Уильям Тенн – Непристойные предложения (страница 34)

Возможно, это какой-то побочный продукт активности человеческого головного мозга, который был ощутим только флефнобами и причинял вред только им?

В конце концов, он же может слышать мысли флефнобов, а они не способны слышать его. Вероятно, единственный способ, которым он мог показать им свои умственные способности, это сильнейший удар мысли, который буквально разрывал их на куски.

Однако очевидно, что он не мог включать и выключить эти способности по собственной воле, ведь он не смог хоть как-то помешать Лирлду, когда тот выстрелил в первый раз.

Внезапно его настигли целые потоки новых, возбужденных мыслей. Они возникали где-то совсем рядом, снаружи.

Пришел Рабд со своим отрядом.

– Вы трое – вниз по улице, – командовал молодой флефноб. – Вы вдвоем и вы вдвоем прикройте переулки. Не тратьте много времени на поиски в зданиях. Я абсолютно уверен, что монстр притаился где-то в темноте, подстерегая новую жертву. Танх, Зогт и Леув, за мной. И не спускайте концы щупалец с курков – эта тварь безумно опасна. Помните, ее нужно уничтожить, прежде чем она начнет размножаться. Только подумайте, какой станет наша планета, если по ней забегет пара сотен этих плоскоглазых чудовищ!

Мэншип с облегчением вздохнул. Если они надеялись найти его на улицах, то значит, у него было немного времени.

Он потянулся разумом за Рабдом. Это было совсем не трудно, просто следовало сконцентрироваться, и уже мысли всех других существ блокировались сами собой. Следуй за разумом Рабда, следуй за его мыслями. Теперь надо заблокировать разумные мысли Рабда. Вот. Слой подсознания, структуры памяти. Нет, не увлечение самкой флефноба в прошлом месяце, все ее глазки и мягкие щупальца, чтоб тебя!

Структуры памяти, более глубинные. – При посадке на планету типа C-12. … Нет, не это. Еще раньше. Вот оно! – После продува переднего реактивного двигателя, аккуратно отожмите…

Мэншип изучил инструкции по эксплуатации в памяти Рабда, останавливаясь время от времени, чтобы прояснить какую-то концепцию, свойственную особой терминологии флефнобов, а также когда ум инопланетянина посещала сладострастная мысль о Тект и все остальное просто-напросто размывалось.

Он заметил, что все знания, получаемые им таким образом, казались осевшими в его сознании навечно, так что не было необходимости возвращаться и повторять их еще раз. Он заключил, что возможно, эти знания оставляли нестираемый отпечаток в его памяти.

Теперь он знал все. Во всяком случае и насколько хватало его понимания – как управлять кораблем. В последние несколько мгновений он научился управлять кораблем так, как будто умел управлять им уже многие годы, во всяком случае, по памяти Рабда. Впервые за последнее время Мэншип ощутил уверенность в себе.

Но как найти маленький космический корабль на улицах этого до невозможности странного города? Он сжал кулаки, покрывшись потом от этой трудной задачи. После всех испытаний…

Но у него уже был ответ. Он узнает, как добраться до корабля в сознании Рабда. Конечно. Рабд… Старая добрая энциклопедия! Конечно же, он должен помнить, где припарковал свой транспорт.

И он действительно помнил. Используя свои навыки, словно обретенные за годы практики, Клайд Мэншип прошерстил мысли флефноба, отметая одни, воспринимая другие… Следуя вниз по потоку цвета индиго миновать пять блоков. Затем повернуть и пойти вверх по впадающему красному… Наконец, он получил полный, навсегда отпечатавшийся в памяти маршрут до трехтурбинного прогулочного катера Рабда, как будто он изучал этот маршрут в аспирантуре последние шесть месяцев.

Довольно неплохо для неповоротливого молодого доцента сравнительного литературоведения, который имел столько же практики в телепатии, сколько в охоте на африканских львов! Но возможно… возможно это был вопрос сознательного опыта телепатии; возможно, человеческий разум привык к такому виду регулярной, глубокой, подсознательной телепатии, начиная с самого рождения, и лишь близость к таким существам, как фленобы, позволила выявить подобные скрытые и неведомые возможности.

Это могло объяснить то, как быстро он овладел этим навыком, показавшемся аналогичным столь внезапному и удивительному таланту формировать целые слова и предложения после месяца занятий ничем иным, кроме как составлением ничего не значащих комбинаций букв в определенной алфавитной последовательности.

Если это и может быть интересным, то, во всяком случае, не в его сфере деятельности и не при преодолении сложившихся трудностей. И уж в любом случае не сегодня.

Сейчас ему нужно было во что бы то ни стало незамеченным для толпы линчевателей снаружи выскользнуть из здания и быстро направиться к нужному месту. В конце концов, довольно скоро они смогут собрать ополчение для эффективной борьбы с таким злобным и уничтожающим все на своем пути существом вроде него…

Он выскользнул из своего укрытия и добежал до двери. Зигзагообразная дверь открылась. Он вышел на улицу и запнулся о черный чемодан с щупальцами, который, по всей видимости, намеревался войти.

Флефноб быстро пришел в себя. Не поднимаясь, он направил свое спиралевидное оружие на Мэншипа и начал его взводить. И опять у землянина все окоченело от страха, ведь он знал, на что способна эта штука. Быть убитым сейчас, после всего, что ему удалось пережить…

И опять флефноб зашелся в дрожащем умственном крике:

– Плоскоглазый монстр… Я нашел его… Его глаза… Глаза. Зогт, Рабд, на помощь! Его глаза…

От него не осталось ничего, кроме дрыгающегося щупальца и студенистого комка, который вяло колыхался в маленьком углублении рядом со стеной. Не оглядываясь назад, Мэншип побежал.

Поток красных точек пролетел у него над плечом и растворил куполообразную крышу по курсу его движения. Он повернул за угол и побежал быстрее. По утихающим телепатическим выкрикам за своей спиной он с облегчением понял, что ноги позволяют перемещаться гораздо быстрее, чем щупальца.

Он нашел потоки нужных цветов и начал пробираться к кораблю Рабда. Раз или два на его пути попадались флефнобы. Однако они не были вооружены.

От одного лишь его вида эти прохожие обвивали свои тела щупальцами, прижимались к ближайшей стене, издавая жалкие мысли, вроде «Крм, спаси меня, Крм, спаси меня» и, похоже, теряли сознание.

Он был рад, что на дорогах не было движения, но недоумевал, почему, особенно учитывая тот факт, что это были жилые кварталы города, насколько он понял по умственной карте, позаимствованной у Рабда.

Ответ он получил после еще одного громогласного рева, раздавшегося у него в сознании.

– Это Пукр, сын Кимпа с последним развитием событий вокруг плоскоглазого монстра. Во-первых, Совет просит меня уведомить всех, кто еще не был проинформирован через личную службу блельги о том, что в городе введен комендантский час.

Повторяю: в городе введен комендантский час! Ни один гражданин не должен выходить на улицы до дальнейших указаний. Армейские подразделения и космический флот, а также тяжелые мазельтоверы в срочном порядке вводятся в город. Не попадайтесь им на пути! Не выходите на улицы!

Плоскоглазый монстр опять совершило убийство. Десять кратких скимов назад он убил Леува, сына Йифга в непрекращающемся бою вблизи Колледжа точной Турка-слеги. Практически растоптал Рабда, сына Гломга, который отважно бросился наперерез монстру, доблестно пытаясь его задержать. Однако Рабд считает, что серьезно ранил его метким выстрелом из своего бластера. Оружие монстра – высокочастотный луч, исходящий из глаз…

Незадолго до этого сражения плоскоглазый ужас из внешнегалактических пустошей, по всей видимости, забрел в музей, где полностью уничтожил ценную коллекцию зеленых фермфнаков. Они были обнаружены в бесполезном окрыленном состоянии. Зачем он это сделал? Бессильная злоба? Некоторые ученые считают, что этот вредоносный акт указывает на наличие разума довольно высокого порядка, поэтому такой разум, если он существует, дополненный фантастическими способностями, которые монстр уже проявил, делают уничтожение этого монстра гораздо более трудной задачей, чем ранее представлялось местным властям.

Одним из таких ученых является профессор Вувб. Он считает, что только надлежащая психо-социологическая оценка монстра и понимание специфических культурных черт среды его обитания позволят выработать адекватные контрмеры и спасти нашу планету. Поэтому в интересах выживания всех флефнобов мы пригласили профессора в студию, чтобы он поделился своими знаниями. Следующим разумом, который вы услышите, будет разум профессора Вувба.

Когда гость начал рассуждать (со зловещей интонацией): «Чтобы понять любые специфические культурные черты в среде его обитания, нам нужно задать вопрос, а что вообще мы понимаем под культурой. Думаем ли мы, к примеру, что культура – это…, – Мэншип уже достиг посадочной площадки.

Он пробрался к ней с того конца, где между огромным межпланетным транспортником, который только снаряжали в путь, и каким-то складом стоял трехтурбинный прогулочный катер Рабда. Мэншип, конечно, не был уверен, что это транспортный корабль и склад, так как уже и без того сильно ошибался, пытаясь определить флефнобовские эквиваленты человеческой деятельности.

Похоже, посадочная площадка никак не охранялась, не была особо хорошо освещена, да и все особи по соседству мельтешили вокруг транспортника.