Ульяна Соболева – Судьбы Осколки (страница 15)

– О чём? – я пыталась сохранить твёрдость в голосе, но это давалось с трудом. – Ты нашёл Андрея?

Его взгляд на миг помрачнел, и он медленно покачал головой.

– Я здесь не ради него, – сказал он с лёгкой насмешкой. – Я здесь ради тебя.

Моё дыхание сбилось, я невольно отступила на шаг, сжимая ладони в кулаки.

– Ради меня? – повторила я, в недоумении глядя на него. – Ты что, решил прийти сюда, чтобы снова обвинить меня?

Его улыбка стала шире, но в ней не было тепла.

– Почему бы и нет? – бросил он. – Это, кажется, у нас хорошо получается.

Я открыла рот, чтобы возразить, но не успела. Он сделал шаг вперёд, входя в дом без приглашения, и захлопнул за собой дверь.

– Эй! – выкрикнула я, обернувшись к нему. – Ты не можешь просто так заходить!

Он прошёл мимо меня, будто не замечая моего протеста, и остановился в центре комнаты. Его взгляд скользил по фотографиям на стенах, детским игрушкам на полу, пледу, валяющемуся возле дивана.

– Уютненько, – пробормотал он с насмешкой. – Прямо картинка из семейного альбома.

Его слова были пропитаны сарказмом. Внутри всё закипело.

– Если ты пришёл только для того, чтобы унижать меня, можешь развернуться и уйти, – выпалила я, стараясь держать голос твёрдым.

Он повернулся ко мне, его глаза впились в мои с такой силой, что я невольно почувствовала себя маленькой и беззащитной.

– Унижать? – повторил он, усмехнувшись. – Это ты называешь унижением? Олеся, ты даже не представляешь, что такое настоящее унижение.

Я попыталась выдержать его взгляд, но в груди всё сжималось от тревоги.

– Тогда скажи мне, зачем ты здесь, – бросила я, скрещивая руки на груди.

Он прищурился, будто взвешивая, стоит ли мне что-то говорить.

– Потому что ты должна знать, – произнёс он, наконец, его голос был резким, как удар хлыста. – Ты должна знать, кем на самом деле был твой муж.

– Я знаю его, – сказала я, хоть слова давались с трудом. – Я прожила с ним пятнадцать лет. Я знала его лучше, чем кто-либо.

Максим фыркнул, будто я только что сказала что-то до ужаса глупое.

– Правда? – спросил он, насмешливо приподняв бровь. – Тогда скажи мне, как ты могла прожить с человеком, который всю жизнь врал?

Моё дыхание участилось.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, – прошептала я.

– О, я знаю, – резко ответил он, сделав шаг ближе. – Андрей Корниленко был мастером притворяться. И знаешь что? Он не изменился. Он до сих пор такой же.

– Почему ты так ненавидишь его? – выпалила я. – Почему ты так ненавидишь меня?

Его глаза полыхнули.

– Потому что ты заняла место моей матери, – сказал он, и в его голосе было столько гнева, что у меня перехватило дыхание. – Ты жила её жизнью, а он – сбежал.

Эти слова были как пощёчина.

– Я ничего не знала о твоей матери, – ответила я, чувствуя, как голос дрожит. – Если бы я знала, я бы...

– Ты бы что? – перебил он. – Сделала вид, что ничего не случилось? Ты бы что-то изменила? Нет, Олеся, ты просто жила своей удобной жизнью, а теперь столкнулась с реальностью.

Я молчала, не зная, что ответить.

Он повернулся к двери, собираясь уйти.

– Максим! – крикнула я, когда он уже был на пороге. – Если ты знаешь что-то о его долгах, о том, где он, скажи мне!

Он обернулся, его взгляд был холодным, но в нём блеснула тень жалости.

– Всё, что тебе нужно знать, – сказал он, – это то, что Андрей всегда жил ради себя. И ты скоро это поймёшь. А долги…их у него столько, что я не понимаю как ты все еще живешь в такой роскоши.

С этими словами он вышел, оставив меня одну в этом доме, полном воспоминаний и лжи.

Я осталась стоять в тишине, уставившись на закрытую дверь, как будто она могла вернуть его обратно. Слова Максима звенели в голове, как раскалённые гвозди, забитые прямо в мой мозг.

"Ты жила её жизнью. Ты заняла место моей матери."

"Андрей всегда жил ради себя."

Эти фразы разрывали меня на части. Они были как нож, которым кто-то медленно резал моё сердце, пока я даже не могла застонать от боли.

Медленно я вернулась в гостиную. Комната, которая ещё несколько минут назад казалась мне хотя бы безопасным уголком, теперь дышала каким-то неприятным, липким холодом.

Максим пронесся по дому, как буря, оставляя за собой шлейф своих эмоций. Казалось, даже воздух стал другим – тяжелее, пропитанным его гневом, его ненавистью, его болью.

Я опустилась на диван, не в силах стоять. Всё тело дрожало, но не от холода – от страха, от злости, от разочарования. В какой-то момент мне показалось, что я просто начну кричать, чтобы заглушить этот хаос в голове.

"Он снова обвинил меня. Во всём. В том, что я жила. В том, что я любила. Но разве я виновата?"

Я подняла глаза на фотографии на стене. Андрей – улыбающийся, уверенный в себе, держащий на руках Таню, которая в те годы ещё едва умела ходить. Кирилл рядом с ним – такой гордый, счастливый мальчик, смотрящий на отца с обожанием.

"И всё это было ложью? Андрей, как ты мог так долго обманывать нас? Как ты мог обманывать меня? Почему ты никогда ничего не рассказывал ?"

Я закрыла лицо руками, но это не помогло. Слёзы начали катиться по щекам, горячие, обжигающие. Но я даже не пыталась их остановить. Внутри меня всё лопнуло, как старая верёвка, слишком долго натягиваемая до предела.

"Максим ненавидит меня. Он винит меня за всё, что произошло с его матерью. Но разве это моя вина? Я ничего не знала, Андрей! Ты не дал мне шанса знать. Ты закрыл дверь в своё прошлое и не позволил мне даже заглянуть туда. Почему?"

Я встала, внезапно почувствовав, что не могу больше оставаться на месте. Ощущение пустоты и предательства душило меня, как петля на шее.

Подойдя к кабинету Андрея, я замерла перед дверью. Его кабинет всегда был его территорией, и я редко туда заходила. Он говорил, что это место для работы, для тишины, что ему важно, чтобы всё было на своих местах.

Но теперь я больше не могла уважать его границы. Они были разрушены вместе с моей жизнью.

Я толкнула дверь и вошла внутрь.

Кабинет Андрея встретил меня всё той же знакомой строгостью. На столе аккуратно лежали папки с документами, ручки были идеально сложены в подставке, ноутбук стоял в углу, закрытый, как всегда.

"Ты любил порядок, Андрей. Ты умел создать видимость, что всё под контролем. Но я теперь знаю, что это был только фасад."

Я подошла к столу и начала перебирать бумаги. Счета, какие-то договоры, листки с расчётами. Всё выглядело нормально, ничего подозрительного. Но я знала, что где-то здесь должен быть ключ к его тайне.

Моя рука замерла, когда я наткнулась на конверт. Он был спрятан между книгами на полке, будто Андрей не хотел, чтобы его кто-то нашёл.

Я развернула его, сердце бешено колотилось. Внутри оказались бумаги.

Список каких-то сумм. Имена, которые ничего мне не говорили. Адреса.

На одной из страниц я заметила печать компании. Название было мне незнакомо, но оно звучало официально, внушительно.

Я пыталась разобраться в этом всём, но ничего не складывалось. Почему здесь были такие огромные цифры? Что это за люди? Что это за адреса?

И тут я увидела имя. Одно единственное имя, которое заставило меня почувствовать, как земля уходит из-под ног: Максим Поляков.

Я замерла, глядя на листок. Всё закружилось вокруг, будто мир внезапно потерял свои очертания.

"Максим... Он знал. Он всё это время знал, но не сказал ничего. Почему?"

Я опустилась на стул, прижимая листок к груди, будто он мог дать мне ответы. Но ответы не приходили. Только одно чувство усиливалось с каждой минутой: страх.