Ульяна Туманова – Ледяной венец. Брак по принуждению (страница 53)
Чувства…
От этого слова я проснулся почти окончательно, пусть сон в мои планы не входил вовсе. Прижал к себе Лею, так чтобы каждый участок ее тела касался меня.
Хрупкая и сильная одновременно.
Не открывая глаз, понимаю, что снова хочу ее. Всегда хочу. И насытиться не могу никак.
Пусть отдыхает, набирается сил… А когда пройдет немного времени, она обязательно получит ответы, которых так жаждет. Я не смогу навсегда оставить ее в темноте, да и если бы хотел, доброжелатели обязательно дотянутся до жены мотта липкими ручонками, чтобы побрызгать ядом.
Но сейчас не время для всего того мусора, что хранится под половиком семьи правителя Авенты. Сокрытые от глаз и языков, уродливые тайны, пусть еще полежат нетронутыми, прежде чем станут явными.
Лею нужно беречь, в том числе от них. Да и вообще ото всех.
Стоило Лексу предложить устроить грандиозный прием в честь возрождения Авенты, я с усилием подавил желание отказать… Почему? Да чтобы никто не касался ее красоты кроме меня. Ни взглядами, ни, береги их Небеса, руками. А то я их оторву.
Она для меня и точка. Так говорили джинны, а если бы и не сказали, плевать. Лея все равно моя. Была такой рождена, в чем я уверен полностью, и другого объяснения нет и не может быть. И такой умрет.
Мио размышления, пусть были чистой правдой, зашли слишком далеко. Опасно далеко. Поэтому, когда за дверью начала мяукать кошка, я вернулся в реальность, надеясь, что моя жена — как же приятно это звучало — тоже проснется.
А потом я утащу ее в свою кровать. Нашу кровать. И буду долго…
Кошка орала во все свое кошачье горло, я уже было подумал, что с ней что-то произошло и решил разбудить Лею. Открыл глаза и почти позвал ее по имени.
Но рядом ее не было. Зал тоже пуст. Тьма покорно высвободилась и выстрелом направилась на поиски, просочившись под дверью. Черное волокно разделилось на все коридоры и все покои. Надо найти Лею, чтобы усмирить ту паранойю, которая выжигает остатки здравомыслия.
Страх потерять ее не оставляет меня ни на минуту.
Реальность нещадно царапнула фактами. Неужели я и правда ожидал, что Лея вот так легко примет мой отказ отвечать на ее, логичные и правильные вопросы?
Сделка с совестью и оправдания внезапной пропажи, затрещали по швам, когда я нашел в кармане ключ — а значит, Лея вышла не через дверь.
Крылья? Она бы не оставила кошку, которую так хотела взять с собой в форт.
И еще недавно я чувствовал ее сонное дыхание, оглаживал такие идеальные, что сводило челюсть, изгибы. Она была рядом еще пять минут назад, и вдруг растаяла в воздухе?
В волшебство я не верил, потому что знал — природой заправляют куда более сильные и суровые явления…
Тьма вернулась и виновато расстелилась по полу. У нее было известие. Плохое известие.
То самое, которого я опасался больше всего. Леи нигде не было.
Глава 17
Привести ее с собой к Ледяному Утесу — было ошибкой. Показать ей башню, открыть миррор и допустить, чтобы она в него окунулась — было чудовищной ошибкой.
Лея может быть где угодно, но прямо сейчас я должен убедиться, что она не вблизи черных вод.
А потом… потом я найду ее. Достану из-под земли, если надо украду, сделаю все, что потребуется. И верну.
Иначе заменить ту пустоту, что внезапно образовалась внутри за последние пару мгновений, не сможет ничто. И никто. Даже думать о том, что она ушла или исчезла навсегда — я отказываюсь.
А противиться доводам разума — отнюдь не свойственная мне черта.
Отдал приказ ищейкам и сумрачные войны тут же рассеялись, отправляясь на поиски. Вспомнив, что такое уже случалось, почти скривился от еще одного болезненного воспоминания. Проснувшийся горячий ключ, сирень и поиски длинною в день.
В тот раз, ее пришлось вытаскивать со дна источника. Лея едва не захлебнулась, когда не смогла выплыть из-за намокшего балахона провидца…
Ярость испепеляла. Медленно и мучительно, хотя боли я, мягко говоря, не боюсь. Физической. А о другом ее виде, беспощадном и открывшимся мне сегодня — я узнаю прямо сейчас, когда делая шаг во Тьму, выхожу на утес, терзаемый бурей.
Ледяное Море билось о скалы с разрушительной силой, крутые волны неслись на берег, подгоняемые свирепым ветром. Деревья в Черном Лесу, залеченные сиянием огней еще совсем недавно, трещали и гнулись, не способные сопротивляться.
Даже мне, чтобы устоять на ногах, нужно было прикладывать немалые усилия. Лея бы здесь не выдержала и пары секунд.
Тьма, покорно и виновато разлилась по утесу, не замечая никаких преград. Ее задачей было искать, и она с неподдельным усердием искала, ту, что еще не так давно жаждала убить.
Живая тень, которую я обрел много лет назад, нашла меня в черных водах. Сама обвилась вокруг запястий, проникла под кожу и поселилась в груди медленно выжирая сердце — в этом я был уверен.
А теперь, подчиняясь истинной воле того, что, как у думал, давным-давно было утрачено, живая тень обыскивала Черный Лес, руины у подножья башни, и изучала самое ее дно. Запечатанное не только замками и крышкой, но и массивом камней. Об этом я позаботился.
Догадка о том, что Леи здесь нет, принесла каплю облегчения. Но я не могу уйти, пока не буду уверен в этом полностью.
Взгляд зацепился за что-то белое у самого края утеса, у самого обрыва. Сердце тут же встало, забыв, как это биться…
Крылья. Белые и ни на что не похожие, которые на всей земле есть у одной только Леи.
Без оглядки ринулся в ее сторону, вырывая клочья земли под ногами. Мне нужно все пару секунд, чтобы дотянуться до нее. Чтобы снова обрести и больше не отпускать. Но чем меньше становилось расстояние между нами, тем отчетливее я видел, что она собирается прыгать…
Черное платье сливалось с ночной непогодой, и мне доставались только обрывки движений. Она собиралась прыгать с утеса. Прямо в Ледяное Море, названное таким не без причины…
— Лея! — не узнавая свой голос, и не узнавая тех чувств, что бурлили внутри я бежал, обращаясь к небесам с просьбой, чтобы она передумала. Или чтобы я успел…
Но ветер поглотил мольбу, вложенную в ее имя. Может это и к лучшему, ведь я совсем близко.
Она вдруг качнулась вперед, потом назад, будто прицеливалась. И на моих глазах разбежалась, исчезая из виду раненной белой птицей, что не смогла справиться со штормом.
Нет! У меня еще есть время. Жалкие секунды, может минуты, но есть…
Свернул прямо к утесу, чтобы успеть вытащить Лею из обмораживающей, погубившей не один десяток человек воды. В последний момент выбрав направление, чтобы приземлиться как можно ближе к распластанным на волнах крыльям, я прыгнул вслед за ней.
За супругой, которую не желал. За иномирянкой, которой не доверял. За женщиной… моей женщиной!
Ледяные воды встретили опоясывающей промерзлой тюрьмой. Проскочила мысль о том, как с такой водой может справиться Лея. И ответ был один — не сможет…
Вынырнул и взглядом нашел слабеющее белое пятно. Неужели тонет?.. Если бы по воде можно было бежать… но я плыл, так быстро насколько мог, перебирая руками, зачерпывая как можно больше воды, отталкиваясь от нее ногами и снова вонзаясь руками.
С каждым новым, большим гребком, надеясь, что ухвачусь за нее. Наткнусь на раскинутые крылья, тонкие руки… И все тщетно!
Поднял лицо, чтобы рассмотреть, где она, и получил удар всплеском воды. Снова вынырнул, надеясь, что эта волна не стала последней для Леи, и нигде ее не увидел. Ни ее, ни крыльев.
Набрал в легкие воздуха и нырнул под воду, где в темноте я не увижу ни черта! Вся надежда на то, что она где-то неподалеку и я увижу ее крылья или волосы.
Но стоило открыть глаза, я сразу же увидел медленно идущую ко дну Лею. Словно падший ангел, с крыльями по обе стороны, она мирно, будто ее ничего не беспокоит опускалась и опускалась на дно. А под ней мерцали десятки, если не сотни серебристых дисков… Какого черта? Именно их свет помог мне рассмотреть ее.
Я снова плыл, не замечая ничего, не думая ни о чем, кроме того, как побыстрее дотянулся до нее и как спасти. Как вернуть в жизни, как заставить дышать снова.
Тонкие руки безжизненно поднимались вверх, волосы рассыпались вокруг белым облаком… Я наконец доплыл до нее, бережно протянул ладони под ее тело и прикладывая все силы, отталкивался от воды.
Чтобы только успеть на поверхность, пока не поздно… Не замечая ни усталости, ни нехватки воздуха, ни жжения в груди, я думал только о том, что осталось немного, всего пара гребков.
За каждый дар приходится платить. За каждый темный дар — вдвойне. И я платил. Теряя невосполнимое. Только второй раз этого не повторится!
Колючий воздух наконец обжег лицо, но Лею, бледную и такую безмятежную, он казалось не трогал вовсе. Она не реагировала, и выглядела так, будто спала. Но это не сон, по крайней мере не тот, от которого пробуждаются!
Времени не оставалось, в лучшем случае пара минут. Перевернул ее на спину, и так, чтобы ей на лицо не попадала вода, двинулся в сторону берега, от которого, из-за непогоды осталась небольшая полоска черной гальки.
Спасибо Небесам, я уже чувствовал твердь под ногами. Подхватил Лею и вынес на берег. Сколько бы я ни звал ее, она не приходила в сознание, не отвечала.
— Прости, — извинился за то, что сейчас сделаю и перекинул ее животом через колено. Придерживая голову, надавил на спину, молясь, чтобы из ее легких начала выходить жидкость.