Ульяна Каршева – Сказка о заветном месте (страница 42)

Накормленные волки приготовились к выходу из замка. Дорога им предстояла трудная — снова через лес-путаник. Так что часть готового мяса Наташа отдала им.

И вот, наконец, настал час, когда орденцы должны выйти из замка.

Провожать их пришли все. Даже Шастя уселся рядом с девочками, которые с грустью смотрели на волков. Наёмники, Симас (этот выпросил у Элфрида кинжал из коллекции оружия в оружейной комнате) и Уэйтн решили уйти вместе с волками.

Эктор сидел в кресле и смотрел на будущих путешественников с неопределённой улыбкой. Если девочки едва сдерживали слёзы (расставаться никому не хотелось с такими защитниками), то он выглядел абсолютно спокойным и как будто не переживал, что замок в пустынном месте останется без воинов-магов.

Как выяснилось через несколько минут, он был прав.

И путешественники, и провожающие прошли по коридору к входной двери.

Аедх больше не останавливался, шагая впереди своего небольшого отряда.

Он и открыл дверь. И — отшатнулся.

Несколько шагов вперёд — и пропадёшь в густом молочном тумане. Причём он резко напомнил ночной вьюжный вой: первое впечатление, что наступила зима с выпавшим повсюду снегом. Но всё же это был туман.

Лес ли путаник подступил так близко к замку, или нечто магическое подозвало его к месту обиталища людей, но… Аедх помешкал немного, а потом обернулся к своим волкам и подал руку ближайшему. Тот жёстко вцепился в его ладонь — и воин-маг шагнул-таки в туман… По рукам обоих волков ошалевшие от неожиданности все следили за происходящим. Руки не подрагивали, из чего становилось ясным, что Аедх стоит в тумане и не двигается. Наверное, прошла минута, прежде чем Аедх попятился.

Оглянулся на Наташу и спокойно сказал:

— Нам придётся задержаться в замке. Этот туман я не сумел пробить.

Девушка поняла так: Аедх не просто стоял в тумане, а пытался хоть как-то, собственными магическими приёмами уничтожить его. И снова вспомнились слова уже Элфрида, который сказал, что замок не отпустит тех, кто собрался в нём. Но ведь и эльф, и воин-маг что-то подозревают в этом замке. Почему же тогда Аедх попытался-таки уйти?

Наташа покачала головой. Жаль, что она слишком хорошо понимает людей. Жаль, потому что нельзя пристать к Элфриду, к Аедху и выпалить им все свои вопросы, которые тревожат её сердце…

Глава 18

Он перевёл взгляд на своих воинов. На лице — холодное бесстрастие, что сохранялось с момента, когда он отвернулся от открытой входной двери, чтобы взглянуть на коридор, полный народа.

Затихарившись, словно именно она виновата в появлении плотного тумана, который зримо стоял за два шага до лестницы крыльца, Наташа почувствовала, что боится. И боится даже не того, что воин-маг заупрямится (назло маме уши отморожу!) и всё-таки уведёт волков в белую муть. Боится, что Аедх разгневается на того, кто, по его мнению, виноват в том, что им, орденцам, приходится оставаться здесь, в замке.

Этот несфокусированный взгляд вдаль по коридору… Аедх никого не искал, чтобы взглянуть конкретно. Нет. Для него где-то там, в конце коридора, сидел в кресле мальчик, которого вои-маг машинально связывал с густым туманом на подступах к замку.

Это рядовые волки, растерянные, могли переглядываться меж собой, безмолвно задаваясь только одним вопросом: и что дальше?

Глаза Аедха сосредоточились, и он прежним, деловитым тоном велел:

— Проверьте, свободен ли парк!

Как ни удивительно, но приказ Аедха побежали выполнять не только его воины, но и наёмники.

Дима стоял чуть поодаль, так что легко было заметить, как он крутил головой, глядя то на удаляющихся воинов, то — с тревогой на их командира, который не обращал на него внимания, мрачно задумавшись о своём.

Наташа не выдержала, подошла к мальчишке, чтобы вполголоса напомнить:

— Ты не его подчинённый. И ты не на его территории. Если хочется пойти за волками — иди.

— А если он обозлится… — прошептал Дима, украдкой поглядывая на Аедха.

— Его проблемы, — пренебрежительно ответила Наташа — так, чтобы мальчишка эту пренебрежительность почувствовал и больше не сомневался.

Дима ещё немного потоптался рядом, а потом — стеночкой, стеночкой, но удрал вслед за воинами

Как же тяжело жить в мире, не зная его правил!.. Наташа вздохнула, взглядом и кивком отпустила девочек, которые попятились от входной двери на цыпочках.

И подошла к Аедху.

За это время он успел вновь повернуться лицом к невидимому в тумане лесу.

Зато в этом коридоре они один на один. С чего начать с ним разговор? С утешения, что туман однажды пропадёт? С утверждения, что жить надо сегодняшним днём? А потом не надо переживать, что их заперли в этом замке?

Туманом его уже заставили понять, что не от него зависит его же ближайшее будущее. Так нужно ли говорить ему хоть что-то именно о сегодняшнем дне?

Да и как заговорить с человеком, который не только напряжён, но и явно злится, что его планы полетели в тартарары?

И Наташа решила молчать, но вместе с Аедхом ждать волков, посланных на задние дворы замка, к парку.

Ждали долго. Впрочем — понятно, почему. Одно дело — сам сад, ближе к зданию. Другое — парк, размеры которого девушка даже представить себе не могла. Пока обегаешь все границы, пока проверишь, что там… А если туман окружил только дом? Наташу передёрнуло от жути. Она прислонилась к стене коридора, где-то в пяти-шести шагах от выхода. Отсюда всё равно была видна часть леса, спрятанного туманом…

Аедх же стоял в дверях, но не в центре, а ближе к косяку. Полубоком. И правая его рука была полусогнута. Поскольку стоял воин-маг почти спиной к девушке, она предположила, что Аедх воспринимает ситуацию очень серьёзно, а значит — правой рукой держится за рукоять меча.

Среди поневоле рассеянных хозяйственных мыслей, как-то: хватит ли мяса на такую ораву народа, если туман будет держаться долго? Не сбежали ли олени из парка, если там тоже туман? Хорошо, что они все без воды не остаются — это Наташа вспомнила про фонтанчик во внутреннем замковом дворе; так вот среди этих мыслей время от времени она улавливала одну, настойчивую, которую, поняв, о чём начинает думать, девушка запихивала сама от себя куда подальше. Не до личного пока! Но мысль всё же вылезала на поверхность груды остальных и заставляла свою хозяйку покусывать губы, исподтишка поглядывая на воина-мага: а нравится ли она, Наташа, Аедху? Ну хоть немного?.. И, забывшись, девушка вздыхала: ага, как же… Он вон какой интересный! Пусть и не красавчик, но очень симпатичный. Рядом с ним постоять — и то счастье. А ещё умный и добрый. Как он им всем помогал, пока шли к замку! Хотя в его обязанности помощь и не входила…

И она. Эх — одно слово!.. И внешность — не сказать, чтобы выдающаяся. И, по здешним меркам — полная неумеха и в хозяйственном смысле, что уже доказала, готовя обеды не без помощи волков (небось поухмылялись над ней втихомолку!), ну и в светском отношении тоже: местного этикета-то не знает.

Ему бы какую-нибудь здешнюю красавицу, которая в таких нарядах, как ей Миранда подобрала, не будет опасаться ходить. И Наташа с новым вздохом представила картинку: вот Аедх, а вот рядом неизвестная красавица с ним под руку. И оба, горделиво выпрямившись, идут… куда-нибудь. На бал, например.

Додумать, куда ещё могут пойти Аедх и подходящая ему в пару красавица, Наташа не успела.

Издалека, из второго коридора, что за поворотом этого, по нарастающей застучали шаги бегущих. Наташа только хотела предупредить Аедха, как он тоже обернулся к коридору.

Бегущие завернули в их коридор — и в полутьме стали видны две фигуры. Не огромный Симас, не высоковатый, тощий Уэйтн — следовательно, волки. За несколько шагов до выхода к лесу они умерили свой бег. И остановились перед Аедхом, который продолжал стоять к ним боком — так, чтобы держать под контролем невидимый за белым туманом лес.

— Парк свободен от тумана, — доложил один.

Второй, сосредоточенно поглядывая мимо Аедха, на туман за его спиной, уточнил:

— Туман стоит на границах парка. Так же, как и здесь, в десяти шагах от него.

— Далеко?

Вопрос Аедха Наташа поняла: далеко ли уходили волки, проверяя эти границы?

— В пределах видимости, — ответил первый.

Потом воин-маг объяснит девушке: в пределах видимости — значит, волки уходили от замка по парковым границам так, чтобы видеть друг друга. Один оставался стоять у начала, в саду, следующий уходил с товарищами в глубины парка и оставался в пределах той видимости от первого, в то время как третий — от второго… и так далее. А потом перекличка, что творится с белым туманом, — по цепочке, и двое, стоявшие близко к замку, бегут докладывать о положении дел командиру. Ведь уже понятно, что замерший туман на таком расстоянии — это уже логика случившегося. То есть далее по границам парка — то же самое будет.

Но сейчас Аедх снова вернулся к наблюдению за туманом и, не глядя на подчинённых, скомандовал:

— Объединитесь в группы по четыре человека и обойдите весь парк.

— Наёмников брать? — уточнил второй.

— По их желанию.

Когда шаги двоих волков затихли за поворотом коридора, Аедх постоял ещё немного на пороге, а потом спокойно закрыл входную дверь и заблокировал её, всунув в скобы засова железный… ну, скажем так — ломик. И повернулся к Наташе, которая уже решила, что он вообще забыл о ней, и собиралась втихаря удалиться.