время Маск был не против создать такое впечатление.
Когда весной 1995 года Маск окончил университет, он решил совершить еще одну поездку через всю страну в Кремниевую долину. Он взял с собой Робина Рена, научив его водить машину с механической коробкой передач. Они остановились в только что открывшемся аэропорту Денвера, потому что Маск хотел увидеть систему обработки багажа. "Он был восхищен тем, как они спроектировали роботизированные машины для обработки багажа без участия человека, - рассказывает Рен. Но в системе был полный бардак. Маск вынес для себя урок, который ему придется повторить, когда он будет строить высокороботизированные заводы Tesla. "Это была чрезмерная автоматизация, и они недооценили сложность того, что они строили", - говорит он.