Ульяна Нижинская – Недетские сказки о смерти, сексе и конце света. Смыслы известных народных текстов (страница 7)
В дальнейшем вера в тотем исчезает и гроб теряет зооморфные черты. А вот сказки сохранили память об этом. У индейцев волшебные хижины имеют изображения змей и волков, у народов Океании – акульей пасти. Волки, змеи, акулы – это тотемы, их почитали. Таковой была и курочка у славян. Её считали солнечной птицей, несущей золотые яички-солнышки, и напрямую связывали с небесным миром предков. Выходит, «птичьи ноги есть не что иное, как остаток зооморфных столбов, на которых некогда стояли подобного рода сооружения», – утверждает Пропп».[66]
Интересно, что в некоторых русских народных сказках у избушки могут быть ножки и козьи, или вообще она может стоять на бараньих рожках, как, например, в сказке «Иван Быкович»: «В том лесу стоит избушка на курячьих ножках, на бараньих рожках, когда надо – повёртывается».[67] Кто знает, какие варианты народных сказок с причудливыми постройками до нас так и не дошли!..
Альтернативную точку зрения на происхождение слова «курьи» высказала российский мифолог и фольклорист Александра Баркова. В статье «Верования древних славян» исследователь предполагает, что «курьи ножки» вовсе не куриные, а «курные». Столбы, на которых славяне ставили
_____________________________
Баба-яга была мужчиной
Образ лесной колдуньи – сложный и неоднозначный. Мало того, что в нём отразились и черты реального распорядителя обряда инициации, и мифологического первопредка – хранителя входа в царство мёртвых, и лекарки-знахарки (о которой мы поговорим чуть позже)… Так ко всему прочему учёные утверждают, что Яга была не только «бабой»!
«В самом её имени подчёркнуто – «баба», «женщина» – по-видимому, для отличия от какого-то другого Яги – «мужчины»,[69] – предполагает советский и российский лингвист Ю. С. Степанов. И действительно, в сказке «Три царства…», записанной в Воронежском уезде, вместо привычной нам бабушки в избушке лежит мужчина. «Дойдёшь до избушки, а в избушке лежит длинный мужчина из угла в угол»,[70] – говорит Ивашке волшебный старичок. Когда герой добирается до избы и входит внутрь, он слышит знакомые нам слова: «Фу-фу! Русскую коску[71] никто не звал, сама пришла». И эти слова произносит не лесная старуха, а мужское Идолище. Конечно, это крайне редкий случай, но он есть. Давайте разберёмся, в чём же дело.
Долгое время учёные недоумевали: почему посвящение проводит женщина, если в охотничьей инициации участвуют только мужчины? Оказалось, во многих племенах шаманы для проведения обряда надевали на себя женскую одежду. По мнению исследователей, так проявлялась память о времени матриархата, когда почитали прародительницу племени, которой и была Баба-яга.
«Мужчины, переодетые старухами, с женскими передниками, пестро раскрашенные и с клыками над ртом в знак того, что им нельзя говорить, приблизились к посвящаемым. Последние обхватили шеи «праматерей», и те стали тащить их в потаённое место. Здесь они сбрасывались на землю и прикидывались спящими»,[72] – записали очевидцы обряда, проводимого в одном из племён бывшей Нидерландской Новой Гвинеи.
Иногда сам подросток, проходящий инициацию, мыслился превращённым в женщину, и тайное имя ему давали – женское. А высшей степенью посвящения считалось умение юноши оборачиваться не птицей или зверем, а представительницей противоположного пола.
Шли века. Обряд стал отмирать и приобрёл негативную оценку в глазах людей. Лес, в котором мужчины превращаются в женщин, оказался проклятым и опасным. Отсюда в фольклоре появился мотив запретного леса. Сама по себе сказка не сохранила первопричину того, почему всё-таки в лес нельзя ходить, но мы теперь её знаем.
По поводу Яги-мужчины сегодня любят шутить, что лучшей Бабой-ягой в советском кино оказался Георгий Милляр, сыгравший ведьму в фильмах режиссёра Александра Роу. Его харизматичную старуху помнит каждый ребёнок, выросший на этих фильмах.
Импортные Бабки-ёжки
Обряд инициации учёные наблюдали на всех континентах земли, поэтому у нашей бабушки по миру есть родственницы.
Ежибаба (чеш. Ježibaba)
В чешских сказках живёт колдунья Ежибаба, внешне она похожа на свою сестру из России: также обитает в глубине леса, нос у неё крючком. Вот только если наша бабуся летает в ступе, то Ежибаба – в чайнике.[73]
На родственные связи сказочных старушек указывают также лингвисты: в праславянском языке слово *ęga означает различных «гадов»: змей, ящериц (поэтому, кстати, некоторые учёные считают, что наша Яга прячет в ступе змеиный хвост). В то же время чехи говорят, что их Ежибаба получила своё имя от слова ǫdžъ,[74] что в переводе означает «змей, змея». Получается, сказочные колдуньи действительно сёстры, чья родословная уходит куда-то в подземелье к змеям…
Любопытно, что чешские учёные сравнивают Ежибабу не только с русской Ягой, но и с греческой Ламией – дочерью Посейдона, которая превращалась в змею, крала у матерей детей и съедала их заживо! Кроме этого, Ламия любила соблазнять мужчин и пить их кровь.[75] Эдакая роковая красавица! Ничего себе сестрица…
Чешская старушка, конечно, не ангел, но таких кровожадных историй, как у греков, сказочные хроники не знают. В целом, чехи любят Ежибабу и считают, что характер у неё всё же добрый и покладистый! Женщинам колдунья приносит счастье, поэтому «поселить» её фигурку у себя в доме – значит приманить удачу и богатство.
Баба Рога (серб. Баба Рога)
В Сербии, Черногории и Хорватии детей пугают Бабой Рогой – злой уродливой колдуньей с коровьим рогом посреди лба. Русская Яга рогов не носила, однако есть у нас загадка «стоит яга, во лбу рога» (печь с воронцами), которая напрямую отсылает к образу сербской ведьмы.
Как и сестра из России, живёт Баба Рога за горами в тёмных лесах – там, куда солнечный луч проникает только на Иванов день, когда Солнце останавливает свой ход из-за страха. Именно там колдунья и поджидает заплутавшихся детей.
Но Баба Рога не такая злая, как может казаться. Ночью она приходит к детишкам, укрывает их одеялом, если им холодно; вытирает со лба капли пота, когда им снятся кошмары… А если дети случайно проснутся, то она зыркнет на них зловещим взглядом и крикнет: «Бу»! Перепуганные детишки начинают плакать от страха, но Баба Рога считает, что пусть уж лучше они боятся её, но потом все тревоги и опасности этого мира будут им нипочём.
В одиночку, некрасивая и старая, несёт колдунья вечный крест своей скрытой добродетели. И когда дети вырастают, они скучают по Бабе Роге и жалеют, что она приходит только к маленьким. А кто усыпляет саму Бабу Рогу? Наверное, никто… никогда.[76]
Фрау Перхта (нем. Frau Perchta, Pechtrababajagen)
В мифологии южных немцев, австрийцев и швейцарцев живёт ещё одна «Яга» – Фрау Перхта – суровая, безобразная и беспощадная ведьма! Если у нашей Яги одна нога костяная, то Перхта в старинных описаниях имела большую гусиную лапу.
В Голландии сохранилось предание, что колдунья летает на Йоль (более поздний вариант – на Рождество) в окружении злых духов и ищет что-нибудь съестное. Своим мечом она разрезает желудки людей, чтобы достать себе еду. Но если в это время хорошенько наедаться жирной пищей, то меч Перхты будет соскальзывать с желудка.[77]
Первоначально Перхта считалась доброй богиней, тождественной Хольде: она являлась хранительницей зверей и была покровительницей женских дел, в первую очередь прядения[78] (образ Хольды вам может быть знаком по сказке братьев Гримм «Госпожа Метелица», позже мы о ней поговорим). Однако впоследствии функции богинь разделились, и Перхте «достались» злая природа и устрашающая внешность.[79] Именно этим можно объяснить, почему в некоторых описаниях Перхта появляется красивой и белой как снег, а в других – пожилой и измождённой.
Что ж, видимо, такова участь у Бабы-яги и её сестёр: быть злыми и уродливыми в угоду людским страхам. Ведь кто-то должен представлять тёмные силы.
Ямауба (яп. 山姥)
Сестру Бабы-яги можно встретить даже в Японии. Это горная старуха Ямауба, чья кровожадность подтверждается её огромным ртом, от уха до уха, а по другим версиям, старуха имеет два обычных рта, которые расположены рядышком друг с другом.
Живет Ямауба в хижине, которая напоминает лесную избушку. Ведьма заманивает туда неосторожных путников, откармливает их и затем съедает.[80] В других случаях Ямауба способна превращать свои волосы в ядовитых змей, жалящих жертву, что снова же сближает её с нашей Ягой, имеющей змеиную сущность.
Как и другим ведьмам, Ямаубе ставится в вину похищение и поедание детей. Однако она не является воплощением абсолютного зла (как и все её заграничные сестрицы). Согласно древним преданиям, Кинтаро – будущий легендарный самурай, обладавший сверхчеловеческой силой, – был выращен именно этой злой колдуньей, которая оказалась любящей кормилицей. Этот сюжет изобразил японский художник Утамаро на своих гравюрах конца XVIII века. Вглядитесь в них. Иногда начинает казаться, что малыш, беспечно балуясь, вырастает на руках матери, словно бутон на гибком стебле цветка.