Уильям Шатнер – До сих пор (страница 39)

Щёлк. Погодите-ка! Внезапно до меня дошло — «Плейбой»! Я прекрасно понял, что они делали.

— Развяжите меня! — закричал я.

Фотограф быстренько начал паковать свои камеры. И как только меня отвязали, я помчался за фотографом — единственный раз за всю свою жизнь:

— Отдайте мне эту плёнку!

— Нет. Это моя плёнка.

Я схватил его за руку, пытаясь отнять камеру. Он начал орать:

— Уберите от меня свои руки! Отстаньте от меня!

— Дайте мне плёнку!

— Отстаньте от меня!

Мы начали бороться. Это была невероятно абсурдная ситуация. Я сцепился с фотографом, сделавшим мои эротические фотографии, пока меня, возложенного на алтарь, щупала практически голая старлетка под пристальным взглядом основателя Церкви Сатаны.

Ах, шоу-бизнес!

В итоге мне удалось вытащить плёнку из его камеры и засветить.

А в конце таких фильмов я часто умирал каким-нибудь уникальным способом. Например, в яркой финальной сцене «Дождя Дьявола» я, как и остальные члены актерского состава, растворяюсь под дождем. В «Единственном выжившем» (Sole Survivor), первом фильме, сделанном Си-Би-Эс для телевидения, — причем фильме действительно о призраках — я играю привидение, оказавшееся в Ливийской пустыне вместе с экипажем моего бомбардировщика времен Второй мировой войны. В конце этого фильма меня кладут в украшенный флагом похоронный мешок и везут домой, дабы упокоиться с миром. Когда я играл психопатического ловеласа в «Импульсе», меня заколола мечом дочка женщины, за которой я ухлёстывал. В «Кошмаре на высоте 37 тысяч футов» меня высосало из самолета, пока я шел с зажженным факелом в багажный отсек, чтобы разделаться с призраком друидов.

Среди истинных поклонников Шатнера ведутся продолжительные споры о том, какой же всё-таки самый плохой фильм с моим участием. И «Кошмар на высоте 37 тысяч футов» действительно имеет своих сторонников. По сюжету — это своего рода смесь «Приключений Посейдона» (The Poseidon Adventure) с «Изгоняющим дьявола» (The Exorcist): небольшая группа потенциальных в будущем участников «Танцев со звездами» (Dancing with the Stars), включая Бадди Эбсена, Пола Уинфилда, Роя Тиннеса, Чака Коннорса, Тэмми Граймс и Франс Нуйен летит в НьюЙорк на частном самолете, на борту которого, в багажном отсеке, тайно от нас перевозят жертвенный камень друидов — и он испытывает голод! Или жажду. Или одиночество, или что там еще может испытывать жертвенный камень друидов, когда ему требуется очередная жертва? Я играл пьяного архитектора, у которого в итоге всё же находится благородство, чтобы пойти и сразиться с невидимыми духами. Духи, между прочим, очень популярны в низкобюджетных фильмах, потому что их не видно!

Работая в этом фильме, я имел только одну проблему, и она касалась мамы девочки-актрисы. Я много раз работал с детьми-актерами, и почти всегда без каких-либо проблем. Но в этой картине ребенок был одержим духами друидов, и я должен был задушить ее. Когда душишь кого-то перед камерой, ты должен обладать особыми навыками; нужно делать это очень убедительно, ведь камера берет крупные планы, но, безусловно, ты не можешь душить по-настоящему. Я был очень осторожен, но, очевидно, не достаточно осторожен для ее матери. Не важно, что я делал, эта женщина постоянно была недовольна. Слишком сильно, слишком крепко, слишком долго. Ребенок был в замешательстве — одержимость дьяволом превратила Линду Блэр в звезду, так что в случае необходимости она была готова к тому, что ее будут душить ради искусства.

И пока я был занят работой во всех этих шоу и фильмах, я практически не знал о том, что индустрия «Стар Трека» — индустрия, которая вскоре охватит весь цивилизованный мир, — медленно, но верно появлялась на свет. Оригинальный сериал получал широкое распространение…

А теперь позвольте мне снова прерваться. Я случайно не упоминал о своем любимом итальянском ресторане? Я знаю, обо мне не раз говорили, что я человек многих страстей, и у меня действительно имеется склонность к перевозбуждению от некоторых вещей, хотя, возможно, в некоторых случаях я немного перебарщиваю. Ну хорошо, это правда — что, когда мне попадается нечто совершенно особенное, мне ужасно хочется этим с кем-нибудь поделиться. Что здесь такого? Вот у людей имеется не так-то много общих целей, но я, например, с уверенностью могу сказать, что не многие из них избежали вечных поисков доведенной до совершенства курицы под пармезаном. И если я наткнусь на такую, разве я не должен поделиться своим открытием с другими?

Конечно, я не впадаю в дикий восторг по поводу всего, а только в отношении тех вещей, которые, как мне кажется, являются самыми лучшими в мире, и только тех, которые действительно имеют значение. Вот, например, Cafe Firenze в Мурпарке. Это превосходнейший итальянский ресторан во всем мире. Да-да, превосходнейший. Уж поверьте мне — вы никогда в жизни не пробовали такой курицы под пармезаном. Вы должны ее попробовать, то есть вы не должны просто поверить мне на слово. Вы никогда такого не ели. Когда я прихожу туда, то вместо заказа говорю шеф-повару «Удивите меня» — и всегда удивляюсь! И если бы меня не удивили, я бы этому очень удивился. Вот как хорош этот ресторан!

Моих дочерей очень забавляет, когда я по-настоящему чем-нибудь восхищаюсь. Особенно когда я настаиваю, чтобы они разделили восторги со мной или непосредственно сами всё попробовали. Ох, папа снова такой папа! Но когда они сами попробуют, то понимают, что я действительно разбираюсь кое в чем. Давайте я приведу вам другой пример. Когда вы едете из Cafe Firenze, то в нескольких кварталах от него по правой стороне проезжаете заправку. На вид это обычный сервисный центр, но там у них такой воздушный насос! С таким великолепным воздухом для шин! Я такого больше нигде не встречал. Просто удивительно. До того, как я обнаружил это место, я всегда был уверен, что воздух для шин везде одинаковый, но по какой-то причине, когда вы закачаете в шины их воздух, машина едет более гладко. Мне это непонятно: как такое может быть? Они что, как-то усовершенствовали воздух? Нет, такое нельзя сделать, это же просто воздух, но вы должны его попробовать. Должны. Действительно превосходный воздух!

Так, пока я это писал, оригинальный сериал распространялся по всему миру, и везде где его показывали, сериал обретал преданных поклонников. Этому не было объяснения, люди просто смотрели — и любили его. Но эта растущая популярность никак не повлияла на мою жизнь — я уже получил все причитающиеся мне чеки, так что та популярность не приносила мне денег. И вдруг в начале 1973 года мне позвонил Джин Родденберри и сказал, что создал мультипликационную версию «Стар Трека» и хочет, чтобы я озвучил Джима Кирка. Вот так оно и началось.

Это был мой первый опыт в мультипликации. Озвучивание мультфильма — самая необычная форма актерской игры, которую мне когда-либо приходилось делать — хотя я действительно сам исполнял все свои трюки. С тех пор я озвучил несколько больших анимационных картин. Я всегда озвучиваю своих персонажей в одиночку, когда рядом нет других актеров. Когда делали мультсериал «Стар Трек», режиссер и техники по звуку приходили в студию, где бы я ни работал, и между сценами мы шли в туалет и записывали мою часть. Несомненно, акустика в туалете особенно хороша — и по очевидным причинам в туалетах всегда особенно толстые стены.

А когда я озвучивал такие фильмы, как «Лесная Братва» (Over the Hedge) и «Большое путешествие» (The Wild), я заходил в специальную звуконепроницаемую кабину и там читал свою роль. Я не знаю, почему, озвучивая, актеры работают в одиночку, но это именно так. Сначала кто-то читает реплики вместе со мной, но после сигнала я слышу их в своей голове и просто громко отвечаю.

Это не так легко, как кажется. Со мной в комнате работают как минимум пятнадцать техников, и у каждого из них имеется свое собственное мнение о моем чтении. Никто не может сказать, правильно ты читаешь или неправильно, — только мнения. Бесконечные мнения. В «Большом путешествии» я играл эгоистичного гну, мечтающего стать хищником, у которого была настоящая страсть к хореографии. Однажды, после одного из дублей, техник мне осторожно намекнул: «Как-то не похоже, что это помешанный на власти гну».

Я не знал, что ему ответить. Не похоже на гну? Мне хотелось сказать ему, что я озвучиваю канадского гну, который говорит с совсем другим акцентом, чем ваш обычный гну. Но вместо этого я вернулся в кабину и постарался сделать всё возможное, чтобы было похоже на гну.

В отличие от пленки, которая может быть очень дорогой, аудио-лента стоит дешево. Обычно на первых нескольких дублях я играю спонтанно, затем начинаю варьировать. Бесконечные вариации. Но что удивительно, сначала они записывают аудио, а затем уже рисуют картинку, дабы попасть в голос.

В «Лесной братве» был замечательный актерский состав. Но я не работал вместе ни с Брюсом Уиллисом, ни с Гарри Шандлингом, ни с Вандой Сайкс, ни со Стивом Карелом, ни с Ником Нолтом и Аврил Лавин. Обычно в конце работы над картиной все актеры собираются на вечеринку, но когда я закончил свою часть в этом фильме, то с хлопком открыл лимонад.

Это довольно распространенное явление, когда ты не пересекаешься с актерами, играющими с тобой в одном фильме. Во многих из этих картин я появлялся всего лишь в нескольких сценах. Я приходил на несколько дней, отрабатывал свои сцены и уходил. Если другие актеры не присутствовали в моих сценах, то тогда у нас и не было никакой возможности или повода встретиться. И в особенности с Эйвой Гарднер, которая была моей мечтой о совершенной женщине. И впервые в своей карьере я не работал с нею вместе в «Похищении президента» (The Kidnapping of the President).