Ульяна Муратова – Проклятье между нами (страница 11)

В итоге получалось, что Моэра Блайнер прокляла их, не понеся за это толком никакого наказания, кроме нелепого домашнего ареста в шикарном поместье в окружении слуг, а его сёстры проглотили гордость и взяли фамилию той, по чьей вине погибли их родители и по чьей вине они все оказались на обочине жизни.

А Брен… ничего не мог изменить.

Не имело значения, насколько он старался и сколько работал – все его усилия не стоили ровным счётом ничего.

Дом заложен, и хотя с большей частью долгов удалось расплатиться благодаря продаже семейной клиники, этого всё равно было слишком мало. Эвелина говорила ему искать утешение в том, что деньги Блайнеров идут на оплату их долгов, но Брен даже этого не мог.

Возможно, дело в том, что он считал сестёр слишком красивыми и хорошими, чтобы доставаться Блайнерам, а возможно – в том, что завидовал им.

От него самого женщины шарахались, как от больного торже́сской лихорадкой, несмотря на титул нобларда и сильнейший дар. Печать проклятия, лежавшая на остатке их рода, отпугивала даже тех, кто обычно был неразборчив в связях. От Брена держались подальше даже шлюховатые вдовушки: видимо, всерьёз боялись подхватить проклятье половым путём. Да, оно гласило, что в течении суток после бракосочетания погибнет его супруга, а не случайная подружка, но женщины обычно не склонны рисковать, особенно ради нищих, не способных завести семью мужчин.

В случайно выдавшийся свободный вечер Брен собирался купить небольшие подарки. Да, до Длинной Ночи – самого важного для полуночников праздника года – ещё два месяца, но он всегда старался подготовиться к ней заранее. Скоро цены взлетят вверх, а в октабриле ещё есть шанс найти скидки и выгодные предложения.

Он с трудом отыскал место и припарковал старенький, обшарпанный мобиль подальше от торговой площади, в глухой тупиковой улочке. Лишь бы не платить за стоянку. Вылез из тёплого салона в морозную свежесть вечера, вдохнул бодряще холодный воздух полной грудью. Зима в этом году наступила стремительно – ещё пару дней назад стояла тёплая осень, а сегодня улицы и дома укрывал снег. Или это из-за работы ему казалось, что сезоны сменяются с пугающей скоростью?

Позади него, прямо на въезда в тупик, остановился другой мобиль, и Брен настороженно осмотрел его. Он понимал, что, вероятнее всего, это не имеет к нему отношения, но всё же напрягся.

Запер свой мобиль, поднял повыше массивный меховой воротник, засунул руки в карманы потёртой дублёнки, принадлежащей ещё деду, и перешёл на противоположную сторону улицы, чтобы не идти мимо трёх незнакомцев, выходящих из мобиля.

Последние недели Брен старался не выезжать за пределы гарнизона – опасался участившихся покушений. Он остался последним из Болларов и по праву рождения занимал вожделенное место в Синклите – совете императора, куда входят тридцать шесть самых влиятельных аристократических родов. Место, о котором мечтали многие и за которое готовы были бороться самыми грязными способами.

Жизнь давно вылечила Брена от излишней доверчивости или беспечности. И хотя её лекарство страшно горчило, он всё же был за него благодарен. Если он позволит себя убить, то кто позаботится о его сёстрах?

Его взгляд зацепился за бампер магомобиля. Пустой бампер без номерного знака.

Именно из-за этого он настороженно всмотрелся три крепкие мужские фигуры. По виду все трое незнакомцев – бандиты-полукровки. Смугловатые и чернявые, как полуденники, однако у каждого на виске светится магическая печать, как у полуночников.

К счастью, на Брена они не обращали особого внимания, и он сделал несколько шагов по нетронутому снегу, слыша, как тот приятно скрипит под подошвами.

– Давай, вынимай его! – скомандовал водитель мобиля без номеров. – Подкинем на порог клиники и уедем. Не оставят же его без помощи… Денег только в карманы напихай.

– Нужен надёжный целитель, который не станет болтать!

Оказалось, что в мобиле сидел четвёртый пассажир, которого Брен поначалу не заметил. Его лицо было разбито, а светлая куртка пропиталась кровью.

Брен замер на тротуаре.

– Да скорее ты, иначе он копыта отбросит прямо тут! – злился водитель.

– Не отбросит, там рана пустяковая, просто кровит сильно, – рыкнул в ответ подельник. – Тут клиника за углом, ничего ему не сделается!

Клиника действительно располагалась поблизости. Не совсем за углом, но шагах в трёхстах от тупичка. Брен шагнул к полукровкам и спросил:

– Что случилось?

– Двигай мимо, – огрызнулся водитель. – Тут целитель нужен.

– Я – целитель, – спокойно ответил Брен, пытаясь в деталях разглядеть раненого, но трое других амбалов загораживали вид. – И за небольшую плату я гарантирую конфиденциальность. Если рана действительно пустяковая, то мы можем разобраться на месте.

Деньги нужны всегда, особенно в преддверии праздничного сезона. Да и не мог Брен пройти мимо раненого: вдруг эти олухи действительно не донесут своего приятеля до клиники, и он подохнет из-за их нерасторопности?

Троица переглянулась, а водитель достал из кармана кошель с арчантами и бросил его Брену. Их разделяло около пяти шагов, поэтому поймать тугой, тяжёлый кошель не составило труда. И только после этого Брен наконец расслабился и шагнул к полукровкам:

– Разойдитесь в стороны.

Больной дышал с хрипами, и в первую секунду Брену подумалось, что задето лёгкое. Он подошёл ближе, и пришлось наклониться, чтобы дотянуться до откинувшегося на заднем сиденье раненого.

И ровно в этот момент Брену в основание черепа прилетел удар.

6.2

Он сам не понял, как увернулся – тяжёлое мачете не перерубило шею, а увязло в воротнике плотной дублёнки и не ранило, хотя немного оглушило. «Раненый» резким движением вогнал нож Брену в бок.

Его поймали в ловушку!

Он ощутил, как лезвие входит в живот, но успел сдвинуться чуть в сторону, чтобы оно не вспороло кишки. Перехватил руку бандита и единым махом всосал в себя всю его силу, тут же пуская её на исцеление. Затем Брен нырнул в салон мобиля, получив рубящий удар по ногам. Зато теперь его не могли атаковать сразу трое. В одного он успел швырнуть параличом, и тот мешком повалился на снег.

Труп мешал, в тесном салоне не хватало места, чтобы развернуться. Брен забрался глубже, упал на сиденье так, чтобы оказаться подальше от водилы с мачете, а затем здоровой ногой пихнул мёртвое тело, чтобы то заблокировало доступ в салон. Правда, третий подельник уже оббегал мобиль, чтобы атаковать с другой стороны.

Брен швырнул магией и в него, но сгусток влепился в заднюю стойку и световыми каплями рассыпался по салону.

Водила выдернул труп из мобиля, а потом рубанул мачете ещё раз, наудачу. Дикая боль пронзила ногу Брена, а затем её дёрнуло. Мачете застряло в кости, и хозяин пытался вытащить его обратно. Боль туманила разум. Брен кинул во врага паралич, но снова промахнулся. Вторая задняя дверца распахнулась, и из неё показалось дуло. Выстрел оглушил и пришёлся почти в упор, едва удалось прикрыть голову рукой. Плечо захлестнула новая волна боли – на этот раз жгучей.

Брен почувствовал себя загнанным зверем. Дикая, первобытная злость вскипела и потребовала расплаты.

Крови! Мести! Смерти!

Он протянул раненую руку к стрелявшему, но достать не смог, а затем сделал то, чего никогда не умел – втянул в себя чужую энергию с расстояния. Маги жизни умели не только напитывать силой жизни, но и забирать её. Однако последнее было большим секретом, о котором знали лишь избранные. Полукровка с револьвером к таким не относился. Он удивлённо моргнул, ещё не понимая, что уже мёртв, а потом плавно завалился на бок.

Со стороны водилы в скулу Брену прилетел сгусток [1] [2] магии, на мгновение ослепил и въелся в кожу, оставляя ожог.

Но чужая сила уже бурлила в Брене, и он расхохотался. Вскинул руку и завороженно наблюдал, как от полукровки потянулась светлая струйка, а его лицо побледнело, сделавшись серо-коричневым. Он попытался отпрянуть и сбежать, но… но Брен держал его на странной привязи, не позволяя пошевелиться.

Не просто струйка жизненной сил, нет! Это был поводок.

Водила затрясся и захрипел, Брен даже подумал остановиться, чтобы допросить его, но не успел. Тот замертво упал на свежий снег.

Внезапно всё прекратилось.

Стало необыкновенно тихо и даже мирно.

Со стороны аллеи доносился шум едущих мимо мобилей, нарушая неожиданно безмятежный покой небольшого тупичка.

Брен посмотрел на свою ногу, остановил кровь и попробовал вытащить мачете. Оно застряло намертво, и каждая попытка его выдернуть отдавалась в теле глухой болью, несмотря на заклинание. Ещё же и нож в боку! Он вспомнил про него, лишь согнувшись. Выдернул сначала его, залечил рану – благо силы в нём плескалось столько, что хватило бы на десяток сложнейших операций. Пострадали лишь мышцы и брюшная стенка, и он срастил порез без особых проблем, а потом вернулся к ноге.

– Вот твари, чтоб вас всех сожрали чумные драконы, – выругался Брен, когда мачете зацепилось за сиденье ручкой.

Пришлось раскачивать его, чтобы наконец вынуть, ещё и руки в крови и скользят – ни кантрада не выходит ухватиться за ручку удобным образом.

Когда мачете наконец удалось вытащить, Брен дохромал до своего мобиля, достал целительский чемоданчик, который всегда возил с собой, а затем скальпелем вспорол брючину и сшил рану, сращивая мышечные волокна заклинаниями. К счастью, кость не сломалась – они у Брена крепкие, он специально усиливал их магией. Зарубка, конечно, осталась, но и с ней удалось справиться довольно быстро.