И встретим их с ее душой в когтях!
Распахнуты огромные ворота,
И появляется Балор оттуда
В носилках медных; бесы поднимают
Тяжелые опущенные веки
Глаз, что когда-то превращали в камень
Богов могучих; вот предатель Барах
И Кайлитина буйное потомство,
Сгубившего друидовым заклятьем
Мощь сына Суалтима и Декторы,
И тот король, что умертвил коварно
Возлюбленного Дейрдре безутешной;
Их шеи странно вывернуты набок —
За то, что жили кривдой и лукавством
И с вывертом, с подвохом говорили.
Куда ты, цапля, в этакую бурю?
Где госпожа графиня? Целый день
Она едва удерживала слезы —
И вдруг пропала. Где она?
Не здесь.
Она нашла себе других друзей —
Из преисподней. Не боишься, цапля?
Тут всюду бесы рыщут.
Боже правый!
Спаси ей душу!
Только что она
Ее весьма удачно обменяла,
Забыв и про меня, и про тебя.
Там бледная и гордая Оркилла,
Бесплотная, как тонкий пар рассветный,
Но с сердцем вожделеющим и жарким;
Вокруг нее — толпа прозрачных женщин,
Манящих демонов зазывным смехом;
За нею — греющийся грешной кровью
Рой призраков; их розовые ногти
Становятся ужасными когтями...
Они затягивают песню — слышишь? —
Есть музыка еще в устах бесплотных.
Спаси нас от нечистых,
Царь Всевышний —
А если нужно, чтоб душа погибла,
Возьми мою, а госпожу помилуй!
Что толку в этих глиняных горшках,
Когда фарфоровый сосуд расколот?
Под деревом, как раз на повороте,
Она вдруг побледнела и упала.
Мы понесли ее сюда, а ветер
Взметнулся разом, небо почернело,
Гром громыхнул, да как! — мы отродясь
Не видели таких ужасных молний!
Заприте крепче дверь.
Не дайте буре
Меня умчать с собой! Держите крепче...
Молчи!
Замолкни! Перестань! Молчи!
Сложите все мешки с деньгами в кучу.
Когда я отойду, возьми их, Уна,
И раздели, чтоб каждому досталось,
Сколь надобно.
А хватит ли детишкам,
Чтоб голод пережить?
О Матерь Божья
И ангелы — заступники святые!
Пусть все погибнут, но ее спаси!
Склоните лица, Уна и Айлиль;
