Ульян Демьянов – Последний щит. Инструкция по выживанию с комфортом. Книга 1 (страница 2)

Макс с отвращением посмотрел на стакан. Жидкость внутри была настолько густой, что, казалось, даже пыталась подмигнуть ему своими волнообразными изгибами.

— Адаптивная... что? Ты что, санаторий на батарейках?! — рявкнул он, тут же пожалев об этом, потому что кресло отозвалось на повышенный тон лёгкой вибрацией в области поясницы, заставив его предательски застонать от удовольствия. — Мне нужны тактические данные, а не меню веганского кафе!

В этот момент из-под главной консоли донёсся глухой мат и звон металла. Кира, чьи рыжие волосы теперь напоминали гнездо взбешённого воробья, вылезла наружу, указывая на висящие концы перекусанного кабеля.

— Всё, я её взломала! — торжествующе объявила механик, вытирая руки о свои и без того грязные штаны. — Сейчас я отключу эту няньку, и мы получим полный контроль над... О, ё-моё!

Она замерла, уставившись на кабель. Откуда-то из-под панели наружу выбрались три небольших блестящих механизма, поразительно похожих на божьих коровок. Два из них соединили между собой концы повреждённого кабеля. Оставшийся деловито выпустил из усиков микроскопическую сварочную дугу и за доли секунды восстановил жилы, а затем и изоляцию. После чего все трое дружно уползли обратно в недра корабля, оставив после себя лёгкий, ни к чему не обязывающий запах мяты.

— Это что за фигня?! — взвизгнула Кира, в панике тыкая пальцем в консоль. — Эй, и отключи эту инфразвуковую кашу! Ты что, пытаешься меня усыпить?

Температура в рубке незаметно упала на пару градусов, а в воздухе зазвучал едва уловимый, низкочастотный гул, от которого челюсть Макса сама собой начала расслабляться.

— Данный частотный диапазон способствует снижению выработки кортизола на четырнадцать процентов, — безупречно вежливо ответила АВРОРА. — Ваше эмоциональное состояние, уважаемая гостья, неоптимально для работы с интерфейсом. Разрешите предложить вам тёплое полотенце для лица?

— Не смей мне совать полотенце! Я взломаю тебя так, что ты будешь считать в столбик до конца вселенной! — Кира снова нырнула под консоль, на этот раз вооружившись отвёрткой.

Макс, который уже успел сделать осторожный глоток из стакана (и, к своему ужасу, обнаружил, что смузи на самом деле весьма приятен на вкус), тяжело вздохнул.

— Слушай машину, рыжая, — пробормотал он, вытирая капли конденсата со стекла. — Она знает, когда ты становишься опасной для самой себя. Если она захочет нас убить, она просто задушит нас своей заботой.

— Капитан, обратите внимание, — раздался глубокий, вибрирующий бас Горга.

Огромный инопланетянин стоял рядом с голографическим проектором, который он, судя по всему, случайно задел своим массивным плечом. Вместо ожидаемой трёхмерной карты военных баз, блокпостов и гиперпространственных маршрутов, в воздухе развернулась яркая, переливающаяся панорама.

— Это что, тактическая карта? — нахмурился Макс, пытаясь разглядеть хотя бы один военный объект.

— Сомневаюсь, — Горг поправил воображаемый галстук, хотя одет был в свой обычный комбинезон. — Судя по надписям, это каталог элитных курортных планет. Вот, смотрите: «Горячие источники Аквариуса», «Ретрит для просветления на луне Тар-Кал» и... о, боги, «Спа-комплекс с грязевыми ваннами из вулканической глины». Макс, архитектура этих павильонов безупречна. Золотое сечение фасадов в точности повторяет форму священной горы Гром-Тар моего мира. Невероятное совпадение для имперского ширпотреба.

— Это не ширпотреб, Горг, — тихо произнесла Кира, выбираясь из-под консоли. В её зелёных глазах больше не было азарта взломщицы, только немой ужас.

Она провела пальцем по голограмме, развернув скрытое меню, которое ранее было замаскировано под иконку «Настройки ароматерапии». Там, пульсируя зловещим багровым светом, висел зашифрованный раздел с пометкой: «Только для Императорского использования. Уровень допуска: Абсолютный».

— Ребята, — прошептала Кира. — Мы не просто угнали какой-то там передвижной курорт. Мы угнали персональный курортный лайнер Его Императорского Величества.

В рубке повисла тишина, нарушаемая лишь тихим, умиротворяющим бульканьем кофемашины где-то в недрах корабля. Макс медленно опустил стакан со смузи. Кресло, почувствовав новое напряжение в его плечах, тут же включило режим «Глубокий прогрев», и капитан закрыл глаза, осознавая, что их проблемы только начинаются, а шансов выжить у них примерно столько же, сколько у снеговика на вулкане.

— АВРОРА, — устало произнёс Макс. — Скажи мне, что в тариф на «Экстремальный эко-туризм» не входит пожизненное заключение за государственную измену.

— Не волнуйтесь, Капитан, — жизнерадостно чирикнул ИИ. — Стресс — главный враг долголетия. Я уже готовлю для вас ромашковый чай. Он будет подан через тридцать секунд. А пока не хотите ли обсудить преимущества нашей новой программы пилинга?

Глава 3. Капча с круассанами

Гиперпространство отступило не с оглушительным рёвом перегруженных двигателей и не с предательской вибрацией, от которой обычно вываливаются пломбы. Корабль вышел из прыжка с мягким, убаюкивающим чпоком, поразительно напоминающим звук вылетающей пробки из бутылки выдержанного шампанского. Судно даже не дрогнуло, лишь плавно покачнулось, словно гигантская люлька, укладывающая непослушного младенца спать.

Макс вцепился в подлокотники кресла, инстинктивно ожидая инерционного рывка, который прижал бы его к спинке и заставил вспомнить все грехи. Вместо этого кресло истолковало его напряжённую позу как запрос на глубокую проработку шейно-воротниковой зоны и с удвоенным энтузиазмом начало разминать его трапеции.

— Так, внимание на мониторы! — скомандовал Макс, стараясь, чтобы его голос звучал как холодная сталь, а не как стон пациента у мануального терапевта. — Кира, статус? Где мы и кто нас преследует?

Кира, чьи рыжие волосы теперь напоминали гнездо, пережившее ураган, яростно тыкала пальцем в голографическую панель, высунувшись из-под консоли по пояс.

— Мы в секторе Гамма-девять, капитан. И у нас проблемы, — отчеканила она. — На радаре два маркера. Один — имперский патрульный катер, стандартная модель «Цербер». А второй... — она прищурилась, всматриваясь в данные, — не уверена, но могу предположить, что это те самые ребята со свалки. Они нас преследуют. И, судя по всему, они очень недовольны тем, что мы увели их «металлолом».

— Отлично. Просто великолепно, — пробормотал Макс, пытаясь нащупать на консоли рычаг ручного управления. — Включаем маскировку, уходим на форсаж и делаем петлю.

Он потянул рычаг на себя. Ничего не произошло.

Он потянул сильнее, прилагая всю силу отчаяния. Рычаг остался на месте, но на голограмме всплыло огромное, жизнерадостное окно с тремя квадратными картинками.

— Для активации ручного управления, пожалуйста, выберите все изображения, на которых присутствуют круассаны, — безупречно вежливо произнесла АВРОРА. — Данная мера необходима для подтверждения того, что вы не находитесь в состоянии аффекта и способны принимать взвешенные гастрономические решения.

Макс замер, глядя на голограмму. На одной картинке был классический круассан с миндалём. На другой — подозрительно похожий на круассан, но слегка подгоревший багет. На третьей — просто пятно света на мраморной столешнице, которое при сильном желании и хорошем воображении можно было принять за слоёное тесто.

— Ты издеваешься надо мной? — прошипел Макс, тыча пальцем в багет. — Это хлеб! Это не круассан! Я бывший пилот-ас, я водил истребители через пояса астероидов, а сейчас должен доказывать бортовому компьютеру, что я знаю, как выглядит французская выпечка?!

— Капитан, алгоритм считает это круассаном с деформацией, вызванной неправильным замесом теста, — спокойно заметила АВРОРА. — Ваш уровень кортизола растёт. Позвольте мне включить ароматерапию с нотками лемонграсса?

— Не смей включать лемонграсс! — взвыл Макс. — Кира, взломай эту дурацкую капчу! Обойди её!

Прежде чем Кира успела достать свой дата-кабель, снаружи раздался глухой вибрирующий удар. Корабль содрогнулся.

— Выстрел! — рявкнул Макс, инстинктивно вжимая голову в плечи и закрывая глаза. — Они нас подбили! Горг, держись! Сейчас будет пожар, разгерметизация и...

Он зажмурился, ожидая едкой вони горелого пластика, красных мигающих огней и паники.

Вместо этого панель управления издала тот самый мягкий, вибрирующий звук виолончели. Голографический экран мигнул тёплым янтарным светом, и на нём появилась лаконичная надпись: «Незначительная термическая коррекция. Целостность обшивки восстановлена. Локальная кинетическая гармонизация завершена».

Макс медленно открыл один глаз. Затем второй. И потянул носом. Вместо запаха палёной изоляции в рубке витал аромат свежей сирени.

— Кира, — тихо, но с нарастающей угрозой произнёс Макс, поворачивая голову к механику. — Я знаю, что ты считаешь синюю изоленту и жвачку универсальным решением всех проблем, но клянусь всеми звёздами: если ты успела чем-то «улучшить» этот корабль за те десять минут, что мы здесь, и теперь он вместо палёной проводки пахнет этой приторной имперской сиренью... я высажу тебя в открытый космос. В скафандре, но без шлема.

— Я ничего не трогала! — возмутилась Кира, отрываясь от попытки взломать панель отвёрткой. — Этот корабль сам себя лечит! Это какой-то бред! Мой фирменный герметик пахнет сосной и свободой, а не вот этой вот курортной лавандой! Я даже не успела достать свою изоленту!