Ульяна Громова – Его невольница (страница 26)
И это была правда. Меня уже не пугал переворот в сознании и то, что чувствовала к Энверу. Не могла пожаловаться на жизнь, если сравнивать ее с жизнью любимой жены султана. Восточный менталитет совершенно иной, и со многими восточными женщинами даже законные супруги обходятся гораздо хуже, чем со мной мой потомственный шейх. На задворки сознания отошло все, что произошло, до момента, когда я поняла и получила подтверждение, что корень всех бед невольниц — Кемран Кара.
Я не сбегу от Энвера, не поговорив с ним. Я должна знать. Я не хотела и не могла больше думать и запоминать его плохим человеком. Пусть у нас нет будущего — я не представляла его с такими родственниками мужчины, которому симпатизировала сильнее, чем должна была бы. Но и мерзавцем его теперь назвать могла только с нежностью.
— Всё будет хорошо, северянка, — Волкан подмигнул и улыбнулся, а Дамла сидела, отвернувшись к окну, и делала вид что не слышит нашей странной беседы.
Я пожала плечами и отвернулась.
Через полчаса мы уже спустились с гор на побережье и остановились в уютном спальном районе. Я вышла из машины и осмотрелась: вытянутое здание гостиницы, от которой к пляжу протянулся узкий парк, сбоку — небольшая мечеть и элитный торговый центр с заманчивыми витринами книжного и сувенирного магазина, дальше — арочный вход на рынок, а напротив вдоль крайней парковой аллеи — красивые усадьбы из белого кирпича с крышами цвета лосося и живой цветущей изгородью. Очень уютный городской микрорайон, я бы жила в нем. В парке детская площадка и много народу, среди которых наверняка есть и русские туристы.
В другой раз я бы воспользовалась возможностью…
Взглянула на Волкана, он кивнул на удалявшуюся к рынку спутницу.
— Пойдём, северянка.
— А можно потом в книжный зайти?
— Можно. Дамла после рынка уходит на полчаса в мечеть. Хочешь что-то купить?
Мы уже шли с ним по аллее и, наверное, со стороны смотрелись как хорошие знакомые, неспешно гуляющие по живописному месту.
— Вряд ли там есть книги на русском.
— Есть, — спокойно возразил мужчина, — эта гостиница популярна у твоих соотечественников, в ней живут русские экскурсоводы и группы туристов. Здесь всегда много русских.
— Да? Ты меня дразнишь или подбиваешь на побег? — удивилась я.
— Чем тебе помогут туристы?
— Ну, например, передадут весточку отцу или в посольство.
— Это тупиковый вариант.
— Почему это?
— Зачем расстраивать отца, если консулы не станут мешать господину?
По позвоночнику холодной змейкой прокатилась капля пота. Я прекрасно понимала, о каком господине он говорит и говорил, когда увозил меня в замок.
— Ты хочешь сказать… — от догадки перехватило дыхание.
— То, что тебе нужно было услышать. — Волкан дал мне минуту отдышаться от шока и приобнял за плечи: — Верь мне, северянка — всё будет хорошо, — он снова подмигнул и отпустил меня.
Яркие краски рынка прошли мимо моего сознания смазанными пятнами. Ни Арараты спелых фруктов и ягод, ни Качкары красивых овощей, ни разноцветные, похожие на китайские или перуанские, горы запашистых специй не вызвали отклика в душе или желания их попробовать. Я шла рядом с Волканом за Дамлой, чувствуя тепло его тела и странную сопричастность мне. Он осторожно брал меня за локоть, чтобы тихонько подтолкнуть в нужный проход между шумными рядами, удерживал за руку, когда я в тупом онемении шла дальше мимо нашей спутницы с телегой, задержавшейся у очередного прилавка.
И когда мы вышли из щекочущей ноздри атмосферы рынка в парк, я всё ещё рисовала себе масштабные картины зловонной грязи, в которую вляпалась, и осознавала неизбежность провала всех своих надежд. Даже если бы я добралась до посольства…
В горле пересохло, голова закружилась, а кровь отлила от лица и сердца. Меня проще пристрелить при попытке к бегству. Зачем Энверу возиться со мной? Где он?
— Где он? — повторила вслух вопрос Волкану.
— Разбирается с семейными делами. Через пару дней вернётся, — ответил мужчина, укладывая в багажник машины сумки из телеги. А когда закончил, и Дамла отправилась в мечеть, спросил: — Идем?
Я шагнула к нему и взяла под руку — по коже катались неприятные мурашки, коловшие неясным предчувствием. Быстро развивалась паранойя, казалось, зоркий глаз брата Энвера везде, и верить ничему нельзя, а Волкан почему-то внушал уверенность. Я хотела верить ему и серьезно сказанному
------------------
Глава 12
Книжный магазин — любимое место из прошлой жизни. Той, где я дома, где на душе хорошо, а дома незамутнённо уютно. Я всегда заходила по пути в любой книжный, куда бы ни направлялась, и просто бродила между полок, открывала привлёкшую внимание книгу и прочитывала пару строк, абзац, страницу, вторую… Всех книг, которые хочется, не купишь, но я всегда уносила с собой хорошее настроение и жажду нового: знаний, впечатлений, приключений, историй… Влюблялась в героев, рисовала в воображении свой идеал, сравнивала с ним знакомых мужчин…
Вздохнула, медленно проходя мимо полок. Волкан остался где-то в ряду детективов, а я шла бесцельно, обходя людей, пока взгляд не упёрся в стеллаж с романами любимого автора. Удивительно было увидеть один из них в руках молодого мужчины. Я встала рядом и взяла в руки книгу с яркой пометкой «Новинка», прочитала аннотацию и пролистала несколько страниц.
— Она вышла совсем недавно, но уже стала бестселлером, — завязал разговор мужчина на русском.
— Да? — удивилась я, скорее, этому, чем его сообщению.
— Ничего удивительного, — улыбнулся незнакомец, — Эрика пишет с натуры.
— Разве книги пишут с натуры?
— На Земле семь миллиардов людей, у каждого своя история любви, и не одна. Вы только представьте, сколько можно написать замечательных романов! — воодушевленно с мечтательной улыбкой убеждал меня парень.
— Вы как будто сами пишете, — улыбнулась я.
— Да так, балуюсь на досуге, — засмущался он.
— О чём балуетесь? — спросила я и увидела в проходе Волкана — он рассматривал корешки книг, не нарушая моё личное пространство, его будто не заботило, что я разговариваю с русским туристом.
— Всем понемногу: каплю триллера, ложку криминала, толику любви, обоз эротики…
Я засмеялась, чем и привлекла внимание своего спутника. Он оторвался от изучения ассортимента на полках и посмотрел на меня с интересом. Мой собеседник уловил наши с Волканом взгляды и тихо спросил, наклонившись ближе к уху:
— Это ваш мужчина?
— Нет, но мы вместе.
— А вы в «Чёрном острове» остановились?
— Нет, я… невольница султана, — усмехнулась нерадостно.
— Да ладно?! — чему-то обрадовался парень и захлопнул книгу. — Выпьем кофе? Тут за углом чудо какой уютный кафетерий, я угощаю! Очень интересно послушать вашу историю.
— Я же говорю — невольница, — грустно улыбнулась парню.
— Меня Эд зовут, — потирая в раздумьях лоб кончиками пальцев, вдруг представился парень.
— Валентина… — начала я и поперхнулась от внезапно осенившей мысли: — Валентина Владленовна Чернова, запомните, пожалуйста! — взмолилась я тихо. — У вас есть ручка?
— Да, разумеется… — полез в карман джинсов собеседник и извлёк бумажник.
— Запишите телефон, позвоните моему отцу… — зашептала горячо и поспешно продиктовала номер. — А где можно прочитать ваши книги? — спросила обычным голосом, маскируя только что родившийся заговор.
— Что случилось? — на грани слышимости поинтересовался парень и подыграл мне: — Вот здесь, — он обвёл рукой романы Эрики Вербицкой, снова вызвав мой смех.
— Да вы знаток женской психологии! — воскликнула я, иронизируя над тем, как молодой человек примазывается к яркой славе любимого автора, и добавила тихо: — Скажите, что агентство «Энгнима» не трудоустраивает, а продает девушек в рабство. Их держат на заброшенной фабрике в горах недалеко от восточной окраины города…
— Вы оценила, да? — с напряжённой улыбкой продолжал поддерживать роль Эд и почти неслышно поинтересовался: — Мы для него театр устроили? — скосил взгляд на Волкана.
Я кивнула.
— А вы уже читали этот роман? — раскрыла книгу, ища глазами нужные слова в тексте, но ничего не находила, а Волкан приближался, ему вот-вот станет слышен наш шёпот. — Запишите имена: Кемран и Месут Кара, Энвер Я'мур… Спасите…
— Тебе что-то понравилось, северянка? — подошёл Волкан и заглянул через плечо.
— Да, я хотела бы эту книгу… можно? — добавила, бросив быстрый испуганный взгляд на Эда.