Уля Ласка – Отец на замену (страница 12)
Дочь моментально вцепилась пальчиками в его кофту, чмокнула губками, ощутив полный покой и затихла.
Я подняла голову. Между мной и лицом Пантелея было не больше двадцати сантиметров. Его взгляд был таким, будто на него бросили ядовитое животное, и он боится пошевелиться, опасаясь смертельного укуса.
— Я не… — начал он, но я была непреклонна.
— Хочешь есть. Помогай.
Глава 11
Времени, чтобы наблюдать за реакцией блудного папаши у меня не было. Я метнулась обратно к столу, быстро наполнила бутылочку дочери приготовленной кашей и…
— Мам, а почему он её держит?! — огрел меня полным негодования вопросом сын.
Я закрутила бутылочку и, не оборачиваясь, ответила сыну:
— Потому что мне нужна помощь. Твоя, кстати, тоже, Саш. Принеси, пожалуйста, веник из туалета.
Сын недовольно засопел, но протестовать не стал, отправившись выполнять мою просьбу. Я же вернулась к Пантелею и вручила Валюше её бутылочку.
Дочь крутанулась, сменив положение, вытянула ножки поверх коленей Пантелея, откинула на него голову, сжала бутылочку двумя руками и довольно зачмокала.
— Просто не шевелись, и она ничего тебе не сделает, — поддела я Пантелея.
— Слушай, Ира. Да что ж ты за мать такая?!
— Нормальная, — вскинулась я, отреагировав на очередное, ещё не выдвинутое обвинение. — А что?
— Нормальная?! Ты видела погоду на улице?!
— Пантелей, — я с опаской посмотрела на в край возмущённого мужчину. — Тебе, наверное, лучше прилечь. Такое бывает на фоне повышения внутричерепного давления, — я протянула руки к дочери, но он одним движением подхватил Валюшку под руку и животик, отгораживая ее от меня локтем.
— Нет, ну если ты проворачиваешь такое регулярно…
— Какое такое?! — не выдержала я.
— Посылаешь ребенка одного на мороз!
— Я?!
— Или это у тебя хобби такое? Спасать замёрзших?
— Пантелей, я не понимаю, что ты несёшь?!
Валюшке совсем не понравился наш разговор на повышенных тонах. Она занервничала, выпустила бутылочку изо рта и от души выплюнула набранную кашу. Белая вязкая масса плюхнулась не только на ее бодик, но и на брендовую кофту Пантелея.
Валя покосилась на испачканную одежду, расстроилась, сморщилась и заревела во весь голос.
— Мам, вот! — в дверях появился Саша с веником.
Пантелей молниеносно посмотрел на него и неожиданно выдал:
— Ты же сказала, что в доме нет туалета.
Да что ж ты такой внимательный!
— А при чем тут туалет?
— При том, что он в дальней части двора, и к нему не протоптана дорога. Он бы не успел туда сбегать, — Пантелей еще раз подозрительно взглянул на Сашу. — Значит, туалет есть в доме!
— Есть, — не стала отпираться я. — Дай мне дочь, — протянула я руки к плачущей Вале.
— И почему ты его от меня скрыла? — и не думал возвращать мне ребенка Пантелей.
— Чтобы не мыть его после тебя, конечно! — прошипела я.
— Ну что-то такое я и подозревал.
— Да неужели?
— Саша, иди сюда, — Пантелей неожиданно повернул голову в сторону сына. — Сейчас ты мне все расскажешь!
Пантелей
В голове по-прежнему дул сквозняк тревожным, завывающим гулом.
Мне нужно было зацепиться хоть за что-то, чтобы понять куда двигаться дальше.
Но кроме знакомого аромата Ирины, не было больше ничего.
И вот наконец-то промелькнул новый момент узнавания.
Саша на мое требование подойти нахмурился, смерил презрительным взглядом и остался стоять на месте.
Могу поклясться, я видел этот взгляд раньше! Он был мне знаком!
А значит, я и раньше вызывал у пацана такие же эмоции.
Но почему?!
Ирина не спешила делиться подробностями. Да она вообще не хотела делиться! Ни туалетом, о котором умолчала, ни дочерью, пытаясь выхватить ее прямо из моих рук!
— Пантелей, ты же понимаешь, что у нас не получится спокойного разговора, если ты продолжишь в том же духе.
— Так перестань нервировать детей! — подсказал я ей дельный совет.
— Я их нервирую?!
— Ну не я же.
Пришлось перехватить дочь, разрывая ее зрительный контакт с матерью.
— Ой ё!
Живописные пятна от каши заляпали не только её, но и меня!
И это было единственное, что нас объединяло.
Я не узнавал дочь.
Вообще.
Никак.
Что было логично. Я, по словам ее матери, никогда ее не видел.
Но должен же я был чувствовать хоть что-то к своему собственному ребёнку?
Рой вопросов метался в башке, требуя четких ответов, но Ирина не торопилась с ответами, и это здорово напрягало. Будто у нее было, что от меня скрывать.
— Не реви. Сейчас мать тебя переоденет и меня заодно, — я поудобнее усадил девочку на руке.
— Во что? У меня нет твоей одежды, — тут же отреагировала Ирина.
— Что-нибудь придумай. Ты же швея.
— Я дизайнер-модельер, — процедила она.
— Тем более. Саш, — я опять переключился на сына. — Подойди.