Ула Ноктюрн – Пожиратели. Охотник (страница 4)

Рывком повернув голову, она увидела глаза, полные безразличия с иссиня-черной склерой и зрачком, особенно ярко на их фоне сияла кроваво-красная радужка, она в прямом смысле источала свет, словно задние фары автомобиля. Сверкнула молния, и Лили на долю секунды увидела и его самого, бледно-серая кожа выше носа переходила в черноту так же, как и на руках, а на шее и оголенном торсе зияли шрамы.

Лицо могло бы казаться миловидным, если бы не глаза – он смотрел на нее оценивающим, полным презрения взглядом, наклонив голову набок. Это движение было неестественным и скользким, как у хищного зверя, который не просто рассматривает жертву, но и исследует каждую ее слабость. В нем было что-то зловещее, почти гипнотическое. Лили жадно хватала ртом воздух, пока рука все сильнее сдавливала ее тонкую шею, по щекам потекли слезы, и она зажмурила глаза так крепко, как могла.

За окном едва светало, и комната тонула в полумраке. Лили вскочила на постели, крича в испуге, футболка была насквозь пропитана холодным потом, а сердце норовило выпрыгнуть из груди. Дыхание было сбитым и тяжелым, а каждый вдох давался с трудом. Все еще ощущалась мерзкая тяжесть на горле и боль внутри. Осознав, что наконец-то смогла проснуться, Лили в испуге схватилась за шею ощупывая. Не найдя на ней чужих рук, она успокоилась хотя бы этим. До конца не отдышавшись, она убрала прилипшие волосы с лица, отбросила мокрое одеяло и несмело опустила ногу на пол. Взгляд метнулся к краю кровати, и нога быстро вернулась под одеяло. Девочка, считающая, что не боится темноты, не может даже встать с кровати. Она, как маленький ребенок страшилась теперь, что жуткая черная лапа с когтями схватит за ногу и утащит вниз. Но в отличие от бесплодных страхов ребенка, она своими глазами видела то, чего боялась.

Лили пролежала, накрывшись одеялом с головой, до самого утра, перебиваясь дремотой между паническими взглядами наружу. Убедившись, что солнце уже встало достаточно высоко, она на цыпочках быстро пробралась в ванную, захлопнув за собой дверь.

Перед зеркалом, Лили осмотрела шею – следы пальцев ночного гостя ясно читались. Огромной волной накатил неописуемый ужас. Сны стали не просто видениями – они оставляли следы, физические, реальные. Лили вспомнила про свои мысли во сне – умрет ли она на самом деле, если умрет там? И теперь она не сомневалась. Да, несомненно, умрет.

Отойдя от зеркала, Лили прислонилась спиной к стене, медленно сползла по ней и начала тихо плакать, прикрыв рот дрожащей ладонью. Кто он? Зачем пришел? Проснулась ли она сама, или он отпустил ее? Взгляд упал на ванну – единорог появился здесь. Может ли в этом мире материализоваться и то существо. Лили не хотелось об этом думать, но мысль крутилась как заезженная пластинка снова и снова. Что, если он появится перед ней. Со своими жуткими горящими глазами полными… Презрения? Злобы? Ужасные животные повадки одновременно были и пугающими, и грациозными, а когда он душил ее, ни одна мышца на руке будто совсем не напряглась. Единорог показался лишь однажды, оставалось надеяться, что это существо не явится вовсе.

Взволнованно перебирая свои самые лучшие вещи, Хейли выкладывала их из шкафа на постель одну за другой. Она долго ждала этот день, и он, наконец, настал. Родители успешно обмануты, Стейси встретит их неподалеку, осталось набраться смелости и выбрать, в чем Хейли вступит в свою взрослую жизнь. Лили всегда относилась критично к поведению Стейси, в отличие от подруги, которая постоянно завидовала сестре, мечтая быть в центре внимания парней и одеваться вызывающе. Родители бы этого никогда не позволили. Хорошая девочка, которая хочет быть плохой – так можно было бы описать Хейли одной фразой. Возможно, будь у нее иная подруга, все сложилось бы иначе, она не была бы столь послушной, правильной и приличной. Такие мысли даже приходили ей в голову, но быстро отбрасывались, она ценила ту заботу, которую ей дарила Лили. Или хотя бы старалась.

Стояла у окна, Лили всматривалась в сгущающуюся тьму. Мысль, что Хейли будет рядом, успокаивала: вдвоем они справятся с любым чудовищем. Но страх, хоть и был притуплен обществом подруги, никуда не ушел и оставался с самого пробуждения. Она нервно теребила пальцами широкий чокер, что скрывал след ее нового знакомого. Почему-то перед глазами у нее появилась его ухмылка, хотя он не улыбался, совсем. Лицо выглядело полным безразличия и даже презрения к ней. Она никак не могла выбросить его из головы, словно он уже глубоко проник в самые темные уголки ее разума, тихо сидя с капающей на пол слюной и горящими глазами, ожидая своего часа.

– Эй, – прокричала Хейли, – Ты меня слышишь?

Вздрогнув, Лили обернулась, она настолько увлеклась своими мыслями, что не слышала, как Хейли звала раз за разом.

– Прости, – Лили чувствовала себя неловко. – я задумалась.

– У тебя все в порядке? – голос Хейли стал взволнованным.

– Да, я просто плохо спала.

– Хочешь об этом поговорить?

– Я в порядке, – Лили кое-как натянула улыбку, – Что ты там говорила?

Но она не была в порядке, мысли были скомканы в неприятно елозящий клубок, как рана, которая ноет без конца и никак не хочет заживать. Тем не менее она подошла к Хейли, и они вместе выбрали наряд – нежное легкое белое платье немного выше колена и умеренным декольте. Грудь Хейли делала его более смелым, но еще недостаточно вульгарным. Мама Метьюс такое все равно бы не одобрила, поэтому девушкам предстояло преодолеть последнее препятствие – выскользнуть из дома незамеченными.

Осторожно, на цыпочках они спускались по лестнице, пока почти на финишной прямой предательски не заскрипела ступень. Хейли замерла и зажмурилась в ожидании прихода мамы и предстоящего скандала. Им бы, скорее всего, пришлось возвращаться, а Хейли переодеваться, но прошли несколько секунд, и шагов не было слышно. Девочки переглянулись и сразу же направились к входной двери, а выбежав, принялись хохотать, быстро удаляясь от дома. Их небольшое приключение уже началось.

На улице совсем стемнело и было практически безлюдно. Хейли переполняли эмоции, и она подпрыгивала в предвкушении, задорно напевая себе под нос. Ее подруга не была столь же радостна и мрачно шагала, глядя под ноги. Ветер, совсем не дружественный, так и норовил приподнять платье Хейли, которое она то и дело поправляла, опуская на место. Подумав, что она сейчас похожа на Мерлин Монро, Хейли тихонько рассмеялась себе под нос, оглянувшись на Лили, чтобы убедиться, что та этого не заметила.

Она этого даже не услышала, погруженная в свои переживания, Лили вглядывалась в рисунок на асфальте, концентрируясь на том, что она видит, а не чувствует. Фантомная тяжесть на шее стала вновь ощутима. Нет, не было рядом никакого монстра, но ощущение удушья вернулось, возможно, волнение накладывало отпечаток, но после всех событий было сложно доверять глазам и даже разуму. Простые кошмары не оставляют следов на вашем теле, не так ли? Или это Лили своими же руками во сне и оставила эти отметины. Да, это же могла быть она, лунатики часто делают странные вещи и даже не помнят об этом, такой вариант был бы более правдоподобен. Вот только Лили никогда этим не страдала, а он чаще всего начинается у детей в возрасте от четырех до двенадцати лет, этот порог она уже давно перешагнула.

Впереди возле дороги стояла Стейси, нервно хлопая смартфоном по ладони, выражая всем своим видом, что уже устала ждать. Когда девочки подошли к ней, она отбросила назад уложенные в кудри длинные русые волосы и демонстративно постучала пальцем по запястью. Хотя от назначенного времени и прошло всего лишь две минуты, ей важно было показать, кто здесь главный. Она молча осмотрела их и надменно вздохнула.

– Говорю сразу, – в тоне Стейси чувствовалась манерная стервозность, присущая иконным задирам, – Если я кого-то подцеплю, вы сами по себе.

– Но я думала… – растерянно начала Лили.

– Нет, я с вами нянчиться не буду, уяснили?

– Да, без проблем, – Хейли прошла вперед и виновато улыбнулась.

– Отлично, ну, пошли.

Ехидно ухмыльнувшись, Стейси направилась в сторону дома, покачивая бедрами, обтянутыми кожаными брюками. В момент, когда она не язвила, кончики губ были слегка приподняты, создавая улыбку, полную пренебрежения, будто мир вокруг не стоил ее внимания. Этот едва заметный жест придавал лицу особую надменность, словно она смотрела свысока на все, что ее окружало.

У дома стояло много машин, а изнутри доносились громкая музыка и крики гостей: раздраженные, веселые и возбужденные. На лужайке кто-то уже лежал в неудобной позе, пуская слюну на газон – Стейси невозмутимо перешагнула пьяное тело и вошла внутрь. Такая атмосфера не вызывала у нее никаких эмоций, казавшись вполне обыденной.

Другое дело девочки, которые встретились с таким впервые. Хейли обернулась к Лили, поймав недовольный взгляд и сложенные на груди руки. Это было совсем не по плану, опека Стейси сильно не успокаивала, но теперь они были совсем одни в этом доме похоти и разврата.

– Ты же обещала.

– Прости… – Хейли с виноватым видом неловко улыбнулась, – Ты же знаешь, как я хотела сюда попасть.

– Посмотри на это, – она указала на лежащего человека, – Ты довольна?

– Мы же еще не были внутри.