Уля Ласка – Хочу вкус твоих губ (страница 6)
Анастасия Витальевна меняется в лице, на несколько мгновений теряет дар речи и продолжает, но с какой-то странной интонацией:
— Люба, послушай мой совет: не будь такой наивной. Не наступай вновь на те же грабли.
Что?.. В нее, что ли, вселилась какая-то сущность? О чем вообще речь?!
Анастасия делает шаг ко мне и ещё более приглушённо выдает:
— Я знаю, чем ты занималась с Артемом в холодильнике. Прекрасно тебя понимаю. Трудно устоять перед таким привлекательным во всех отношениях мужчиной. Но поверить в то, что ты реально понравилась Артему? Люба, где он и где ты? Да еще и сегодня, когда ты выглядишь, как серая мышь.
— Ну значит, он любит “серых мышей”, — ухмыляюсь, ничуть не расстроившись. — Яркие попугаи не в его вкусе, — возвращаю ей её же шпильку и слышу злое сопение.
— Он в курсе, кто реальный автор “Блаженства”. И как думаешь, с его амбициями, что перевесит к концу дня ты или его репутация? Он узнает у тебя, Люба, всё, что ему нужно и выбросит, как использованный пакет из-под крема.
Глава 8 Коварное соблазнение?
Артем
Возвращаюсь на кухню.
Все тело вибрирует от таких сильных эмоций, что вместо того, чтобы заняться своими прямыми обязанностями, я хочу выбежать на улицу, затарабанить в грудь, как Тарзан, выпустить из лёгких боевой клич половозрелого самца и пробежать стометровку, чтобы хоть чуть-чуть скинуть напряжение, не нашедшее выхода.
— Эх, Люба-Люба…
А вот ее имя я произношу зря, потому что, как только язык касается нёба, меня накрывает мощным воспоминанием того, что произошло несколько минут назад, а потом затягивает ещё глубже.
Кулинарный конкурс. Множество участников. Я был там мельком. Чтобы пересечься с коллегами. И запомнил её. Девушку с горящими глазами. Такой взгляд невозможно имитировать. Так светятся глаза только по-настоящему увлечённых людей.
Сегодня я узнал её сразу, как увидел. У дверей. Со сломанной ручкой и потухшим взглядом…
И это было неправильно! Противоестественно настолько, что я, наплевав на все нормы приличий прошел за ней и…
— Так. Ресторан. Работа. Гости. Потом Она, — напоминаю я себе порядок действий, но на слове “она”, меня опять ведёт от мягкости ее губ, вкус которых до сих пор со мной.
Вхожу в кухню. Оцениваю работу. Отдаю распоряжения и пусть через силу, но, наконец-то, переключаюсь в рабочий режим. Сушефы не тупят, адекватно реагируют на указания. Половина заказов уже отправилась в зал. Вторая в процессе . Справимся!
И мы справляемся, но тут меня вновь вызывают в зал.
Первые два раза все прошло относительно гладко: две женщины, разочарованные отсутствием "того самого десерта", смягчились после моих комплиментов и обещаний приготовить что-то особенное. Но сейчас, когда я подхожу к столику, я вижу, что ситуация совсем другая.
За столом сидит крупный мужчина лет сорока пяти. Его лицо красное от возмущения, а глаза сверкают, как у разъяренного быка. Он уже успел привлечь внимание других посетителей, и я чувствую, как атмосфера в зале накаляется.
— Где мой десерт? — он бьет кулаком по столу, и стакан с водой подпрыгивает, разливая содержимое на скатерть. — Я пришел сюда именно за ним! Что вам было непонятно в том, что я не хочу замену! Я хочу фирменный десерт вашего ресторана!
Делаю глубокий вдох, стараясь сохранить спокойствие. Чёртово “блаженство” и чёртов Игорь! Он что, подсыпал в него запрещённые вещества? Что тут всех прямо ломает!
— Доброе утро, — начинаю я, стараясь говорить максимально мягко, — к сожалению, сегодня у нас возникли небольшие сложности с ингредиентами для этого десерта. Но я могу предложить вам...
— Не надо мне ничего предлагать! — грубо перебивает он. А я вижу, как несколько посетителей оборачиваются. — Я хочу десерт от вашего шефа! Вы не он! А где он?! Куда пропал?!
Мужик явно не собирается сдаваться. Более того, я уже понимаю, к чему он клонит.
— Он временно отсутствует, — говорю я.
— Временно? — подозрительный взгляд гостя прожигает меня насквозь. — Вы врете! Я думал это только слухи, а теперь убедился лично! Игорь Васильевич ушёл в “Пре…
— Вы не знаете, кто я? — жёстко одергиваю проплаченного наглеца.
— Кто? — от неожиданности теряется он.
— Артем Соколов. И в моих силах устроить так, что Игорь вылетит из ресторанного бизнеса с такой скоростью, что ты не успеешь до него даже доехать. Хочешь проверить?
Я могу. Не так быстро, как обещаю. Придется обзвонить для этого больше десятка людей, плюс время на принятие решения и введения в курс дела ещё дюжины, но моя уверенность производит на него должное впечатление.
— Вопрос исчерпан? — уточняю я.
Зло ухмыляется.
— Ты ни хрена его не вытянешь.
Мужик обходит меня, но не упускает возможности задеть плечом и, громко послав всех присутствующих, выметается из ресторана.
— Уважаемые гости, мне искренне жаль, что вы стали свидетелями этой неприятной сцены. Праздник, не всем мужчинам везёт так, как вашим. Но давайте пожелаем ему, встретить ту самую-самую.
Женщины начинают улыбаться. Мужчины приосаниваются.
Отлично. Но я пришел сюда как шеф, и на целый день меня реально может не хватить.
Раздражённо выдыхаю на подходе к кухне и вдруг чувствую, как кто-то хватает меня за запястье.
Люба?! Моментально переключаюсь на второе дыхание!
Оборачиваюсь — это Анастасия Витальевна. Администратор.
— Артем Сергеевич, — громко шепчет она, продолжая держать меня за руку. — Подождите.
— Что еще? — мне плохо удается скрыть разочарование.
— Видите ли, Игорь Васильевич ушел не просто так, — интригующе сообщает она. — Этот десерт... “Апельсиновое блаженство” стал спусковым крючком.
Я смотрю на нее, не понимая, к чему она клонит. Но что-то в ее тоне заставляет прислушаться.
— Что ты имеешь в виду?
Анастасия оглядывается, словно проверяя, нет ли рядом посторонних, и затем продолжает:
— Дело в том, что Люба, та хамовитая официантка, с которой вы столкнулись при входе, была любовницей Игоря Васильевича. Она очень меркантильная девушка. Соблазнила шефа, чтобы вызнать секрет его гениального десерта. А потом продала его конкурентам.
— Что? — не верю я своим ушам.
— Когда это стало известно, шеф потребовал, чтобы она во всем призналась, — продолжает Анастасия. — Но Люба стала ему угрожать. Говорила, что обвинит его в домогательствах и посадит.
— Да неужели? — спрашиваю я, хотя уже догадываюсь, что будет дальше.
— Шеф был оскорблен такой наглостью и несправедливостью. Он впал в депрессию и уволился, — Анастасия вздыхает и, кажется, даже сочувственно шмыгает носом. — Но вы, Артём Сергеевич, можете спасти ситуацию, — продолжает она. — Я заметила, что Люба уже положила на вас глаз. Вы можете воспользоваться этим, выведать у нее рецепт десерта. И спасти 8 марта в нашем ресторане!
— Ты серьезно?
— Да. Сейчас только утро. Недовольных отсутствием “блаженства” будет все больше и больше, — продолжает нагнетать Анастасия. — Поверьте мне, будет настоящий скандал! — почти в ужасе завершает она.
Глава 9 Игра на опережение
Я опять сижу в подсобке, сжимаю в руках розочку, которую мне подарил Артем.
Она такая красивая, такая нежная... и такая обманчивая. Чувствую, как внутри меня нарастает желание наплевать на всё и уволиться прямо сейчас.
За что? За что мне все это?!
Я всегда жила по принципу: относись к другим так, как хочешь, чтобы другие относились к тебе. Но, видимо, с тех пор, как это правило было утверждено, что-то сломалось. Теперь оно не просто не работает — оно вредит. Оно заставляет меня чувствовать себя дурочкой, которая верит в добро, а взамен получает только удары судьбы.
Но жизнь продолжается. К тому же в регулярных предательствах тоже есть плюс: к ним привыкаешь, и с каждым разом приходишь в себя быстрее.
Встаю, подхожу к зеркалу, привожу себя в порядок: смываю следы слез, поправляю волосы, наношу легкий слой помады.
Розочку от Артема я без сожаления выбрасываю в урну.
— Хватит, — говорю я себе вслух. — Хватит быть жертвой.
Я выхожу в зал. Поток посетителей увеличивается, и я снова берусь за работу. Заказ за заказом, и я не могу не отметить с легким злорадством, что гости продолжают спрашивать