Уитни Грация Уильямс – Любовь среднего возраста (ЛП) (страница 56)
Я смотрел, как вздымается и опускается грудная клетка Клэр, когда она лежала на моем диване. Она заснула через несколько минут после того, как мы занялись сексом возле моих офисных окон.
Я поднес свою руку к ее лицу и убрал несколько выбившихся прядей со лба, улыбаясь тому, насколько она была красива, какой умиротворенной выглядела.
Сегодня она не нанесла никакого макияжа, и впервые я понял, что у нее были легкие веснушки на каждой щеке, что ее длинные и густые ресницы естественно завивались вверх. И я целовал ее тысячи раз, но никогда не замечал крошечную коричневую родинку над ее верхней губой.
Почему я не замечал ее раньше до этого года? Мы должны были пересечься по крайней мере один раз...
Я не был уверен, что происходило между нами, но что бы это ни было, мне не хотелось, чтобы это прекратилось. Я никогда не чувствовал ничего подобного.
Женщины, с которым я был в прошлом, являлись для меня в основном способом скоротать время, способом заполнить свои дни чем-то постоянным, пока мне не надоедало или не отпугивало их странное поведение. Но Клэр не надоедала мне, никогда не раздражала меня — даже когда доводила меня до бешенства.
Я водил кончиками пальцев по ее рту, и ее глаза распахнулись.
— Привет.
— Привет... — Она моргнула и медленно выпрямилась. — Ты возбуждаешься, когда смотришь на меня спящую?
— Нет, но, если бы ты не храпела так, может быть, возбудился бы.
Она закатила глаза и похлопала по своему плечу, дав таким образом понять, что хочет снова одеться.
Я поднял с пола лифчик и обернул его вокруг ее спины. Затем уставился на него на несколько долгих секунд, обратил внимание на черное кружево, покрывавшее чашечки, на красный шелк, располагавшийся по краям. Посмотрел вниз и понял, что ее трусики были точно такими же.
— Это новый бюстгальтер? — Я надел лямки ей на плечи. — Никогда не видел, чтобы ты надевала его.
— Думаешь, что я купила новое белье для тебя?
— А разве нет?
— Нет. — Она наклонилась и потянулась за рубашкой. — Не хочу огорчать тебя, но ты не настолько особенный... Я нашла его в своем шкафу вчера, когда наводила в нем порядок и…
Я дотянулся до нее и аккуратно оторвал маленькую белую бирку, что висела сбоку. Затем показал ей и улыбнулся.
— В следующий раз, когда тебе представится случай найти что-то в своем шкафу, убедись, что ты отрезала бирку.
Ее лицо стало ярко-красным.
— Мне очень нравится. — Я поцеловал ее правую лямку и помог ей с рубашкой. — Не хотела бы ты пойти на ужин сегодня вечером? Куда захочешь — и, да, мы можем организовать все в отдельной комнате.
Она ничего не сказала. А просто сидела там краснея.
— Клэр?
— Я не могу... Я должна быть дома в восемь вечера. Я помогаю девочкам делать кексы для продажи домашней выпечки.
— Продажа домашней выпечки? Для чего?
— Для группы поддержки. — Она надела брюки. — Их будет двадцать человек, и мне нужно убедиться, что мой дом не сгорит.
— Хм. Твои дочери знают, что ты встречаешься со мной?
— Еще нет...
— Хорошо, раз мы не можем организовать ужин, давай воспользуемся тем небольшим количеством времени, которое у нас есть.
— Как насчет того, чтобы посмотреть кино у тебя? Думаю, так бы я успела вернуться вовремя.
— Нет. У меня есть гораздо лучше идея. — Я встал и схватил ее пиджак с вешалки. — Как ты относишься к пицце?
—
— Да. Это — популярное блюдо из теста, томатного соуса и сыра. Его запекают в духовке и продают в коробках по всему миру.
Она улыбнулась.
— Ты не похож на человека, который ест пиццу на вынос.
— Кто говорил что-нибудь о выносе?
Клэр бросила еще один шарик теста в воздух и взбила его руками, делая облако из муки, опадающее на мой пол. Затем она хихикнула, как ребенок.
Я покачал головой.
— Многого не надо, чтобы развлечь тебя, не так ли?
— Это не я предложила сделать пиццу с нуля... Моя мама раньше делала ее со мной и моим… — Она остановилась. — Она покупала самые лучшие ингредиенты в магазине, и мы тратили целую субботу на выпечку пяти или шести огромных пицц.
— Звучит забавно.
— Это было...
Просигналил таймер духовки, и я взял прихватку в руку. Затем осторожно вытащил пиццу с пепперони и шпинатом с подставки и поставил ее на кухонный остров.
Я почувствовал, как Клэр двинулась позади меня и обернулся.
— Что ты делаешь?
— Я собиралась налить нам обоим по бокалу вина. — Она подняла бокалы, а глаза встретились с моими. — Ты не хочешь?
— Хочу... — Мой пульс начал ускоряться.
— Красное подойдет?
— Идеально...
Мы остановились и уставились друг на друга, не двигаясь, ничего не говоря. Прозвучал второй сигнал, для хлебных палочек, но ни один из нас не сделал попытку отключить его.
Я преодолел разрыв между нами и обернул руку вокруг ее бедер, глядя в ее великолепные зеленые глаза, делая вид, что не замечаю, как громко ее сердце колотится в груди.
Она протянула руки и поместила их вокруг моей шеи, прижав свое тело плотно к моему, встав на цыпочки, чтобы достичь моих губ.
Я наклонился, чтобы поцеловать ее, наблюдая, как она закрыла глаза, как начала тяжело дышать в ожидании, но потом остановился.
Я прочистил горло.
— Мы должны поесть.
Она открыла глаза и сделала шаг назад.
— Да, ты прав... — Клэр обошла меня и схватила бутылку вина.
Я подождал, пока она села, и мы ели пиццу в нашей собственной особенной тишине — хотя в этот момент я даже не был уверен, можно ли было это действительно назвать «тишиной». Для общения нам достаточно было смотреть друг на друга, слова на самом деле не были важны.
Я мог сказать, когда она думала о работе, когда — о нас, когда делала свое лучшее непроницаемое лицо, чтобы притвориться, будто не думает обо мне.
Она положила свой кусочек пиццы и вздохнула.
— Где ты покупаешь вино?
— Что ты имеешь в виду?
— У тебя есть винные залы во всех местах, которые ты показывал мне, даже на яхте. Но ни одна из марок не является местной, и я знаю вино своей страны. Ты не можешь покупать большую часть своей коллекции в Америке.