Уитни Грация Уильямс – Турбулентность (ЛП) (страница 43)

По старой привычке докапываться до истины, я перемотала ролик на YouTube на момент демонстрации полетов Эвана в академии, увеличив серую цифровую фотографию в не лучшем качестве с изображением его студенческого удостоверения. Затем я отыскала номер летной академии и набрала номер, как только он высветился на моем экране.

— Приемная, — ответил мужской голос спустя два гудка. — Чем могу вам помочь?

— Я… — я откашлялась. — Я провожу небольшое исследование для журнала Таймс. Мы составляем профиль выпускника вашей академии.

— О, здорово. — Он, кажется, был рад. — Мы всегда за подобное. Что вам нужно от меня?

— Я просто проверяю факты, хочу удостовериться, что вся основная информация верна.

— Понятно. — На фоне послышался звук нажатия клавиш клавиатуры. — В наши дни невозможно быть в чем-либо слишком уверенным, верно? Одну секунду… — Еще больше звуков клацанья клавиш. — В соответствии с нашей политикой, я могу лишь подтвердить или опровергнуть вашу информацию, основываясь на данном мне вами номере удостоверения. Он ведь есть у вас?

— Да. Пять, четыре, восемь, девять, семь. — Я смотрела на снимок. — Один, ноль, ноль, девять.

— Хорошо. Что вы хотите знать?

— Выпустился ли этот студент с отличием?

— Наивысшие отметки. Выиграл каждую чертову награду в проклятой книге. — Он засмеялся. — Похоже, мы даже создали одну ради него на последнем году обучения.

— Не могли бы вы подтвердить имя?

— Только после того, как вы мне его назовете.

— Верно… Гм, Пирсон. Эван Пирсон.

— Нет, мисс. Не это имя значится в наших записях. Возможно, вы перепутали…

— Да, простите, — перебила я его. — Я посмотрела не на ту страничку. Уэстон. Джейк Уэстон.

— Это он. Джейк С. Уэстон. — Он выдержал паузу. — Он согласился на создание прессой профиля?

— Мы долго его убеждали. — Я собиралась уже положить трубку, но подумала о еще одной вещи. — А у вас случайно нет ежегодника? Цифровой копии?

— Я могу выслать вам пароль для этого, но он истечет через час. Хотя вы в любом случае не имеете права использовать любое из этих фото для печати.

— Не буду. — Я продиктовала адрес электронной почты, поблагодарила его и закончила разговор. А затем смотрела на свой почтовый ящик, ожидая, пока придет сообщение. Когда через десять минут оно пришло, я тут же нажала на ссылку и пролистала отсканированные страницы ежегодника, остановившись в полнейшем шоке, когда достигла буквы У.

Там, на самом верху странички было запечатлено молодое лицо Джейка, гордо улыбающегося в камеру. Я открыла вкладку со снимком Эвана рядом с фото Джейка и осознала, что он просто приклеил в фотошопе свое лицо поверх лица Джейка.

Я нашла еще несколько снимков Эвана из прессы — фото, где он играет на лужайке академии или стоит перед небольшими самолетами. И снова прокрутила ежегодник академии, отмечая, что каждая из этих фото также была отфотошоплена.

Какого черта…

Я набрала в гугле «Сара Ирен Пирсон», и изображение ее красивого улыбающегося лица рядом с Натаниэлем появилось под заголовком о ее гибели. Но это была не биографическая статья о ней, а просто ссылки, ведущие к истории крушения рейса 1872 и снимкам плачущего Натаниэля со стоящим рядом Эваном на ее похоронах.

Джейка нигде не было, ни на одном фото. Он даже не был упомянут в ее публичном некрологе. Словно они стерли само его существование.

Я немедленно закрыла ноутбук, решив, что хорошего нужно понемножку. Мне не стоило копать глубже, не следовало знать большего.

Я легла на кровать, пытаясь изо всех сил прекратить гадать о том, почему кто-то поступил так с Джейком, и почему он все еще позволял все этой шараде иметь место в течение стольких лет. Я повернулась набок, чтобы установить будильник, но тут в мою дверь постучали.

Смущенная, я встала и открыла дверь, встречаясь лицом к лицу с Джейком.

— Какого… — Я сделала шаг назад. — Разве ты не должен быть на Гавайях прямо сейчас?

— Что, на хрен, означает твое сообщение? — спросил он, поднимая телефон у меня перед носом.

Я моргнула, все еще не в силах переварить то, что он стоял прямо передо мной в данный момент. Выглядя очень раздраженным, он был одет в обычную серую футболку, обтягивающую его мышцы во всех нужных местах, и темно-синие джинсы, которые лишь сильнее подчеркивали сияние лазурных камушков в его еще одних часах.

— Джиллиан? — Он прищурил глаза. — Какого хрена означает твое сообщение? — Звук открывающихся дверей лифта раздался из конца коридора, так что я затащила его в свой номер.

Захлопнув двери и избегая взгляда на Джейка, я откашлялась.

— Это моя попытка сказать «прощай».

— А ты не считаешь, что немного грубо не сказать мне этого в лицо? — Он приподнял мой подбородок, вынуждая встретиться с ним взглядом. — Ты могла бы подождать и сказать мне это на следующей неделе в Нью-Йорке.

— До или после того, как позволила бы себя трахнуть?

— Предпочтительно, после. — Он улыбнулся. — Это типа шутка?

— Нет. — Я покачала головой. — Я правда хотела попрощаться и покончить с этим, ради меня.

— Достаточно справедливо, — сказал он. — Мне нужна причина.

— Я только что назвала тебе одну.

— Желание попрощаться — это не причина.

— Ладно. — Я сглотнула, когда он провел пальцем по моей ключице. — Это против правил.

— Ты знала, что это против правил с самого начала. Попытайся снова.

— Мой руководитель узнала все и угрожала мне увольнением. Я не хочу погубить свою карьеру ради секса с тобой.

— Она не станет тебя увольнять. — Он, казалось, веселился. — Если бы она собиралась, то просто сделала это после гала-ужина, когда услышала, как я практически сказал, что мы трахаемся. — Он опустил руку мне на талию. — Но теперь, когда она знает, нам нужно быть более осторожными. Учитывая еще и то видео с камеры безопасности, где мы целуемся в коридоре.

Мои глаза округлились.

— Ты себя слышишь, Джейк? Разве это не идеальная причина со всем этим покончить?

— Нет, и я все еще жду, что ты предоставишь мне достойную причину. Ты закончила?

Несколько секунд я молчала.

— Ты меня больше не привлекаешь.

— Причина, которая не оскорбляет мои умственные способности. — Он убрал прядь волос мне за ухо. — Скажи правду.

— Я в тебя влюбилась.

Он моргнул.

— И я чувствую, что ты не хочешь и не станешь никогда чувствовать ко мне того же, так что учитывая угрозы моего руководителя, думаю, лучше будет прервать все на данном этапе. — Я отступила назад. — Таким образом, у меня никогда не будет соблазна произнести слова «мы», «большее» или…

— Отношения, — закончил он за меня и сжал мое запястье, притягивая обратно к себе. — Я помню.

— Итак, — сказала я, глядя ему в глаза. — Думаю, это конец. — Я ждала, что он уйдет, но Джейк не сделал этого. Вместо этого он стоял, глядя на меня, приковывая взглядом к месту.

— Ты уверена, что не путаешь страстное увлечение нашим сексом с влюбленностью? — Он обнял меня за талию, лаская пальцами мое бедро. — Может, в этом проблема.

— Проблема не в этом. — Мой голос был тише шепота. — Думаю, независимо от того, на что мы согласились, ты ранишь мои чувства в будущем.

— Ты не гадалка, Джиллиан, — сказал он. — Ты и понятия не имеешь, что нас ждет, и так как ты должна меня знать, чтобы полюбить, думаю, это лишь временная влюбленность. — Он прижал к моим губам пальцы до того, как смогла хоть что-то ответить. — Взаимная, временная влюбленность.

Не говоря больше ни слова, Джейк переплел наши руки и потянул меня к постели. Зарываясь второй рукой в мои волосы, он выглядел так, словно хотел меня поцеловать, но я покачала головой.

— Я не временно влюблена в тебя, Джейк, — сказала я. — Я люблю тебя, я имею в виду пиздец, как люблю, и мне не нужно, чтобы ты пробовал убедить меня в обратном. Как бы не был замечателен секс с тобой, я не собираюсь продолжать рисковать своей карьерой ради него или позволять ранить свои чувства тем фактом, что кто-то не любит меня в ответ. Итак, думаю, тебе стоит уйти. Сейчас же.

Смущение отразилось на его лица, но Джейк так ничего и не ответил. Он просто смотрел на меня.

— В любом случае, почему ты здесь? — Я оттолкнула его. — Ты должен быть на Гавайях.

— Я подумал, что хотел тебя увидеть. — Он покачал головой. — Но сейчас, когда ты снова решила, что можешь буквально сделать самые бессмысленные разговоры в десять раз бессмысленнее, я пришел в себя. Так что увидимся в пятницу в Нью-Йорке. Е4. — Он направился к двери.

— Ты разве не слышал, что я сказала? — Я насмехалась. — С нами покончено. Все. Я не приду.

— Иисусе, Джиллиан, — застонал он, все еще не останавливаясь. — Я понял твою чертову точку зрения. А теперь могу ли я покинуть эту комнату до того, как ты скажешь еще что-то?