Ульяна Романова – Догоню. Влюблю. Женюсь (страница 10)
– Будешь?
– А вы? – переспросил Вадим, забирая пакет.
– Худею, – пояснил я, довольно откидываясь на сиденье.
Глава 8
Лукерья
Я проснулась от надоедливого жужжания под подушкой. Открыла один глаз, не глядя сбросила вызов, спрятала телефон и… Только сон снова заключил меня в свои объятия, как телефон снова зазвонил.
Злая как оса, я сонно посмотрела на экран, поняла, что номер мне незнаком, но все равно рявкнула в трубку.
– Кому жить надоело?
– Мне, – насмешливо хмыкнул о-о-о-очень знакомый голос.
– Эмиль Барсикович? – недоуменно спросила я, подскакивая.
– Он самый! – в трубке, не стесняясь, засмеялись, – Доброе утро, Лукерья.
– Кому как. До свидания, Барсов!
– Не по понятиям поступаешь, Луша. Слово не держишь.
– Барсов, вас наконец-то повязали, и вы звоните сообщить мне эту замечательную новость? – обрадовалась я.
– Ты должна мне желание, помнишь?
– Ничего я вам не должна, – открестилась я, – мы договор не подписывали.
– Поздно, Лукерья. Ты позавчера слово дала, я услышал.
– Ничего я вам не давала.
– Я за дверью, – вежливо сообщили мне за секунду до того, как палец потянулся к красной кнопке.
– За к-какой дверью? – напряглась я.
Неужели ко мне приперся? Ничему жизнь не учит, или ему по маковке дали сильнее, чем я думала?
– Деревянной, светлой, – насмешливо сообщил Барсов.
– Вот там и стойте! А лучше уходите!
Кажется, я запаниковала. Глаз точно задергался.
– А желание мое, Лукерья, такое: хочу провести с тобой весь день.
Нет, каков гад! У меня единственный выходной, а он мне его испортить решил?
А Барсов тем временем продолжал:
– Делать будем то, что ты скажешь.
– Барсов, вы в своем уме? – возмутилась я.
– Вроде да. Лукерья, не заставляй меня опускаться до угроз и шантажа.
– Барсов, я не такая снобка, как вы, поэтому до угроз и шантажа опущусь. Идите… Откуда прибыли! Не хочу я с вами день проводить! И вообще, предупреждать нужно о таких визитах! И где вы взяли мой номер?
Господи, что я несу? Он же Барсов! Один звонок, и мой номер, биография и все, что он пожелает, будет у него на столе.
Ну, Барсов! Чтоб тебя блохи каждую ночь кусали, чтоб у тебя обувь всегда была на два размера меньше, чтоб тебе на минимальную пенсию всю старость жить, чтоб борода поседела и отвалилась!
– Открой – отвечу, – мягко предложил он.
– Угу, вам открой, так вы зайдете! – пробурчала я, судорожно соображая, что мне делать.
Бежать? Звонить в полицию? Открыть и довести до нервного тика так, чтобы больше не приходил?
Последний вариант стоило обдумать!
– Лукерья, я сегодня безобидный, честно. И предлагаю сделку…
– Вам бы только сделки предлагать. А потом согласишься и останешься без штанов.
В трубке кашлянули, а я сообразила, как двусмысленно прозвучала моя реплика.
– Предлагаю перемирие, Лукерья. Белого флага нет, но есть белая футболка, могу ей помахать.
– Пожалейте местное население, Барсов, еще вас без футболки тут не хватало.
– Я хочу провести день с тобой. Вот и все. На твоих условиях. Готов выполнить все, что ты скажешь, и заняться чем угодно, абрикосик, главное, чтобы тебе понравилось.
– Барсов, вы у доктора были? Есть подозрение, что удар по голове не прошел бесследно.
– Соглашайся, абрикосик, будет весело!
Может, он правда псих? Или из этих чокнутых буржуев, которые иногда у нас в ресторане работали.
Пару лет назад трое креативщиков открыли что-то вроде релакс-клуба для тех, кто устал от денег, а делиться с пролетариатом не хотел. Толстосумы, изнуренные от своей сытой жизни, устраивали себе квесты на грани слабоумия. Кто-то должен был целый день бомжевать, некоторые устраивались в ресторан официантами, портя нам, простым смертным, настроение, когда охрана проверяла каждого перед прибытием высокопоставленных морд.
Может, я для Барсова что-то вроде подобного развлечения, вот и явился с утра пораньше?
И что мне с ним делать? Боже, зачем я взяла трубку? Почему не отключила телефон вчера?
А с другой стороны… Может, это мой шанс? Хотел острых ощущений – так их есть у меня!
Бежать-то все равно некуда, позади Москва, за дверью Барсов. Можно, конечно, попробовать спрыгнуть с третьего этажа и попытаться спрятаться у Мишки, но этот же найдет! И снова придет!
А нужно сделать так, чтобы больше не пришел! Никогда! Забыл обо мне как о страшном сне.
– Абрикосик, я слышу, как ты сопишь, – умиленно произнес Барсов.
– Как здорово, что с возрастом ваш слух все еще острый!
– Сам не нарадуюсь, – согласились со мной.
Я снова вздохнула, подумала и потопала к двери. Посмотрела в глазок, на всякий случай достала из верхнего ящика тумбы электрошокер, надела тапки и открыла дверь.
Барсов стоял на лестничной площадке, чисто выбритый и сияющий, как новая монетка. Одет он был просто – в спортивные штаны и белую футболку. А в руке этот престарелый Квазимодо держал коробку с тортом.
– Тут стойте! – предупредила я.
Подозрительно посмотрела на Барсова, вернулась, взяла ключи, заперла дверь. Как была в пижаме, вышла на улицу и громко позвала:
– Гром, конфетка!
Пять секунд, и лось с мордой алабая крутился у моих ног.
– Пойдем! – велела я.
Гром преданно шагал за мной до третьего этажа, а когда Барсов увидел, в чьей компании я вернулась, засмеялся.
– А если бы я предупредил о своем визите, ты бы что сделала?
– Вырыла ров, заполнила его водой и поселила голодных крокодилов! Что вы возмущаетесь? Я вас не звала и, честно говоря, недолюбливаю. Барсов, может, вы домой пойдете, а? Приключений можно и в другом месте найти. Вы у мамы один, подумайте!